не может вечно держать добровольную помощницу с несовершеннолетним ребенком в отделе полиции. Однако ее уникальные способности бесценны. В любой момент Панин может проговориться о похитителе или месте заточения, и дело раскроется.
В оперативную комнату вошел Иван Майоров с какой-то распечаткой. Он нашел взглядом бывшего напарника, приветливо кивнул Валееву, но первым делом обратился к Петелиной:
— Елена Павловна, пришел ответ из ГИБДД на ваш запрос об автомобиле «лада ларгус» Константина Антонова.
— И что там? — следователь взяла бумагу.
— Единственный штраф за последний месяц был выписан Антонову вчера. Он выезжал из своего двора и превысил скорость. Там около школы знак «двадцать» висит и видеокамера.
— Ноль девять шестнадцать, — прочла время регистрации нарушения Елена и пробормотала, вспоминая разговор с учительницей: — Попил чай с печеньками и помчался.
— Чай? — не расслышал Майоров и переспросил: — Это вам чем-то поможет?
— Мне — нет, а Антонову — да. Еще одно подтверждение его алиби.
Майоров заметил женщину, жестикулирующую руками и тихо спросил:
— Кто это у вас?
Петелина объяснила, чем занимается приглашенный специалист.
— Отличная идея! — поддержал Майоров.
— Но одной ей не справиться. Нужно привлечь других специалистов и организовать их работу по графику. — Елена Павловна вопросительно посмотрела на Ивана: — Организуешь?
— Где я их возьму?
Петелина обратилась к глухонемой женщине:
— Алла Михайловна, у вас есть знакомые с такими же способностями?
Женщина кивнула. Елена вопросительно посмотрела на Майорова.
— Понял, — подтвердил тот.
— Алла Михайловна, большое спасибо за помощь, — поблагодарила следователь. — Вы запишите, к кому мы можем обратиться, и вас отвезут домой. Капитан Майоров составит почасовой график, и те, кто смотрит будут сообщать ему, о чем говорит Панин. Это очень важно.
— Я согласна, — озвучил слова матери Даниил.
Майоров увел женщину с сыном за другой стол. Петелиной не давала покой странная информация о цветах, и она принялась размышлять, глядя на записи.
Панин говорит про ландыш, известный цветок, но что-то здесь было не так. Про эти цветы обычно говорят во множественном числе — ландыши. Это маленькие нежные цветы, которые цветут в конце мая начале июня. Как раз в это время. Ландыши под защитой закона, ими нельзя торговать. Но редкие цветы все равно срывают для своего удовольствия и неизбежно губят. Оказавшись в руках безжалостного хапуги, нежный ландыш увядает и долго не живет.
— Панин обращается к ландышу, как к живому, — вслух рассуждала следователь и сама себе задала напрашивавшийся вопрос: — А вдруг это имя?
Для наглядности она заменила первые буквы в словах ландыш на заглавные.
«Ты одна, совершенно одна, мой Ландыш».
Совсем другой смысл. Получается, что Ландыш — нежное обращение к женщине!
Кого Панин может так называть? Бывшую жену? Нет, ее он обзывает грубым словом — сукой. И вообще педофилы способны на условную нежность только в отношении малолетних. Значит Панин обращается к девочке. К какой девочке? Почему, находясь в заточении, он то и дело вспоминает о ней?
Елена посмотрела на наклонную веточку ландыша, непроизвольно нарисованную ею на листке рядом с фразами Панина.
И все-таки, почему именно ландыш? Это красивый нежный цветок, но такого женского имени не существует. Цветок, цветы… Где-то она слышала недавно про цветы. Где? Тогда это ее тоже удивило.
И она вспомнила. Полицейские, проверявшие Панина в день исчезновения девочки, упомянули цветы! О чем конкретно они говорили?
Петелина связалась с дежурным офицером и узнала телефон Брянцева. Старший сержант долго не мог понять, о каких цветах спрашивает его дотошный следак, а потом припомнил:
— Да, так и есть. Мы видели картинку с цветами в пекарне Панина.
— Какими цветами? — чувствуя озноб азарта, спросила следователь.
— Трудно сказать. Но точно не букет, а так, что-то простое маленькое.
— Где именно вы видели картинку?
— В подвале, где находится пекарное оборудование.
Тем временем Валеев в чем-то усердно убеждал старшего следователя, руководившего группами розыска. Он вернулся к Елене и похвастался:
— Я свободен. Ребята обыщут подвалы в больнице, где работает жена Панина. Они справятся быстрее.
— Хитрец, — пожурила Петелина и поднялась, подхватив сумочку: — Едем в пекарню, в которой работал Панин.
Глава 24
3 июня. 14:00. 1 день 19 часов 30 минут до казни
Еще недавно уютная пекарня «7 пирогов» привлекала прохожих аппетитным запахом горячей выпечки, а сейчас, после вынужденного закрытия пекарного цеха, ее витрина словно лишилась сочных красок. Кафешка стала похожа на обычную кондитерскую с однообразным ассортиментом.
Петелина с оперативниками зашли в кафе. За прилавком скучала грустная буфетчица Алина. Выяснив, кто к ней пришел, Алина пожаловалась:
— Теперь всю выпечку привозят из другого места. Совсем не то! Репортеры заглядывали, народ сторонится, хоть закрывай. — Она смахнула отсутствующие крошки с чистого прилавка, подалась вперед и с надеждой в голосе спросила: — А Панин скоро вернется?
— Если он не виновен, то… — начала было говорить следователь.
Но буфетчица ее с жаром перебила:
— А в чем он может быть виновен? Бориса и раньше посадили несправедливо, оклеветали!
— Это он так сказал?
— Я знаю, я чувствую, как женщина. Ему нравятся нормальные зрелые женщины, а девочки… Он просто любит детей!
Елена внимательно посмотрела на Алину. Буфетчица раскраснелась, говорила с жаром, готовая отстаивать свою искреннюю веру в любимого человека.
В кафе посетителей не было, и Петелила спросила прямо:
— Алина, я вижу, вы неравнодушны к Панину. У вас с ним уже было?
— А что такого? — подбоченилась буфетчица. — Борис одинок, я тоже. Мы взрослые люди. Или за это тоже его посадите?
— Панин обещал жениться?
— Это наше дело!
— Обещал, — догадалась следователь, — и вы клюнули. И покрывали его.
— Как вы все перевернули. — Алина сузила глаза и перешла в атаку: — Правильно говорят, не верь полиции! Борис в смертельной опасности, а его же и обвиняют.
Разговаривать с уязвленной женщиной стало бесполезно. Петелина поставила ее перед фактом:
— Я пройду в пекарню.
— Идите к черту! — рявкнула Алина.
Елена попросила Марата:
— Найди ключи и присмотри за ней.
Валеев зашел за прилавок, выдвинул ящик, нашел ключи с биркой «Пекарня» и протянул напарнице:
— Токарева, ты со следователем, а я здесь.
На лице буфетчицы пульсировало едва сдерживаемое негодование. Марат широко улыбнулся ей и попросил:
— Мне, пожалуйста, большой кофе и вот этот пирожок. Нет, лучше два.
ТТ открыла дверь в подвал, спустилась первой по лестнице и включила свет. Елена шла за ней по узким ступенькам и благодарила себя за то, что обулась в кеды.
Они оказались в помещении пекарни, укомплектованной новым оборудованием из матовой стали. Вся техника была выключена кроме широкого двустворчатого холодильника. На его дверце Елена заметила цветную фотографию с цветами. Подошла ближе и
