Кира внимательно посмотрела на крепкую пышногрудую женщину с седеющими волосами, свернутыми на голове в тугой пучок. Трактирщица словно специально была создана для того, чтобы выживать на этой суровой каменистой земле.
Закончив расставлять перед ними тарелки, хозяйка заведения улыбнулась. Кире очень хотелось расспросить ее о Дариусе и Джеймсе, но для этого она планировала остаться с женщиной наедине, а Гевин пусть сам добывает информацию.
– Я скоро вернусь с лепешками и топлеными сливками, дорогие мои.
Прежде чем они успели ответить, трактирщица вышла.
Держа чашку с чаем в руке, Гевин повернулся к Кире, но она не желала слышать ничего, что он собирался сказать.
– По тому, что мы остановились именно здесь, я делаю вывод, что место было вам известно заранее, – безапелляционно заявил он, – и поэтому настаиваю, чтобы вы сообщили мне сведения, которые получили еще в Лондоне.
Как ни странно, он уже сам о многом догадался, но Кира скорее отрезала бы себе язык, чем признала это.
– Настаивайте, если хотите.
Сделав глоток обжигающего чая, Гевин отставил чашку.
– Проклятие, как я могу помочь вам, если вы отказываетесь что-либо мне рассказывать?
– Я не просила вашей помощи.
– И все же она нужна вам.
Очевидно, герцог намеренно использовал самые резкие и глубокие ноты своего голоса, чтобы напугать ее, но Кира не желала поддаваться и лишь преувеличенно любезно попросила:
– Не могли бы вы передать мне сахар? Гевин нетерпеливо сунул ей в руки сахарницу.
– Мы найдем их быстрее, если вы расскажете мне все, что знаете.
Положив две ложки сахара в свою чашку, Кира, ни слова не говоря, вернула ему сахарницу, затем молча размешала чай, подула на дымящуюся поверхность, чтобы немного остудить, и сделала осторожный глоток. Как красиво здесь все цветет весной, подумала она, глядя в окно. Корнуолл обладал какой-то дикой красотой, очарованием, которое нельзя укротить. Как интересно...
– Вы не можете отказываться говорить со мной всегда, когда вам этого захочется.
Голос Гевина звучал почти гневно, и Кира удовлетворенно улыбнулась.
– А вот и я, – произнесла трактирщица, входя в комнату. – Свежие лепешки и топленые сливки. Если захотите еще, просто позовите меня.
Теперь Кире еще больше хотелось, чтобы Гевин ушел. Может быть, женщина вспомнит что-то о Дариусе или Джеймсе. Возможно, она сможет дождаться, когда Гевин ляжет спать, и тогда обратится к женщине.
– Миссис Керр? – приветливо улыбаясь, обратился Гевин к женщине.
Боль пронзила желудок Киры. Ей вспомнилось, как Гевин улыбался ей – тогда она верила, что он действительно любит ее. Теперь она знала его лучше – гораздо лучше.
– Да, мистер Ривз? – назвала трактирщица вымышленное имя герцога.
Гевин решил обратиться к трактирщице по фамилии, что было очень умно. По крайней мере она это запомнит.
– Вот интересно, не помните ли вы двух джентльменов, которые, я уверен, останавливались у вас?
Кира возмущенно обернулась. Боже, как бы ей хотелось вырвать герцогу язык! Кажется, он угадал весь ее план.
– Не знаю. У нас тут бывает много джентльменов.
– Уверен, вы вспомните, – заверил ее Гевин. – Одного джентльмена звали Джеймс Хауленд.
– О, этот очень приятный священник был здесь на прошлой неделе. Он сказал, что разыскивает брата своей невесты.
Кира попыталась вздохнуть с облегчением, но не смогла – она все еще не узнала, что случилось с ним и Дариусом.
– Действительно, это он. А мистер Хауленд не говорил, куда собирается ехать дальше?
Седые брови миссис Керр сошлись вместе.
– Нет. Вообще-то он оставил тут кое-какие вещи и не вернулся за ними. Они так и лежат у меня.
Гевин встревожено нахмурился. Джеймс никогда не был забывчивым.
Кира крепко сжала кулаки, стараясь не поддаться тревоге, прокравшейся в ее душу.
– Вы помните человека, которого искал мистер Хауленд? Его имя...
– Мистер Мельбурн? Конечно. – Трактирщица взмахнула рукой. – Он не из тех мужчин, кого женщине легко забыть, не важно, какого она возраста. Высокий, темноволосый и похож на иностранца. Я права?
У Киры екнуло сердце. Женщина действительно помнила!
– А когда он уехал и куда направился? – поинтересовался Гевин.
В его словах звучала та же настойчивость, с какой говорила бы Кира, только низкий голос Гевина звучал более повелительно.
Миссис Керр пожала плечами.
– Он все расспрашивал меня об аристократе, недавно поселившемся в нашей местности, и, пробыв день или два, исчез – посреди ночи, оставив деньги на оплату счета. Возможно, он спешил к сестре, о которой очень волновался.
Сердце Киры готово было разорваться от любви и тревоги. Господи, пусть только Дариус будет в безопасности. Пусть они с Джеймсом будут в безопасности. Тревога затопила ее душу, и она боялась расплакаться прямо на глазах Гевина и трактирщицы.
– А тот аристократ, – произнес он, – как его звали?
– Лорд Венс. – Она разгладила руками свой широкий, без единого пятнышка фартук. – По-моему, этот очаровательный человек недавно снял Фентлет-Мэнор, недалеко отсюда. Дом стоял пустым почти десять лет, так что можете представить наше удивление, когда появляется лондонский джентльмен и говорит, что ищет место, где можно отдохнуть от столичной суеты.
Кира нахмурилась. Лорд Венс говорил то же самое, когда прошлой зимой снимал Бенхолоу-Холл в Суффолке.
– Этот господин все еще живет там? – спросила она трактирщицу.
– Да, насколько я знаю, хотя старшая дочь моей сестры, которая работает там горничной, говорит, что слышала от его камердинера, будто он вскоре собирается снова поехать в Лондон по каким-то семейным делам.
– Полагаю, – любезно предположил Гевин, – вы не против рассказать нам, как найти этот Фентлет-Мэнор?
– Ну конечно. Я даже попрошу мужа нарисовать вам карту.
На следующее утро Кира проснулась рано, по меньшей мере за час до восхода солнца, и торопливо оделась. Гевин может держать у себя карту дороги в Фентлет-Мэнор, но у нее прекрасная память, поэтому она помнит каждое слово из объяснений миссис Керр. Женщине одной даже легче пробираться по окрестностям. Может быть, лорд Венс не узнает ее и ей удастся сделать вид, будто она ищет место служанки, а тем временем выведать у слуг, не видели ли они Дариуса.
Кира на цыпочках пробралась в холл и спустилась по скрипучим ступеням, вздрагивая от каждого шороха. Если она постарается двигаться осторожно, то не разбудит Гевина, иначе он будет настаивать на том, чтобы сопровождать ее. Разумеется, его помощь может пригодиться, и она бы чувствовала себя гораздо спокойнее, зная, что он рядом, но Кира просто не хотела иметь с ним никаких дел. К тому же она сама может разыскать брата и жениха, ведь, в конце концов, они пропали из-за нее.
