И государству, и тем более спецслужбам, многое еще предстоит преодолеть, пройти «минные поля холодной войны» так, чтобы не подорваться. Надо делать свое дело. Не унижаться до оправданий. Но сказать, что не стоит реагировать на нападки реакции, неверно. Демократии надо иметь активную наступательную позицию, не потерять темпа, не создать вакуума, ибо недоверие, которое еще не исчезло, может вновь быстро его заполнить.
9. Сто семь дней
Бывают пьяные дни в истории народов. Их надо пережить, но жить в них всегда невозможно.
Тэффи
Как оказалось, сто семь дней было отпущено мне на реформирование КГБ. Отсчет начался с 23 августа. На сто первый день, 3 декабря 1991 года, КГБ формально прекратил свое существование. Формально, но не по сути поручение Госсовета было исполнено. Родилась принципиально иная Межреспубликанская служба безопасности.
Через пять дней, 8 декабря, в Минске руководители Белоруссии, РСФСР и Украины заключили соглашение о создании Содружества Независимых Государств. СССР не стало. Вместе с ним, как оказалось, стала ненужной концепция МСБ, представляющая собой механизм координации совместной работы спецслужб республик. Все эти 107 напряженных дней прошли, как теперь оказалось, во многом зря… Я не жалею о них. Лично я по-другому не смог бы их прожить и не знаю, как в той обстановке можно было бы действовать иначе. Конечно, построение и реализация концепции реформы спецслужб в конечном счете зависели не от воли какого-то человека, даже Председателя КГБ, а от характера и совокупности тех политических процессов, которые происходили в стране. От тех целей, которые ставили политики.
Это были беспрецедентные по драматизму, насыщенности и политической непредсказуемости дни.
Первого сентября, в воскресенье, Михаил Сергеевич Горбачев первый раз собрал то, что позже будет названо Политсоветом. В Кремле, в Ореховой комнате, присутствовали Гавриил Попов, Юрий Рыжов, Анатолий Собчак, Александр Яковлев, Егор Яковлев, Георгий Шахназаров, Григорий Ревенко, Иван Лаптев… Речь шла о предстоявшем Съезде народных депутатов. Конечно, недопустимо в вольном пересказе передавать, кто и что говорил (стенограммы у меня нет). Я и не буду этого делать. Скажу только, что был поражен общей нашей беспомощностью. Позиция каждого, кто считал нужным ее выразить, была ясна, но механизмов реализации любых предложений не было… Не было и достаточно достоверной информации и прогноза. Масса вопросов повисала в воздухе. Соберутся депутаты или нет? Кого не будет? Сорвут съезд? Потребуют отставки Президента? Самому подать в отставку? Кому вести съезд? Какой доклад? Чей? Какова позиция России? Плохо, что опять их здесь нет. Какие документы можно предложить съезду?
Наиболее уверенно чувствовали себя Г. Попов и А. Собчак.
Ситуация исключительная. Прежний Союз разваливается. Страна в хаосе. Была высказана идея начать съезд совместным заявлением руководителей республик. Призвать к заключению нового Союзного договора и немедленно подписать краткое соглашение об экономических отношениях. Создать временные союзные структуры. Определиться по новым выборам и готовить новую Конституцию. Немедленно заключить соглашение о коллективной безопасности, единстве вооруженных сил. Подтвердить соблюдение всех международных обязательств.
На этом и разошлись. Михаил Сергеевич попросил каждого передать ему, если возникнут, соображения к съезду… Но было ясно, что времени уже нет.
В соответствии со своей давно приобретенной привычкой «номенклатурного чиновника» на каждый «форум» идти с заранее заготовленной речью я в тот же вечер набросал на всякий случай тезисы.
Привожу их здесь исключительно для того, чтобы избежать осовременивания оценок.
Как отмечал мудрый французский историк Марк Блок, «… у человека, который, сидя за письменным столом, не способен оградить свой мозг от вируса современности, токсины этого вируса, того и гляди, профильтруются даже в комментарии к «Илиаде» или к «Рамаяне». Думаю, что я из тех, кто не способен. Поэтому даю оценки ситуации, как я считал в те дни, без комментариев:
«1. Победа над путчистами — это революционный прорыв в заведшей в тупик политике перестройки. Демонтаж авторитарных структур, на который в нормальной обстановке потребовались бы годы, свершился за считанные дни. Политическая обстановка в стране кардинальным образом изменилась, но, к сожалению, не только в лучшую сторону.
2. Путчисты, если можно так выразиться, фактически добились одной из главных своих целей — подписание Союзного договора сорвано. Вполне объяснимый гнев на центральные государственные структуры вылился в «парад независимостей». Сейчас создалась парадоксальная ситуация. В условиях резкой демократизации центральной власти, когда Союз мог бы быть наполнен истинно демократическим содержанием, созданы гарантии неповторения прошлого, проявилось отчетливое стремление отмежеваться от этой новой власти, от обновленного Союза со стороны отдельных республик.
Я уверен, Союз нужен. И не ради какой-то абстрактной государственной идеи, а во имя интересов каждого человека в каждой республике. Сейчас невозможно реанимировать прежний проект Союзного договора, но я уверен — нам надо стремительно двигаться к новому Договору и подписывать его. Причем всем республикам должно быть предоставлено право оговаривать свои особые условия членства в Союзе в случае их несогласия с тем или иным положением Договора. Наконец, необходимо немедленно заключить экономическое соглашение между всеми заинтересованными республиками безотносительно того, подписывают ли эти республики Союзный договор или нет.
3. Что касается республик Прибалтики, то их право на независимость должно быть реализовано и оформлено соответствующими правовыми решениями. Но при этом нельзя допускать ошибку, перешагивая через целый ряд проблем, которые обязательно должны быть решены до обретения Прибалтийскими государствами полной независимости: судьбы людей, желающих сохранить союзное гражданство, прав меньшинств, собственности, обеспечения безопасности.
4. Провал государственного переворота создал ситуацию вакуума центральной власти. В тюрьме находятся ключевые фигуры из руководителей государства. Структура союзной исполнительной власти развалилась. Это положение далеко не так безопасно, как может показаться некоторым в эйфории победы. Страна осталась без каких-либо рычагов воздействия на кризисные процессы и прежде всего в хозяйственной сфере. В условиях фактического отсутствия рыночных механизмов это грозит полным экономическим коллапсом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
