и озвучишь все на нужном инструменте – титан падет. Таким образом титан Крум принес поистине весомую клятву верности своему освободителю и новому соратнику. Хотя код отгадки не сообщил, конечно… ну да… клятва клятвой, а дебилов тут нет, чтобы прямым текстом сообщать способов собственного моментального умерщвления…
– Лишь бы вышло – тяжко вздохнул гном, проводя ладонями по искрящемуся зеленым толстому кожаному кузнечному фартуку.
Ему пришлось прийти сюда – в кузню наставнического рода – причем не сообщив о цели своего визита.
А что он мог сказать?
Не разрешите выковать на вашей наковальне темное сердце титана, что однажды может существенно так подрасти и в буквальном смысле слова разнести весь Храдальроум на атомы… причем даже без ударов – просто сработает его пожирающая аура.
Ох уж эта пожирающая аура…
Ох уж эти темные титаны…
В общем, гном лгать никому не стал, предпочтя скромно промолчать, чтобы сохранить возможность разыграть столь популярную карту наивного дурачка. В случае чего округлить глаза, чуть выпучить их, хлопнуть себя с размаху ладонью по лбу и изумленно вскричать – а что нельзя было?!
И ведь фокус с наивным удивленным дурачком должен выгореть – ибо пусть гулдары и зовутся темными титанами, но их в длиннющем списке запретных существ нету… Что логично. Это как в реальном мире включать в ряд сверхищников драконов или динозавров – они ведь вымерли, если вообще когда-то существовали…
Но могут и выгнать… так что риск все же есть. Однако поздно держаться за поясницу, коли хребет выпал…
Выковать новое сердце оказалось делом достаточно простым – или попросту особо никто этим из дизайнеров и квестостроителей не заморачивался, решив убрать весь этот виток истории Вальдиры на дальнюю пыльную полку. Кроу отдавал себе отчет, что он можно сказать влез в живой архив и вытащил оттуда не просто хорошо забытое, а скорее посчитанное излишним и ненужным. Так бывает, когда в команду создателей игрового проекта попадает парочка сценаристов с придурью и королевским замахом на масштаб и многослойность. Эти безумные фантазеры выдают тонну переплетающихся задумок, дизайнеры начинают воплощать все в жизнь, следом тут же внедряя в тело игры, а затем приходит новый лидер, всматривается в происходящее, ужасается и машет руками – ну нафиг! Это уже слишком! Режем! Вот эту ветвь… и эту… а лучше покромсаем все дерево сразу… Так гигантский лохматый замысел-исполин превращается в ухоженное парковое украшение вроде олененка…
И так случилось не только с титанами…
Так произошло с уймой гипотетически классных штук, что остались мертворожденными.
Дроу, гаудары, китэи, вудуизм, гилоизм с его Мировой душой и еще немало удивительного или даже невероятного, что предано забвению…
Но возвращаясь к темным сердцам – Кроу до него чином кузнечным все же не дорос. Вернее не чином, а умением. Поэтому пришлось воспользоваться тем, что в игровом просторечьем зовется костылями.
Крафтовое кожаное одеяние Мастеровитого Кузнеца, фартук Даровитого Коваля, пояс Гномьей Силы, вечномокрая матерчатая шапка Пылающего Молотобойца, зелье Болотного Наковальщика, склянка эссенции Фантомной Удачи, три кислых плода Мантурции, серебряный браслет Верная Рука и пара обычнейших колец на силу и выносливость. Можно было бы и еще добавить – но вкупе всего собранного хватило, а свиток с заклинанием Кузнец-Умелец дал все остальное, равно как и впервые взятый в руки чужой молот…
Экипировку и оснащение гном взял в аренду у одного богатенького, но сильно горюющего торгового клана с звонким молотобойным названием. В залог ничего оставлять не пришлось – все необходимое сдавалось в аренду на одной из улочек Храдальроума и хватило небрежного упоминания, что Кроу является учеником рода Дуквов. Его слова тут же проверили – неким не совсем ясным даже для опытного игрока способом – и за сумму в тридцать пять золотых монет выдали все необходимое сроком на сутки. На меньший срок не выдавали – а жаль… Тут всего-то делов одно сердце выковать…
Ах да. Еще три ягоды черной Муэртсы принятые перед зельем Болотного Наковальщика. Если поступить наоборот или же вообще съесть хотя бы ягодку и не запить зельем – смерть и последующее проклятье на меткость и выносливость сроком на сутки. От съеденных ягод глаза гнома почернели, став жуткими. Не зря Муэртсу так любят использовать агры – добавляет сочной кошмаринки. А от выпитого зелья поверх черных зенок появились красные светящиеся прожилки. И пусть кузня была пуста, Кроу все же предпочел натянуть на глаза затененные стеклянные очки начинающего алхимика – к чему пугать работяг? Испуганный гном сначала молотом бьет и только затем крестится…
Воровато выглянув, игрок убедился, что в помещении нет свидетелей и ускорился, спеша начать и завершить свои не совсем законные манипуляции до появления кого-либо.
– Слиток под, молот над, да не случится невпопад – пробормотал Кроу, швыряя сумку в стальной зачарованный лоток и резко задвигая его в налитую жаром печь – Гном кует, эльф поет, люд пасет, орк грызет, лохр крадет…
Продолжая действовать столь же четко и точно, как великолепно отлаженный часовой механизм, он проверил инструменты, несколько раз притопнул, старательно следуя всем гномьим суевериям, не забыв неожиданно и резко шикнуть на правое плечо, где по гномьим поверьям мог пристроиться пугливый, но пакостливый огненный демоненок. У каждого свои стажировки, верно?
– Шарх! – рыкнул гном, подаваясь вперед и клещами выдергивая из печи раскаленный лоток с перекатывающейся в нем ярко светящейся бирюзовым ртутью.
Сердце темного титана бегуче. Во всех смыслах. Оно его единственное уязвимое место и посему вечно бродит по гигантскому телу. И оно всегда раскалено. Но только там – внутри каменного тела. Здесь же на противне оно сейчас чуточку остынет и можно будет…
– Шарх! – повторил гном, вздымая над головой тяжелый молот – Бваррог нелерал! Вонг!
Бам…
Тяжелый и при этом удивительно звонкий первый удар пришелся точно в цель, заставив подернувшийся мутной пленкой сгусток металла сплющиться, а затем подпрыгнуть пылающими каплями, что осели на проявившуюся животворную искру.
Бам…
Блестящая бирюзой металлическая капля приняла окончательную форму продолговатого гусиного яйца – только раз в шесть крупнее.
И последний раз…
Бам…
Этот удар выбил из железного сердца последние искры и остатки тепла. Посреди стоящего на
