— Да, тебе легко говорить! — опять заплакала я. — В этом портфельчике лежали такие деньги, каких мне в жизни не заработать… Может, их Боженька послал мне прямо с неба, потому что человеку, которому они принадлежали раньше, они уже были не нужны…
Такси остановилось у телеграфа.
— Зачем ты меня сюда привез. Встреча уже состоялась, воспоминаний хватит надолго.
— Через два проулка стоит мой джип, — сказал мордоворот. — Я на общаковом транспорте кататься не привык.
— Вообще-то, я тоже… Но мне теперь собственной машины не видать как своих ушей.
Завернув в какой-то дворик, мордоворот остановился у мусорного бака, быстро огляделся по сторонам, достал из кобуры пистолет и выкинул его.
— Зачем ты это сделал? — удивилась я.
— Затем, что я из этого пистолета человека убил. Он теперь паленый. На хрена мне нужны неприятности!
— Тоже мне богач нашелся! — буркнула я. Стволами направо, налево раскидываешься. Не мог мне отдать! Мне бы он обязательно пригодился…
— Да уж, тебе для полного счастья только пушки не хватало, — ухмыльнулся мордоворот. — Ты уж и так выше крыше глупостей натворила.
Увидев знакомый джип с крымскими номерами, я блаженно улыбнулась.
— Давай залезай, — сказал мордоворот и завел мотор.
Сев на переднее сиденье, я, не удержавшись, зевнула.
— Ты что, не спала, что ли?
— Нет, — честно призналась я. — Я сегодня полночи по лесу бегала. В меня стреляли, а я скакала, как ненормальная, чтобы под пулю не попасть Искарябалась вся, ноги так вообще показать страшно.
Приподняв край бесформенной старушечьей юбки я, не без кокетства, продемонстрировала многочисленные ссадины и синяки.
— Ну ты даешь! — открыл рот мордоворот. — Жизнь у тебя какая-то шальная…
— Раньше хоть стимул был такой жизнью жить, а теперь его нет, — тяжело вздохнула я, вспомнив про портфельчик. — Чтоб эти деньги кому-то впрок не пошли! Чтоб он ими подавился! Чтоб они у него поперек горла встали! — Иссякнув, я поправила волосы и вновь посмотрела на мордоворота. — Знаешь, а ведь я могла бы и не приезжать к телеграфу. Я уже все вопросы утрясла. Я приезжала, чтобы тебя увидеть.
— Меня?
— Конечно. Ведь это была единственная возможность встретиться с тобой. Нет, правда… Я как подумала, что никогда больше тебя не увижу, так чуть не умерла. Ты даже не представляешь, как мне хотелось увидеть тебя!
— Зачем? — улыбнулся мордоворот.
— Затем, чтобы отблагодарить…
Мы оба рассмеялись.
— Послушай, а куда мы едем? — спохватилась я. — К себе я тебя пригласить не могу. Я теперь, считай, что бездомная. В моей квартире сидят люди и ждут от меня этот злосчастный портфельчик. Я же не могу объяснить им, что портфельчика больше нет. Они вряд ли захотят мне поверить.
— Мы едем к моему товарищу. Только тебя надо нормально одеть и привести в порядок, а то он просто испугается.
Мы заехали в первый попавшийся магазинчик и выбрали мне довольно симпатичное платье. Затем туфли-лодочки с умопомрачительным носком. Мордоворот исправно оплачивал мои весомые, с точки зрения финансов, покупки, а я, улыбаясь, чувствовала себя королевой и была на седьмом небе от счастья. Заключительным этапом оказалось посещение парикмахерской и косметического салона. В салоне мне почистили лицо, сделали микрошлифовку кожи и наложили первоклассный макияж, отлично замаскировавший царапины. После всех манипуляций я выглядела так, словно провела ночь, нежась в огромной постели на шелковых простынях, а не прыгая, как заяц, в подмосковном лесу…
Мордоворот встретил меня у кассы салона, заплатил за мою красоту, взял под руку и повел к машине.
— Ты выглядишь потрясающе! — восхищенно произнес он. — Ты такая красивая…
— Красота женщины зависит от размеров кошелька ее мужчины, — небрежно бросила я и села в джип.
Глава 24
Через полчаса мы подъехали к дому, где жил товарищ мордоворота. Это был чудный браток с лысой головой, квадратным лицом и бычьей шеей. Он провел меня в зал и усадил в кресло. Мужчины удалились на кухню, чтобы приготовить нехитрый обед, а мне было велено отдыхать и смотреть телевизор. Рядом со мной поставили небольшую бутылочку виски и тарелочку красной икры. При виде икры у меня закружилась голова. Я попыталась вспомнить, когда ела в последний раз, и не смогла. Аппетитные запахи, доносившиеся с кухни, не давали покоя. От икры вскоре остались одни воспоминания. Виски тоже заметно поубавилось, голодный желудок продолжал обиженно ворчать. Решительно поднявшись, я пошла на кухню.
— Можете думать обо мне что угодно, но я хочу есть!
Мужчины переглянулись и достали из кастрюли дымящиеся манты. Умяв самый большой из них, я принялась накрывать на стол, предвкушая неслабое пиршество в хорошей компании.
— Света, тут живет много наших ребят… — сказал мордоворот, когда мы наконец сели.
— Каких это ваших? — перебила я его.
Ну, с Феодосии. В общем, они тут имеют кое-какой авторитет. Короче, Толик сейчас смотается в одно местечко и попробует узнать, кто на тебя наезжает. Нужно доказать, что ты в глаза не видела никакого портфельчика и уж тем более денег, которые там лежали. Мы постараемся сделать все возможное, чтобы тебя оставили в покое. — Мордоворот перевел взгляд на Толика и закурил сигарету. — Видишь, Толян, девчонка нормальная. Я на ней жениться собрался. У нас все по-серьезному. На следующей неделе заявление подаем. Да только о какой свадьбе может идти речь, если на девчонку такую бочку катят! Она про этот портфельчик ничего не знает. Нужно взять пацанов, выяснить, кто сидит у нее на квартире и поговорить с ними по-хорошему, чтобы те свели меня с руководством. Толик вопросительно посмотрел на меня.
— Света, а ты и в самом деле здесь в стороне?
— Конечно! На черта мне нужен какой-то портфельчик? Я про него не знаю и знать не хочу. Он мне даром не нужен, пусть там хоть миллион лежит! — вызывающе произнесла я, но, уловив суровый взгляд мордоворота, моментально прикусила язык.
— Ну, ну, продолжай, — мягко улыбнулся Толик.
— В подъезде, вернее, в лифте моего дома убили какого-то Топора. Это у него кличка такая… — Подробно рассказав о том, как ко мне по очереди приезжали братки, принимая меня за любовницу убитого авторитета, я назвала приметы, имена, клички и марки машин, которые успела запомнить.
— Олежка, я поехал, — выслушав меня, сказал Толик. — Встречусь с пацанами. Попробую что-нибудь выяснить. Ты со Светкой останешься?
— Конечно! Я ее теперь даже на пять минут оставить боюсь, — ответил мордоворот, глядя на меня влюбленными глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
