class="p1">– Я бы никогда не поверил, – Давид берет меня за руку, тянет на себя, заставляя встать из кресла. Притягивает в свои объятия.
– Так уверен в себе?
– Нет. В тебе, крошка. Просто знаю, что ты не такая. Ты однолюб. И ты носишь моего ребенка под сердцем.
– Да… И даже не знаю, хочешь ли ты…
– О чем ты, любимая? Конечно хочу! Ты сделала меня самым счастливым на этой планете! Очень хочу… как можно скорее. Хочу много… Очень много малышей от тебя.
– Теперь ты меня даже пугаешь, немного, – не могу не улыбнуться. Давид заключает мое лицо в ладони и целует, его губы требовательные, горячие, я задыхаюсь в его объятиях. Потому что меня переполняет счастье…
Глава 26
На следующий день меня выписали из больницы. Давид отказывался оставлять меня даже на полчаса, я уговаривала его не ночевать со мной в палате, поехать домой, но любимый был непреклонен. Договорился с персоналом, затем помощник привез ему новенькую, только что из магазина, раскладушку, одеяло. Подушку одолжила сердобольная медсестра.
Я все думала по дороге, как встречусь с Марго, вдруг она сейчас в родительском доме? Пока не поняла, что мы едем в квартиру Бахрамова. Какое облегчение! Отсрочка. Скандалы не мое, но спускать такое сестре нельзя, она заслужила оплеуху.
– Не думай о ней, детка, – словно прочитав мои мысли, произносит Давид. – Она как крыса, натворила дел и забилась в нору. Я говорил с Николь. Вчера Марго обещала ей, что в зоопарк поедут. И конечно же не пришла. Даже не позвонила.
– Это ужасно, – вздыхаю. – Разве можно так? Поедем завтра, отвезем Николь в зоопарк? Я очень хочу…
– Ты еще не оправилась.
– Со мной все отлично. И я уверена, что мне полезен свежий воздух.
– Хорошо, как скажешь. Ты у меня такая упрямая, – Бахрамов нежно целует меня в лоб.
С момента как Давид узнал, что станет отцом, он стал удивительно нежен и внимателен. Нет, я не хочу сказать, что до этого он был другим… Ни в коем случае! Но теперь мой муж в полном смысле этого слова – сдувал с меня пылинки…
Единственное что меня беспокоило – настрой Давида против Марго. Я не хотела, чтобы он совершил что-то, что может навредить ему. Но сестра не дура, она действительно исчезла, видимо решила отсидеться, пока все не уляжется. Бахрамов же подключил все свои связи на то чтобы стать единственным опекуном Николь. Целыми днями занимался этим. Надавил на все возможные рычаги, чтобы добиться своей цели…
Наверное, это правильно. С момента возвращения у Марго было множество возможностей показать какая она мать… увы, вышло так себе, далеко не в лучшем виде.
Николь так скучала по нам, что через два дня решили забрать ее в квартиру. Я занялась переоборудованием кабинета Бахрамова в комнату для девочки. Это очень помогало отвлечься от неприятных мыслей. Мы выбирали каждую мелочь вместе с племянницей. По интернету, и гуляя по мебельным магазинам. Дни бежали один за другим в заботах. Я прошла все назначенные гинекологом обследования, купила книги по беременности. Очень ждала нового узи, и хотела, чтобы побыстрей вырос живот. Мне не терпелось стать матерью…
Постепенно мы начали жить как обычная семья. Утром я готовила завтрак, буди Николь, девочка собиралась в школу, Давид отвозил ее. Потом обед, занятия спортом, с репетиторами. Николь изменилась, повзрослела. Я и сама не заметила как.
* * *
– Я дома! – громкий возглас Николь отвлекает меня от книги. – Эрика!
– Да дорогая, – кричу в ответ. Сегодня такая чудесная погода, что я устроилась на балконе, в кресле-качалке.
Николь прибегает, начинает показывать мне свои оценки, рассказывать, как прошел день в школе. А потом вдруг произносит нечто удивительное. И безумно трогательное, отчего у меня на глаза наворачиваются слезы…
– Я хотела извиниться. Хотела сказать, что очень, очень жду братика или сестричку.
– Спасибо милая, – обнимаю племянницу.
– Не знаю, что на меня нашло тогда… в доме дедушки. Почему я так себя вела.
– Это неважно, Николь. Все в жизни бывает… Главное, что сейчас у нас все хорошо. Я хочу, чтобы мы были настоящей семьей. Всегда.
– Я тоже очень хочу… Быть вашей дочерью, твоей и Давида… как ребенок в твоем животе.
– Ты наша дочь, мы только так тебя и воспринимаем, дорогая, – крепко обнимаю девочку.
Надо поговорить с Давидом. Мне кажется, Николь созрела для серьезного разговора. Сейчас знание того, что она родная дочь Давида как мне кажется пойдет ей на пользу. Она ведь его буквально боготворит. Потому что чувствует, как искренне он любит ее. Свою родную дочь.
Как же все сложно в жизни этой маленькой девочки… Но главное, что есть люди, которые ее очень сильно любят.
* * *
Марго за это время так и не появилась. Я приезжала в дом отца раз в неделю, проведать его. Инга засыпала вопросами, все переживали, не понимали, что случилось, почему мы с Давидом так резко переменили решение, покинули дом, а потом и Николь забрали. Отец хандрил, ему не нравилось, что дом опустел, особенно раздражало отсутствие внучки. Ну и то, что ни я, ни Давид, не хотели обсуждать эту тему.
Что я могла сказать отцу? Накапать на его старшую дочь? Мне не хотелось быть ябедой. Да и самое главное – это бы ничего не изменило…
Стоит подумать про Ингу – звонит телефон, ну надо же, легка на помине.
– Да? Привет, – отвечаю на вызов.
– Эрика! Приезжай немедленно, – голос тети дрожит, она похоже плачет.
Сразу сердце сжимается от ужасного предчувствия.
– Что-то случилось?
В голове крамольная мысль – как же хорошо, что мы забрали из этого дома Николь!
– Многое, – всхлипывает Инга.
– Не пугай, говори же!
– Бабушка умерла…
Мне стыдно, но чувствую облегчение. Почему-то напридумывала себе нечто ужасное. Бабулю жаль невероятно, хотя виделись мы крайне редко. Ангелина предпочитала вести жизнь отшельницы давно – в силу возраста. Она уже и не узнавала почти никого в последнее время. С ней круглосуточно находились сиделки.
Набираю номер секретаря Бахрамова, Виолетты. Мы так и не познакомились лично, но по телефону общались довольно часто. Это действительно очень отзывчивая и милая женщина, к которой можно обратиться с любой просьбой.
Мне нужно чтобы она отвезла Николь к репетитору. Мне нужно поехать домой, поддержать отца. Конечно, все мы давно готовились к тому, что это может случиться. Новость не стала сильным шоком. Просто очень больно и грустно…
* * *
На подъездной дороге к дому навстречу вылетает
