— Довольно, Рэч, — прервала ее старуха. — Ты всегда была хорошей хозяйкой, и эти заботы тебе привычны. Я спрашиваю, что происходит с тобой?
Девушка какое-то время медлила:
— У меня появилась надежда.
Лицо Мэг стало внимательным.
— Ты о Стивене?
Рэйчел застенчиво улыбнулась:
— По-моему, Ева хочет расторгнуть помолвку. И он… Ну, он, мне кажется, примет это спокойно.
Старуха пожевала губами:
— Понимаю.
Она посмотрела в проем двери, куда удалился недавний посетитель, потом махнула рукой и вздохнула:
— А если ничего не выйдет, Рэч?
Рэйчел, подсевшая было к женщине, даже отшатнулась:
— Ты так думаешь? О нет… — Она поникла. — Тогда все пропало.
— Ничего не пропало! — почти зашипела Мэг. — Почему ты не попробуешь что-то сделать сама? Почему сдаешься и уступаешь его сестре?
Грустная улыбка скользнула по лицу девушки.
— Я ничего не уступила. Ведь была еще Рут Холдинг — Стивен никогда не был моим.
— Да, а ты только плакала мне в колени и жаловалась, что некрасива… — Старуха взяла кривыми руками личико Рэйчел, заставила ее посмотреть себе в глаза. — Ты ведь прекрасна, Рэч. И становишься все краше. Но ты словно не позволяешь раскрыться своей красоте. В тебе пылает потаенный огонь, который может ослепить любого мужчину. Но ты прячешь его под передником, ходишь, опустив голову и спрятав глаза. Твои дивные колдовские глаза, моя девочка.
Рэйчел вздохнула и сказала, глядя на угасающий огонь:
— Люди не любят меня, считают ведьмой.
— Они глупы, — сухо отозвалась Мэг.
— Но я живу среди них, — заметила девушка.
Старуха пожала плечами.
— И желаешь стать такой же серой, как они. Прискорбно, Рэч. Тебе все же следует кое-чему поучиться у сестры.
Рэйчел не ответила. Помешав варево в котелке, она спросила, что это.
— Чебрецовый отвар, — ответила Мэг. — Он может излечить все, что угодно, кроме разбитого сердца.
— Не начинай, Мэг, — резко сказала Рэйчел. — Если я тебе поведала, что у меня появилась надежда, то это еще не означает, что я сама разрушу счастье своей сестры. Ведь как бы ни вела себя Ева, я еще помню, как она была счастлива во время помолвки!.. Она — его невеста, и я никогда не нанесу ей удар в спину… К тому же… Стивен едва глядит на меня.
— Тогда он просто глуп, — заявила Мэг. — В тебе есть, на что посмотреть. Вот тот, что только что вышел отсюда, это понял.
Рэйчел удивленно глянула на нее, но затем мечтательно улыбнулась. Мэг заметила это и рассердилась:
— Не будь дурой, Рэч. Этот — не для тебя.
— Уж не для Евы ли? — насмешливо-обиженно заметила девушка.
— Может быть.
Рэйчел вскочила, заметалась по маленькой хижине.
— Все не для меня. Ни Стивен, ни Чарльз Трентон, ни…
Она осеклась.
— Ну, говори, — внимательно посмотрела на нее старуха. И вдруг прищурилась, словно что-то разглядывала в Рэйчел.
Мечтательная улыбка вновь появилась на лице девушки. Она напомнила Мэг свой рассказ, когда двое джентльменов спасли их в церкви. Один был мистер Трентон, второй — Джулиан Грэнтэм. Этот второй очень красив, просто вызывающе прекрасен. Он держится сдержанно, да и в замке пробыл недолго. Однако Рэйчел заметила, что он проявляет к ней внимание и глядит нежно.
Старуха вздохнула:
— Что ж, может, это и к лучшему. Его внимание избавит тебя от твоей болезни — любви к Стивену Гаррисону. Хорошо, что у тебя появились новые знакомые, девочка моя. Ты ведь так одинока. К тому же Робсарт взвалил на тебя тяжелую ношу.
— Не надо, Мэг…
— Я знаю, что говорю! — рассердилась старуха. — Он, твой отец, законченный себялюбец. Как и твоя сестра. Но она-то скоро вспорхнет и улетит. Не знаю, когда, но это случится скоро. А вот ты словно прикована к аббатству. И если у тебя появится мужчина и заступник… — Она по-прежнему внимательно вглядывалась в Рэйчел. — Я боюсь за тебя, девочка. Тебе угрожает опасность. Она словно дымкой тянется к тебе. Я ее вижу.
— Но я ведь осторожна, — тихо сказала девушка. Она догадывалась, о чем говорит колдунья, и ей стало страшно.
Тут она отвлеклась, заметив в дверях виляющего хвостиком Слота.
— Он что, отстал?
И тут же, выглянув в дверь, заторопилась:
— Мистер Трентон не ушел, он ждет меня. Зачем? Я все же пойду, Мэг. Мистер Трентон добрый человек, но и он может проболтаться, что я долго была с тобой.
Лицо старухи стало печальным.
— Что ж, лети, моя ласточка. Я приношу тебе только беду. Чем дальше ты будешь от меня, тем лучше.
Рэйчел мягко стала возражать, но явно торопилась. Чмокнув на прощанье старуху в щеку, она поспешила прочь.
Карл ждал ее, сидя на склоне лощины. Он сказал, что не хотел оставлять молодую женщину одну в столь безлюдном месте и с охотой проводит ее домой.
— Мне ничего не грозит, — улыбнулась Рэйчел. — Люди побаиваются меня, считая, что я, как и Мэг, обладаю колдовскими чарами.
— Что-то они запамятовали это, когда набросились на вас в церкви, — проворчал Карл.
Он сам пожалел, что напомнил об этом, когда Рэйчел вздрогнула. Но Карл отвлек ее и на подъеме предложил опереться на его руку. Девушка приняла его поддержку с почтительной скромностью и без тени смущения. Нет, она решительно нравилась Карлу, несмотря на ее пуританский вид.
Когда они отошли немного и Карл оглянулся, то был заметно удивлен: хижина Мэг словно растворилась, ее совсем не было видно в ложбине. Вокруг расстилалась необозримая, бесконечная равнина, темная от поросшего на ней дрока и одновременно яркая в лучах солнца.
— Да, ваша знакомая впечатляет, — заметил он. — Она, что, и в самом деле ведьма?
Рэйчел тут же стала объяснять, что если Мэг и зовут ведьмой, то она просто женщина, наделенная непонятным характером, который местные жители считают колдовским. А если и ведьма, то белая ведьма, то есть добрая, которая собирает травы, готовит из них снадобья и лечит окружающих. Еще она знает, как ворожить, снимать сглаз и порчу и предсказывать будущее. Люди часто обращаются к ней за помощью. Местные пресвитеры считают ее существом порочным, поклоняющимся дьяволу и даже пару раз нападали на нее. Но Мэг взялся защищать Стивен Гаррисон, и он не позволит им устроить самосуд.
— Гаррисон, что же, не верит в ее колдовские чары? — осведомился король. Сам-то он почти поверил в них. Карл почувствовал, как Рэйчел внимательно поглядела на него.
— У него свой взгляд на это. Он говорит, что чем больше люди верят в колдовство, тем чаще его обнаруживают. И он всегда защищает Мэг, считая ее просто странной, но одинокой и слабой женщиной. Ведь по натуре Стивен справедлив и великодушен. Он никогда не позволит обидеть слабого и беззащитного. Поэтому благородство заставило его встать на ее сторону и оградить от посягательств. Стивен хоть и немного пуританин, но все же, ручаюсь, он джентльмен, человек порядочный…
