Смахнув слезы, я набрала код. Ячейка не открылась.
— Ты что здесь дурочку разыгрываешь? — разозлился Роман.
— Кажется, я забыла порядок цифр. Понимаешь, с памятью у меня плоховато. Слишком много времени прошло, а бумажка, на которой я цифры записывала, потерялась…
— Ну ты и тетеха! Может, ты в этот код что-то личное заложила? — забеспокоился Роман. — Ну, например, многие дату рождения накручивают…
— Нет. Я так никогда не делала. Я произвольно цифры набирала. Представляешь, что будет, если я их не вспомню! Придется писать заявление на имя начальника камеры хранения. Он попросит описать вещи, лежащие в ячейке… Ты только подумай, что будет, если я сообщу, что там лежит портфельчик с пятьюдесятью тысячами долларов! Да сюда сразу ментов позовут. Это же не банк, а вокзал. Здесь деньги и ценности не хранят. Конечно, ячейку можно открыть и без начальника, но для этого понадобится автоген. Но мы же не можем прийти сюда с автогеном….
— Заткнись и открой кабинку, — прошептал Роман, поднимая пистолет.
Как назло, в зале никого не было. Зажмурив глаза, я приготовилась к самому худшему. Раздался глухой щелчок. Пролетев в двух миллиметрах от моей щеки, пуля, как картонку, пробила металлическую дверь.
— Ну, сука, теперь пощады не жди. — Схватив меня за волосы, Роман приставил дуло к исцарапанному лбу.
— Пусти, пожалуйста, пусти, — как во сне, произнесла я.
— Считаю до трех. Либо ты вспоминаешь код, либо я стреляю. Раз… два…
— Роман, миленький, подожди, мне надо сосредоточиться. Я вспомню, я обязательно вспомню…
— Вспоминай! — взревел он.
На сей раз щелчок раздался откуда-то сбоку. Роман закатил глаза и с грохотом упал на пол. Онемев от ужаса, я повернула голову и увидела мордоворота.
— Т-ты! — заикаясь, спросила я.
— Я, — улыбаясь, кивнул мордоворот.
— Как ты сюда попал?
— Шел, шел и пришел, причем, как оказалось, вовремя.
Преодолев брезгливость, я подошла к лежавшему в луже крови Роману и, разжав скрюченные пальцы, осторожно вытащила из его руки пистолет.
— На, возьми, а то мне его положить некуда…
Мордоворот быстрым движением сунул пистолет за пазуху, а свой положил в кобуру.
— Нужно уходить, Светка. Сюда в любой момент может кто-нибудь прийти, — торопливо сказал он.
— Подожди немного, — прошептала я, метнувшись к ячейке.
В одно мгновение набрав отлично известный мне шифр, я рывком открыла дверцу. В ячейке было пусто… Громко вскрикнув, я еще раз проверила номер на дверце. Вне всякого сомнения, это была та самая ячейка, куда я положила портфель. Кроме меня, шифра никто не знал… Захотелось заорать на весь вокзал, что меня обворовали. Чувствуя, как земля уходит из-под ног, я стала бегать по залу, дергая все дверцы подряд.
— Ты что? — схватил меня за плечи мордоворот.
— Меня обворовали, Олег! Кто-то украл портфель, в котором лежало ни много ни мало пятьдесят тысяч долларов.
Мордоворот на секунду изменился в лице, затем подтолкнул меня к лестнице и чуть ли не волоком потащил наверх.
— Где мои деньги?! — орала я, глотая слезы. — Твари, они украли мои деньги! Какого черта я так долго торчала в Феодосии?!
— В Феодосии ты встретила меня, — укоризненно произнес мордоворот, выводя меня на улицу.
Громко взвизгнув тормозами, у подъезда притормозил милицейский УАЗик! Из него, как черти из табакерки, выскочили крепкие ребята с автоматами наперевес и резво побежали в глубь вокзала. Сжав мою руку мордоворот прошептал:
— Надо делать ноги, Светка! Кто-то спустился вниз, увидел труп и вызвал ментов. Сейчас начнется капитальный шмон, а я при себе имею целый арсенал. Вещдоков столько, что не отмажешься.
Поймав такси, он втолкнул меня в салон и назвал незнакомый адрес. Безучастно глядя в окно, я продолжала сокрушаться по поводу пропавшего портфельчика.
— Послушай, сделай одолжение, — раздраженно толкнул меня в бок мордоворот.
— Какое? — откликнулась я.
— Заткнись ты со своим портфельчиком! Хрен с ним, с этими деньгами…
— Тебе, может, и хрен, а мне совсем не хрен. Я из-за этих денег работу потеряла.
— Была бы приличная работа, — усмехнулся мордоворот.
— Ты мою работу не трожь! Работа у меня самая что ни на есть приличная. Это из-за денег я нажила, черт знает, сколько врагов!
— Ну и не только врагов. Все твои враги не стоят даже ногтя твоего нового друга, — подмигнув мне, сказал мордоворот.
— И кто же мой новый друг?
— Я, конечно, кто же еще?
Я уже каждую копеечку распланировала, — с грустью вздохнула я. — Думала машину приличную купить, шубу норковую, квартиру поменять, цветочный павильон открыть, чтобы из денег делать большие деньги…
— Ты хоть понимаешь, что я спас тебе жизнь?
— Понимаю. Спасибо. Ты мне уже ее второй раз спасаешь.
— А я и не знал, что ты такая неблагодарная!
— Ты хочешь, чтобы я тебя отблагодарила?
— Потом отблагодаришь, позже. Слушай, ты в зеркало на себя смотрела?
— Нет.
— Знаешь, на кого ты похожа?
— На кого?
— На пациентку из психиатрической лечебницы. Одета в какое-то бесформенное тряпье. На голове повязка. Как в фильмах ужасов. Я даже узнал тебя с трудом.
Растерянно посмотрев на мордоворота, я спросила:
— Послушай, а откуда ты взялся?
— Я тебе уже говорил.
— Нет, меня интересует, откуда ты взялся на вокзале в камере хранения?
— Я подъехал к телеграфу, где ты должна была встретиться со своим дружком…
— А почему я тебя там не увидела?
— Во-первых, я опоздал. Во-вторых, я не сразу тебя узнал. А в-третьих, я ждал удобного случая, чтобы тебе помочь.
— А почему именно удобного?
— Ну, для того, чтобы был повод для благодарности… У меня глаз наметан, я сразу понял, что у твоего дружка пушка в кармане. Я же не какой-нибудь лошара, а при понятиях человек и в таких делах шарю. У меня на пушку чутье. Короче, я сразу к тебе подойти не мог, потому что твой дружок был на взводе…
— Никакой он мне не дружок, — перебила я мордоворота.
— Ну, хорошо, если бы я не вовремя дернулся, то этот гад мог бы запросто тебя пристрелить. Мне пришлось ехать с вами на метро, только в соседнем вагоне. Так я и оказался у камер хранения.
— Но ведь ты же мог помочь мне раньше…
— Я знал, что, пока ты не откроешь ячейку, он тебя не убьет, но ты же у нас упертая! Тянула резину до последнего, финтила, финтила и допрыгалась… Ты только представь, что было бы, если бы этот придурок всадил тебе пулю в лоб! Неужели этот хренов портфельчик дороже собственной жизни? Ты ненормальная! Я еще никогда не видел такую чокнутую девку!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
