Но она это сделала. Ради него.
В Звездном городке теперь ковали новую элиту Империи. Он затмил своей перспективностью даже Пажеский корпус и Смольный институт благородных девиц, и попасть в Звездный считалось большой удачей. Именно там, в одном классе с ее сыном Михаилом, учились и официальный сын Царя — граф Георгий Брасов, ныне Светлейший Князь Илионский, и Великие Князья — племянники Императора, и многие другие представители высшего общества. Впрочем, подавляющее большинство учащихся были как раз, что называется, из низов — дети солдат и офицеров, погибших на полях сражений Великой войны. И именно эти мальчишки и девчонки составят в будущем кадровый костяк новой Империи Единства.
Это был билет в будущее, шанс для сына стать частью этой новой элиты.
Элиты, в которой с младых ногтей воспитывали чувство братства, товарищества и взаимопомощи друг к другу, и безусловной верности Империи, верности Священным Особам Государя Императора и Государыни Императрицы.
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ. 25 сентября (8 октября) 1917 года. День.
И снова чаепитие, и вновь десерт. И на десерт.
Это было второе чаепитие в таком составе в жизни Иволгиной, причем первое было в день настоящего знакомства, когда все присутствующие были представлены в истинном статусе, там в Крыму, в секретном Императорском командном пункте «Меллас».
— Насколько мы можем доверять сообщенной этой Альмой Доленс информации?
Иволгина сделала неопределенный жест рукой.
— Государь, я не вижу с ее стороны причин вбрасывать нам неправдивую информацию в самом начале нашего большого сотрудничества, о котором мы только что договорились. Разумеется, ее саму могли ввести в заблуждение, сообщив недостоверную информацию, но, насколько я поняла, она лично присутствовала на том собрании, где было принято решение просить Государыню выйти к ним.
Император задумчиво пригубил чашку, явно не ощущая вкуса. Затем спросил:
— Хорошо, Натали, почему ты отбраковала эту самую Дорин Аллен?
Вопрос Михаила Второго требовал ответа с четкой аргументацией и обоснованием, поскольку Император привык опираться на факты, а не на догадки спецслужб.
— Ваше Императорское Величество, получив две недели назад от графини Менгден списки подавших прошение на встречу с Ее Величеством, я, согласно установленному протоколу безопасности, передала их генералу Климовичу для объективной оценки и рекомендаций.
— Генерал?
Начальник личной Императорской службы безопасности генерал Климович кивнул:
— Получив означенные списки, Государь, я запросил информацию по заявленным претенденткам у военного агента посольства Единства в Италии генерала Энкеля, у руководителя нашей разведывательной миссии во Франции генерала графа Игнатьева, у военного агента в Великобритании генерала Миллера и у военного агента в США генерала Балдина. В части, касающейся непосредственно госпожи Аллен пришла информация от генералов Миллера и Балдина о том, что означенная персона входит в число радикальных суфражисток, с явной тягой к громким насильственным акциям, самыми безобидными из которых были публичные акции по демонстративному разбиванию окон в домах и конторах тех, кто выступал против требований суфражисток. За эти акции в 1912 году она была приговорена судом к четырем месяцам тюремного заключения. В тюрьме она объявила голодовку и подверглась насильственному кормлению. И это лишь один эпизод ее бурной биографии. Меня же особенно заинтересовал такой факт — мужем этой экстравагантной особы является капитан Мелвилл Ходзолл Аллен, числящийся в Собственном Королевском Вест-Кентском полку. По факту же, капитан Аллен служит в разведке Британского Экспедиционного корпуса во Франции…
Глава 8. Горькое послевкусие
ТЕРРИТОРИЯ, ВРЕМЕННО ОККУПИРОВАННАЯ ГЕРМАНИЕЙ. КУРЛЯНДИЯ. СТАНЦИЯ ТУККУМ-2. 25 сентября (8 октября) 1917 года. День.
— Честь имею, господа!
— И вам счастливой дороги, герр майор. Я рад, что мы нашли общий язык и не стали проливать лишнюю кровь. Война, так или иначе, скоро закончится, и я рад буду после нее встретить вас и поболтать о жизни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Шнайдер кивнул и, козырнув, пошел в сторону дожидавшихся его германских солдат.
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ. 25 сентября (8 октября) 1917 года. День.
— Вот как? — Император задумался, а затем уточнил. — Правильно ли я понял, что информация по Дорин Аллен поступила так же и от генерала Балдина?
— Точно так, Государь.
— То есть она и в Америке успела серьезно наследить?
Генерал Климович утвердительно склонил голову.
— Как вам известно, Государь, попытки использовать движение суфражисток в своих целях предпринимаются не только нами. В США под это дело давно выделяются серьезные средства, проводятся всякие международные встречи, конгрессы и прочие слеты. Поэтому нет ничего удивительного в том, что сия особа засветилась и в сводках нашей дипмиссии в Америке. Потому нельзя исключать того, что ниточки этого дела тянутся в США.
Михаил Второй задумчиво промокнул губы.
— А вы что скажете в контексте вновь открывшихся обстоятельств, госпожа Имперский Комиссар?
Натали ответила не сразу.
— Возможно я ошибаюсь, Государь, но есть в этом деле что-то такое, что заставляет настороженно отнестись к очевидным фактам. С одной стороны, слишком всё…
Она сделала неопределенный жест рукой, а Император щелкнул пальцами в знак согласия.
— Именно. Слишком всё очевидно. Лезущая на рожон скандальная суфражистка, муж в британской разведке и всё такое прочее. А ведь там не идиоты сидят, и не дилетанты. Во всяком случае, в британской разведке. Было же понятно, что мы будем проверять списки и наводить справки. Нам же ее буквально яркой краской мажут и кричат: «Смотрите! Это она! Точно-точно!» Очень похоже на чье-то желание подставить британцев под скандал или загрести жар их руками. И очень вероятно, что нити действительно тянутся в Вашингтон, к главному бенефициару осложнений между нами и Британией.
Впрочем, Иволгина не собиралась поддакивать, а довела свою мысль до конца:
— Выглядит это именно так, Ваше Величество. Однако, с другой стороны, исключать и реальное участие британцев в этом деле тоже нельзя. Ведь то, что мы об этой даме узнали сегодня от Альмы Доленс — чистая случайность. Конечно, завтра-послезавтра мы бы обязательно вышли на след Дорин Аллен, но это было бы уже после того, как все бы случилось. А ее к тому времени уже либо не было бы в живых, либо она была бы вне нашей досягаемости.
Михаил Второй задумался.
— Ну, выглядит все логично. Если, конечно, оставить за скобками конспирологический вариант о том, что сообщившая о госпоже Аллен и завтрашней манифестации госпожа Доленс сама является настоящей частью этой операции, а Аллен лишь подсадная утка. Если не брать это в расчет, то это и в самом деле может быть классическая британская операция со многими слоями правды и операциями прикрытия. Обставить свою операцию серией явных нелепиц, да так, чтобы все посчитали это грубой провокацией в желании подставить Лондон, а затем получить свою выгоду и подставить в результате Вашингтон — такое действительно можно ожидать, это вполне в тонком британском стиле. Но, необязательно на уровне государственных структур. Точно так же это может быть чья-то частная инициатива или даже операция, о которой предупреждала баронесса Эфрусси де Ротшильд.
Обдумав еще раз вопрос со всех сторон, Император суммировал сказанное:
— В общем, мы не можем исключать ни один из вариантов.
Иволгина кивнула, осторожно подведя главный итог:
— Да, Государь. Вариантов много, но в любом случае, вне зависимости от того, чьей именно разведке продала свою душу госпожа Аллен, равно как и вне зависимости от того, действует ли она по чьей-то указке или выступает самостоятельно, допускать эту особу на встречу с Ее Величеством нельзя.
