- Вы не заметили, что мы здесь, во Франции, все более и более подражаем всему английскому? Это что-то вроде лести. Здесь вы вряд ли обратили на это внимание. А в Париже это так и бросается в глаза. На магазинах красуются вывески «Здесь говорят по-английски», торговцы прохладительными напитками продают пунш. Это в Англии так принято, как вы знаете. Молодые мужчины щеголяют в английских плащах с капюшонами. Женщины носят английские шляпки, и даже скачки в Венсенне пытаются устраивать наподобие вашего Ньюмаркета.
- Я не знала этого.
- Уверена, вам еще многое предстоит узнать о Франции. Появились высокие экипажи, называемые «виски». Смею заверить вас, с каждым днем мы все более становимся англичанами.
- Все это очень занятно.
- Вы убедитесь в этом, когда приедете в Париж. Насколько мне известно, вы отправитесь туда вместе с Маргаритой.
- Да.
- Это будет такой хороший брак. Граф говорит, что очень рад ему. Союз Фонтэн-Делибов и Грассвилей. Лучшего и желать нельзя.
Лакей, чья ливрея очень напоминала одежду слуг замка - только не такая пестрая, с серебряными пуговицами вместо золотых, - принес чай. Это сходство не могло не позабавить меня.
- Мадемуазель улыбнулась. Вам нравится чай?
- Он превосходен, мадам.
Чай, поданный в чашечках севрского фарфора, действительно был превосходным, но все же несколько отличался от того, к которому я привыкла дома.
К чаю подали булочки с изумительной начинкой из крема.
- Я подумала, что нам стоит познакомиться получше, - сказала Габриэлла Легран. - Конечно, я видела вас на балу, но в такой обстановке не поговоришь. Как это отвратительно… камень в окно. Не хотела бы быть на месте виновника, попадись он графу в руки. Граф расправился бы с ним без жалости, а в подобных случаях он бывает крут.
- Вы думаете, этого человека найдут?
Передо мной проплыло лицо Леона, и я снова одернула себя: не надо поддаваться глупым наваждениям. Это только привиделось. Ну конечно же, это был не Леон. Разве мог быть он? Не смог бы он тотчас после этого очутиться на балу, причем в безукоризненно чистых туфлях. Похоже, у меня развивается склонность видеть людей там, где они быть не могут.
- Теперь сомневаюсь в этом. Если его не выдаст какой-либо завистник. Подобные вещи происходят теперь по всей стране. Не знаю, к чему все идет. Вы останетесь во Франции, мадемуазель?
- Некоторое время побуду с Маргаритой, а когда она выйдет замуж, вернусь в Англию.
Госпожа Легран не смогла скрыть облегчение и поспешно произнесла:
- Как интересно, что вы смогли найти родственную связь с семьей графа… какой бы далекой она ни была.
Я ничего не ответила, и она продолжала:
- Скажите же мне, кто именно на ком женился. Сколько я знаю Фонтэн-Делибов, никогда раньше не слышала, что у них есть родственники в Англии.
- Лучше спросите об этом графа, - парировала я.
- Теперь я редко вижусь с ним, - она вздохнула. - Было время… Он совершил большую ошибку, женившись. Разумеется, вы знакомы с графиней.
- Да, - холодно ответила я. Мне показалось, со стороны госпожи Легран очень нетактично так отзываться о жене графа.
- Я спрашиваю потому, - сказала она, - что знаю, что графиня ведет уединенную жизнь. Насколько мне известно, она мало с кем встречается. Бедная Урсула! Следовало бы догадаться, как ужасно все это закончится. Граф говорил со мной откровенно… ничего не таил. Нет смысла скрывать правду о наших отношениях, если они видны каждому. У нас чудесный сын… наш Этьен. А от этой женщины всего лишь Маргарита. Скажу вам по секрету, граф никогда не переставал жалеть о том, что не женился на мне.
- Почему же он этого не сделал? - холодно спросила я.
- Я из хорошей семьи, хотя, конечно же, не столь знатной, как семья графа. Я была вдовой, - госпожа Легран пожала плечами. - Он был тогда молод… очень молод. Мы оба были молоды. Никогда не забуду те дни. Как мы любили друг друга! - Она рассмеялась. - Вижу, вы несколько смущены. Англичане не говорят об этих вещах так свободно, как мы. Ах, граф совершил ошибку, и он снова и снова сознает это.
- Булочки восхитительны, мадам. Должно быть, у вас великолепный повар.
- Рада, что вам они понравились. Это любимые графа. Но никогда нельзя быть уверенной, сколько продержится его пристрастие. Его вкусы очень непостоянны.
- Они такие легкие, - сказала я. - От них пробуждается аппетит.
- Тогда, пожалуйста, берите еще. Этьену они очень нравятся. Мы подыскиваем ему пару, но мальчик не торопится.
- В серьезных вещах торопиться не следует.
- Как-нибудь… кто знает… вам ведь известно, что Этьен воспитывался в замке.
- Да, действительно, мне это известно.
- Граф гордится Этьеном. Он очень красивый юноша, вы не находите?
- Согласна с вами. Он очень привлекательный.
- Как знать, что ждет его в будущем?
- Будущее… Оно не ведомо никому.
Я находила какое-то тайное удовольствие постоянно мешать госпоже Легран, переводя разговор на общие темы, в то время как она, я чувствовала это, хочет сделать его очень личным. Я хорошо понимала ее стремление. Как и графиня, госпожа Легран пыталась предостеречь меня. Но ее цель была совершенно иной. Мне казалось, что графиня хоть сколько-то думала обо мне, в то время как Габриэлла заботилась только о себе.
- Но его можно предсказывать, - сказала она. - Если знаком с человеком длительное время, можно предположить, как он будет вести себя в определенных обстоятельствах. Вы согласны?
Я сказала, что, конечно же, можно строить догадки, но, поскольку многие люди непредсказуемы, наверняка предвидеть ничего нельзя.
Она кивнула.
- Жизнь такая странная. Я познакомилась с графом, когда была молодой вдовой. Я пришла просить за своего отца, которого упрятал в тюрьму его отец. Граф не смог выполнить мою просьбу. Мой отец умер в тюрьме, обвиненный в… не знаю, в чем, - не знал и отец.
- Да, - сказала я, - я слышала об этих страшных letters de cachet.
- Я считаю, одна из причин, по которой граф сожалеет о том, что не женился на мне, заключается в том, что этим поступком он мог бы хоть отчасти исправить зло, причиненное его отцом. Он как-то сказал, что, если бы у него сейчас была эта возможность, он бы…
Я кивнула.
- С вашим отцом поступили ужасно несправедливо.
- Это необычный человек… Шарль-Огюст. У него бывают вспышки совестливости. Возьмите Леона. Он, несомненно, только выиграл от несчастья, случившегося с его семьей. Полагаю, наша жизнь будет идти как прежде. Этьена, конечно же, усыновят. Граф более или менее обещал это… если, конечно, он не женится и у него не будет законного сына. Но ведь граф не может это сделать, пока у него есть жена, не так ли?
