конце служитель предложил приготовить чечевичную похлебку с головой жертвенного козленка, что так милостиво оставил им Себек. Но юноши отказались, сославшись на долгую дорогу. Они еще раз поблагодарили старого жреца и двинулись из города.
Густые поля и развесистые сады закончились. Зачастили ровные посадки виноградника. Большие спелые гроздья, обласканные солнцем, свисали, чуть ли не до земли. На невысоком холме, в окружении зеленых метелок пальм стоял одноэтажный каменный дом с колоннами.
– Слеза Изиды! – воскликнул Мерикар, указывая на дом. – Так называется поместье отца. Внизу за холмом озерцо голубое, голубое. Если на него глядеть от дома, то оно напоминает слезинку.
Слуги радостно встретили путников. Коней распрягли и отвели пастись на луг. Гостям тут же предложили молодого вина и свежего хлеба.
К Мерикару подошел старый охотник и с поклоном спросил:
– Господин желает поохотиться? Я отправил сыновей разведать, где сели стаи птиц. Завтра поутру можно отправляться.
– Конечно, Птор, – обрадовался Юноша. – Поохотимся славно, как в былые времена, когда я еще был мальчишкой. Помнишь? Это ты меня научил красться бесшумно в зарослях, подобно камышовому коту, и точно метать бумеранг.
– Верно, господин. Но теперь ты – настоящий воин. Ах, как время летит неумолимо, – горестно покачал седой головой слуга.
Вечер и половину ночи провели весело. Разожгли жаровни. Во все селения разослали местных мальчишек с вестью, что в Слезу Изиды прибыл Мерикар с товарищами отдохнуть после боевого похода. Тут же начали стекаться знатные юноши и девушки в пестрых нарядах. Музыканты за небольшую плату и угощение согласились хоть всю ночь мучить инструменты. Смех и музыка не смолкали до рассвета. Только с гаснущими звездами гости стали расходиться.
Воинам хватило пару часов сна, и они вновь на ногах, бодрые, готовые к охоте. Только поднялось солнце, Мерикар с товарищами помолились, наспех перекусили хлебом с молоком и двинулись к большому озеру. На глади оранжевой, от восходящего солнца, воды их ждали небольшие лодочки из вязанок папируса с просмоленным днищем.
– Ну, как? – шепотом спросил Мерикар у слуги.
– Вон там, в зарослях села стая диких гусей, – указал он.
Охотники осторожно прокрались на лодках к камышам. Шесты протыкал ил и упирались в дно. Снизу поднимались пузыри воздуха и недовольно булькали. Борта лодок шуршали, продираясь сквозь заросли. Слуга знаком приказал Мерикару остановить лодку. Он развязал мешок, который приволок с собой, и освободил из него ручного гуся с подрезанными маховыми крыльями. Спустил птицу на воду. Гусь недовольно тряхнул головой, важно поплыл на свободную воду и громко противно загоготал. В ответ из зарослей раздалось гоготанье гусынь.
Охотники продвинулись на звук. Замерли. Гусь-провокатор вновь подал голос. Ему ответили совсем рядом. Мерикар осторожно встал в полный рост. Стебли камыша доходил ему до плеч. Он взял в руки свернутую сеть и начал ее раскручивать над головой. Сеть шелестела, с каждым кругом разворачиваясь все шире и шире. Его товарищ в другой лодке начал раскручивать вторую сеть. Гусь-провокатор продолжал свою гнусную работу, отвлекая гусынь.
Обе сети, почти одновременно взлетели в воздух и, распустившись, рухнули в камыши. Послышался трепет крыльев, громкий гогот, шум. Около сотни серых жирных птиц взмыло вверх, а охотники метали в стаю деревянные изогнутые бумеранги с медной змеиной головкой на конце. В воздухе кружились перья. По воде хлопали крыльями подбитые гуси.
В сетях запутались штук десять птиц и столько же сбили бумерангами. Несчастным гусям и гусыням скручивали шеи и кидали в лодки. Слуга подобрал из воды бумеранги. К его лодочке подплыл равнодушный ко всему происходящему гусь-провокатор, позволил вытащить себя из воды, уселся на корму и принялся чистить перышки.
Вдруг раздался короткий рев. Птор забеспокоился:
– Уходим! Уходим! Слуги Себека услышали крики птиц и спешат сюда.
– Отгоним, – успокоил его Мерикар. – Мы захватили копья.
– Что ты! Что ты, хозяин! – замахал раками на него слуга, округлив глаза. – Захотел Себека разгневать? Слуги его потом подстерегут тебя где-нибудь на переправе и разделают на части.
– Хорошо, уходим, – согласился юноша.
– И пару птиц надо оставить на воде, – не унимался Птор, – как жертвоприношение. – Он громко зашептал молитву, пугливо оглядываясь по сторонам: – О, Себек, наш покровитель и защитник, поклоняемся тебе, как нашему господину. Прости нас, несчастных, что нарушили покой в твоих владениях и охотимся на гусей. Оставляем тебе в жертву двух самых жирных птиц. Прости нас, недостойных…
Вдруг сбоку вспенилась вода, и огромное чудовище метнулось к лодке проводника. Зубастая пасть разорвала непрочный папирусный борт. Слуга с воплем бросился в воду и поплыл к берегу.
– Надо его спасти! – закричал Мерикар, подбирая со дна своей лодки копье. – Греби назад, – приказал он товарищу, что управлялся с шестом.
Слуга выбился из сил, а его уже нагоняла в воде серая тень. Мерикар поспел вовремя. Он ударил копьем в глаз крокодилу. Зверь выскочил на поверхность, показывая желтое брюхо. Сухоса, как местные жители называли этих озерных крокодилов, оказался огромным, в два человеческих роста с уродливыми короткими лапами. Волна чуть не перевернули лодку Мерикара. Раненый сухоса ушел на дно. Мокрого, чуть живого от страха слугу втащили в челнок. Но он опять попытался выпрыгнуть за борт:
– Рамос! Мой Рамос! – кричал он, едва не рыдая. – Как же я без него?
Гусь-провокатор громко гоготал, описывая замысловатые зигзаги на воде. Он взмахивал обрезанными крыльями, силясь взлететь, но не мог. А за его хвостом клацали острые зубы. Элиль и Рамзес схватились за луки. Первая стрела чиркнула по толстой коже крокодила, не причинив ни царапинки, зато вторая, пущенная Элилем, впилась ему в пасть. Крокодил метнулся в сторону, поднимая тучи брызг, и нырнул.
Гусь, продолжая махать крыльями, подплыл к лодке Мерикара и взобрался на борт.
– Мой Рамос! – обрадовался Птор, бережно прижимая птицу к груди.
– Смотри! Справа! – Крикнул Мерикар.
О! Ужас! Из камышей неслышно выплывала еще одна длинная тварь и направилась к лодке, Элиля и Рамзеса. Крокодил был огромный. Над водой торчала его морда, локтей пять в длину, и где-то далеко за спиной конец хвоста закручивал водоворот. Стрелы, выпущенные мальчиками, отскакивали от него, будто от камня. Он приближался стремительно, не обращая внимания на жалкие уколы. Мальчики бросили оружие и схватились за шесты. Но понятно было, что им к берегу не успеть. А сколько там еще до спасительного берега? Разве разглядишь сквозь густой камыш.
Мерикар и его товарищи кричали, били шестами по воде, стараясь отпугнуть или хотя бы отвлечь зверя. Но тот продолжал плыть к лодке с мальчиками. Он подкрался совсем близко. Другие лодки устремились на помощь. Не успеют! Элиль со всей силой ткнул
