Гевин ничуть не удивился, когда она демонстративно вскинула голову, отказываясь отступать.
– Неужели вы так быстро забыли меня? – угрожающе проворчал он.
Кира сглотнула, не зная, что делать, и зло посмотрела на него.
– Если вы считаете меня настолько развратной, чтобы так быстро завести другого мужчину, то какое вам дело?
Хороший вопрос. Гевин вдруг почувствовал ужасную усталость. Медленно соображающие шестеренки в его мозгу повернулись, пытаясь найти ответ на заданный ему вопрос, но все было напрасно.
– Если вы позволяете мужчинам ухаживать за вами под моей крышей – под той же самой крышей, где живет ваш жених, это не может не вызвать сплетен, и я не потерплю этого!
Недоуменно пожав плечами, Кира отступила, взяла несколько пар туфель и положила их в свой небольшой чемодан.
– Поскольку я уезжаю, единственная сплетня, которую может вызвать мой отъезд, будет о том, как сильно вам повезло, когда вы избавились от такой неприятной гостьи.
Вероятнее всего, Кира была права, но Гевина это ничуть не успокоило.
– Так вы собираетесь бросить моего кузена, даже не удосужившись попрощаться? Джеймс хотел жениться на вас, несмотря на...
– Да, несмотря на скандал и мое смешанное происхождение. Джеймс настолько понимающий человек, что не испугался ни того, ни другого. У меня и в мыслях нет бросать его, глупый вы человек. Напротив, я собираюсь найти вашего кузена.
– С помощью неназванного гостя? Разве это не вызовет косых взглядов?
Кира перестала укладывать вещи и, уперев руку в бок, уставилась на Гевина так, будто он сошел с ума.
– Почему мужчины полагают, что женщины не могут без них обойтись, когда им самим слишком явно не хватает умственных способностей? – Она с отвращением вздохнула.
Герцог гневно посмотрел на нее.
– Вы оскорбили меня!
– Да, оскорбила. Я еду одна, безмозглый фигляр. Подумайте сами: если я опять останусь с мужчиной, который не является моим мужем, то перейду все границы приличия. Вопреки вашим пьяным мыслям я больше не сделаю такой ошибки.
– Ехать одной не менее скандально. Это даже хуже, потому что кругом столько воров и мерзавцев...
– Не забудьте посмотреть в зеркало.
– Кира, будьте благоразумны...
– Не буду. Я не могу больше праздно сидеть и беспокоиться о брате и женихе только потому, что вы считаете меня слишком беспомощной, чтобы что-то сделать.
Беспомощной? Но он никогда не рассматривал ее в таком свете. Впрочем, если на нее нападет кто-то на темных английских дорогах, она ничем не сможет защитить себя; а если ее найдет лорд Венс, то уж вряд ли позволит ей снова так легко ускользнуть.
– Ладно, тогда я еду с вами, – внезапно заявил он.
– Нет, не едете. – Кира заталкивала в чемодан чулки.
– Нет, еду. Как вы собираетесь найти их? Вы же не больше меня знаете, где они находятся.
– А вот тут вы очень ошибаетесь, – язвительно заметила Кира.
От этого известия весь хмель мгновенно слетел с него.
– Так вы правда что-то знаете? И ничего не сказали мне? Тетя Кэролайн проплакала всю прошедшую неделю, горюя о том, что ее сын пропал, а вы все это время молчали!
– Насколько мне помнится, вы провели большую часть двух прошедших недель, избегая меня.
Проклятие, так все и было! Герцог покачал головой. В любом случае ее скрытность неуместна.
– Я настаиваю на том, чтобы поехать с вами.
Кира недобро усмехнулась:
– Ваша светлость, очевидно, не учли, что подумает свет о столь импульсивном поступке? Скорее всего вас просто перестанут принимать в приличных домах. Да и вашей тетушке придется все вечера проводить дома, если вас увидят со мной. Так что лучше уж вам не рисковать...
Гевин вздрогнул. Кира была права; люди будут болтать бог знает что, если узнают о том, как он и невеста Джеймса путешествуют вместе без сопровождения. Впрочем, он может что-нибудь придумать и отвести от себя подозрения; например, выдумать поездку в Бирмингем для окончательной проверки готовности железнодорожной ветки к открытию. Это звучало неплохо – даже умно, несмотря на бутылку бренди, которую он недавно употребил.
– Мне все равно. Я еду с вами.
– Дариус мой брат, моя семья!
– Джеймс мой кузен, и я отвечаю за него.
Кира презрительно взглянула на него и стиснула зубы.
– Я отказываюсь ехать с вами.
– Как пожелаете. Пока мы не найдем наших родственников, я буду ехать позади вас. – Герцог улыбнулся; ему сразу же понравилась эта идея. – Куда бы вы ни направились, я последую за вами и буду очень близко, пожалуй, дюймах в шести за вашей спиной...
– Вы не посмеете. – Ее сузившиеся глаза сказали ему правду: она очень боится, что он посмеет.
И тогда Гевин улыбнулся ей обезоруживающей улыбкой, а затем пошел укладывать вещи.
– Помните, вы моя кузина, – прошептал Гевин, когда они, поручив лошадей мальчишке, направились к гостинице «Высокое дерево», находившейся в самом сердце Корнуолла.
Кира хотела возразить ему, но за прошедшие несколько ночей путешествия она поняла, что ни один уважающий себя содержатель гостиницы ни за какие деньги не дал бы ей комнату, если бы она путешествовала одна.
Все же она искренне надеялась, что заставит герцога чувствовать себя хотя бы наполовину таким же несчастным, какой чувствовала себя она. Кроме того, что все мышцы ее тела болели от долгих часов, проведенных в седле, ей приходилось бороться с чудовищно красивым негодяем, разбившим ее сердце, который все время пытался заговорить с ней, но ни разу не проронил и слова о женитьбе. Очевидно, герцог рассчитывал, что его присутствие сделает ее счастливой, несмотря на то что он обесчестил и бросил ее.
Больше всего Кире хотелось, чтобы они нашли Дариуса и Джеймса в ближайшие пять минут, но это вряд ли могло случиться. За последние пять дней лишь несколько владельцев гостиниц вспомнили что-то о тех, кого они искали, но никто не смог сообщить никаких существенных деталей. К счастью, Кира захватила с собой письмо Дариуса к мистеру Берджесу, и теперь, когда они достигли Тавистока, надеялась отделаться от Гевина и сама разобраться с этим делом. Герцог может убираться куда хочет, главное – чтобы его не было рядом с ней, потому что, когда он находился близко, ей с трудом удавалось сдерживать сердечную боль.
Когда они устроились в гостинице под чужими именами, жена хозяина появилась в гостиной со знаменитыми корнуоллскими пирогами и крепким горячим чаем.
– Надеюсь, это поможет вам согреться...
Кира внимательно посмотрела на крепкую пышногрудую женщину с седеющими волосами, свернутыми на голове в тугой пучок. Трактирщица словно специально была создана для того, чтобы выживать на этой суровой каменистой земле.
