И то, что он имеет слабое представление о том, с какой стороны подходить к плите, мало кого волнует, если честно.
Притворно вздохнув, бросил взгляд на сына, вернувшегося в клубок под двумя тёплыми одеялами. С минуту поразмыслив над сложившейся ситуацией, решил, что вполне можно оставить мелкого одного, минут на тридцать. Только повесить предварительно несколько следящих заклинаний и дверь запереть. И окна.
И кухню. Маловероятно, что Рагдэн сам решит себе что-то приготовить, но всё-таки. Какое-то шестое чувство настойчиво шептало — расслабляться с этим мелким ураганом не стоит. Дорого может обойтись. А такой вариант, как ещё один, теперь уже третий шанс, мне может и не выпасть.
Тяжело вздохнув, взъерошил волосы. Собственно, никто ведь и не утверждал, что будет легко.
Проведя все необходимые процедуры, прихватил с собой корзинку, деньги и лёгкую куртку, после чего вышел из комнат, намереваясь прогуляться по рынку. Да и в библиотеку будет не лишним наведаться. Вполне может так случится, что там имеется нужный трактат о тайне такого искусства, как кулинария.
Сделать покупки оказалось не сложно, а вот что бы войти в библиотеку собственного учебного заведения и обратиться с весьма необычной просьбой к местному хранителю сосредоточий знаний понадобилась вся моя драконья выдержка и умение держать маску на лице.
Пройдя к низкому простому столику лишь чудом не затерявшемуся среди бесчисленного количества стеллажей, выразительно прокашлялся, привлекая к себе внимание на вид довольно молодого парня, с ярко-рыжими волосами.
Ключевым тут, пожалуй, было слово "на вид". На самом деле Сурин мог возрастом померяться со мной, а уж по вредности характера и умению найти изъян во всём и вся, чтобы не попалось ему на глаза, и вовсе давно уже переплюнул всех ныне живущих людей и нелюдей. И если бы не феноменальная память и знание содержания всех книг в его закромах, давно бы уже выпнул его с работы.
Хотя бы за одну эту язвительную улыбку в свой адрес.
Сурин Хорус откинулся назад, удобно прислонившись к высокой спинке стула, на котором сидел. Постукивая кончиком пера по деревянной поверхности стола, он склонил голову набок, выразительно вскинув бровь:
— И что же заставило вас выбраться из своей пещеры, господин директор? Неужели проснулась тяга к знаниям? Не поздновато ли?
— Сурин, назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен оставить тебя на этой должности, а не отправить пинком под зад собирать грибы на ближайшем кладбище? — откликнулся в тон ему, чувствуя, как на губах против воли появляется ехидная усмешка.
— Я знаю, где лежит то, что тебе нужно, дракончи-и-и-ик, — пискляво откликнулся Сурин, сдув с носа прядь рыжих волос. И уже более нормальным голосом пояснил. — И это лишь верхушка того списка.
— Язва.
— Манипулятор, — флегматично откликнулся библиотекарь и вытащил из ящика стола очки. Нацепив их, строго посмотрел на меня. — Чем могу быть полезен?
— Мне нужна… Кхм, — тут я озадаченно почесал затылок, но всё же произнёс. — Мне нужна кулинарная книга.
На пару минут в библиотеке повисла просто оглушающая тишина. Сурин снял очки с носа, протёр их, посмотрел на свет, протёр ещё раз и снова надел. Внимательно осмотрев меня, потёр подбородок и ласково, даже нежно поинтересовался:
— Здоров?
— Ну да, — озадаченно откликнулся, не понимая, куда Сурин клонит.
— Проверял? Головой не ударялся? Нет? Тогда, может, пояснишь, с какого перепугу ты спрашиваешь у меня книгу по кулинарии, да ещё и в библиотеке Академии Некромантии?! Что-то я не слышал, что бы против упырей использовали поварёшку и котелки!
— Сурин, чего орёшь-то? — миролюбиво поинтересовался, кожей ощущая, как заканчивается действие наложенных защитных заклинаний под напором желающего выбраться на свободу мелкого.
Вот уж воистину, великая штука наследственность. Упрямство и упорство сын явно унаследовал от обоих родителей.
— А… — осёкся парень и раздражённо фыркнул. — Тьфу, на тебя. Сбил весь настрой! Ну когда я ещё смогу безнаказанно поорать на собственное начальство?
— Я тебе по ору! — погрозил ему кулаком повторил свой вопрос. — Так где ты говоришь у тебя тут раздел кулинарии?
— Да нету его тут, — упрямо повторил Сурин, правда, уши у него отчего-то покраснели. Я заинтересованно склонил голову набок. Парень покраснел ещё больше и буркнул. — Я сказал — нет!
— И почему мне кажется, что ты сейчас брешешь, как сивый мерин? — задумчиво протянул, опёршись ладонями на стол библиотекаря и насмешливо фыркнул. — Сурин, мне для личного пользования.
Какое-то время рыжий молча сверлил меня взглядом, потом вздохнул и поправил приталенную кожаную куртку, одетую поверх чёрной шёлковой рубашки. Поднявшись со своего места, он гордо промаршировал мимо, небрежным жестом показав следовать за ним.
Заинтригованный, послушно пошёл в указанном направлении, стараясь не думать о том, во что одно стихийное бедствие локального масштаба уже начало превращать небольшой, но уютный дом. Нет, с ним определённо стоит поговорить! И как Коре удавалось справляться с этим неугомонным созданием?!
Сурин привёл своё непосредственное начальство в небольшой закуток, дверь в который находилась в самом дальнем и тёмном углу библиотеки. Насколько я помню план учебного корпуса, то данная комната отводилась под работу с особо ценными и опасными экземплярами книг, имевшихся в хранилище, расположенном в полуподвальном помещении. Для лучшей сохранности, конечно же. Тут даже имелась неплохая защита, установленная самими основателями данного учебного заведения, прекрасно представляющими, что такое детская непосредственность при общении с книгами и попытке добыть нужные знания любыми средствами.
Однако вместо нескольких столов и стеллажей, в комнате оказался небольшой диванчик, пара стульев с высокой мягкой спинкой, плита, притулившаяся в углу, и куча навесных полок, на которых теснились всякие баночки, скляночки, горшочки и другая кухонная утварь, что могла понадобиться во время готовки. Не смотря на некоторую обделённость кулинарными талантами, определить, для чего нужна та или иная часть обстановки, не составило труда.
С полыхающим от злости (или смущения?) щеками и ушами, Сурин прошёл к небольшому столу и с благоговейным восхищением на лице, взял с него толстый, страниц так на тысячу, если не больше, старинный фолиант. Любовно прошёлся кончиками пальцев по изрядно потрёпанному переплёту, со священным трепетом в глазах протянул его дракону.
Взяв тяжеленную книгу в руки, взвесил, внутренне содрогнулся от открывающихся перспектив и удивлённо посмотрел на Сурина. Рыжий же вытащил из кармана куртки пачку сигарет, прикурил от небольшого огонька, вспыхнувшего на кончиках пальцев. Затянувшись, выпустил кольцо дыма в потолок и поинтересовался:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
