вам ничего угрожать не будет. Этой ночью лучше остаться в доме нашего с вами Старшего Бога, он защитит. Завтра утром мы направимся с моими учениками в лес и отыщем пропавшего ребёнка. Кто его мать?
— Я, — худощавая светловолосая женщина подняла руку.
— Я клянусь вам, что верну сына живым, — обратился к ней Саган и выпустил из рук очередной зелёный шарик, который окатил мужчину икрами. — А сейчас попрошу вас всех не делать глупостей.
— Нам что, на лавках в храме-то спать? — возмутился кто-то из мужиков.
— Да, — взгляд колдуна посуровел. — Если хотите пережить эту ночь и защитить своих жён и детей, отправляйтесь в храм. Думаю, что жрецы справятся с таким количеством людей. Я прав?
— Справимся, — уверил его Вильгельм, стоя с остальными жрецами, коих было около десяти человек. — Слышали, что сказал уважаемый чародей? Отправляйтесь в храм немедля!
Под светом ярких звёзд и одиночных факелов жители Восточного Хастоу разбрелись по домам. Мужчины распределились по улицам, чтобы проконтролировать перемещение соседей и заодно оповестить тех, кто по каким-то причинам не пришёл на совет. Жрецы последовали за ними, дабы помочь женщинам с детьми, а Вильгельм и ещё двое его людей направились к храму, который готовился принять в свои стены оказавшихся в беде людей.
Все действовали настолько слаженно и сообща, словно каждый день оказывались в таких условиях. Хотя я понимала: их беда объединяет.
На площади остались только староста, мама и Саган. Бристиа с Драфоком умчались помогать жителям Восточного Хастоу. Никто не посмел ослушаться приказа королевского мага. То ли это был авторитет, то ли роль сыграли те четыре клятвы, которые он принёс при всех.
Наверное, ответа я никогда не узнаю.
Колдун помог старосте спуститься с помоста. Мама сошла вслед за ними, я поймала её взгляд, наполненный страхом и злостью.
— Спасибо вам, — я подошла как раз в тот момент, когда Сагана благодарили. — Стар я стал, не слушают они меня.
— И вы отправляйтесь в храм, там будет безопасно. Госпожа Маливика, проведёте его?
— Да, конечно, — мама уже протянула руку к отцу, когда тот стукнул клюкой по земле. — Сам дойду. Стар, но не немощен!
Мы переглянулись с колдуном, но ничего не сказали.
Староста с кряхтением повернулся и медленно двинулся к Храму Старшего Бога, стоящему с другой стороны площади.
— Спасибо вам за помощь, — матушка не спешила догонять отца. — И будьте завтра, пожалуйста, предельно осторожны.
— Маливика, могу я попросить вас об одолжении, — обратился к ней Арусаган.
— Да, конечно, — мама, не задумываясь, кивнула. — Что именно я должна сделать?
— Я знаю, что это нелегко, но проследите, чтобы никто не покидал Храм до позднего утра. Передайте эту просьбу и жрецам. Им предстоит бессонная и сложная ночь. Но я надеюсь, что вы понимаете, что все это только ради вашего блага. Эта ночь может унести ещё множество жизней, если делать глупости.
Сейчас я понимала, о чём он говорит. Не все жители могли смириться с решением «кудесника». Отчаявшаяся мать или осмелевший юноша вполне могли под покровом ночи покинуть храм и сбежать в лес на поиски пропавшего ребёнка. Нам не нужны были лишние жертвы. Тем более теперь, когда Саган поклялся своей жизнью, что сможет уберечь всех жителей Восточного Хастоу.
— Я поняла вас, Саган, — кивнула она. — Постараюсь сделать все, что в моих силах, передам вашу просьбу жрецам.
— Как у вас с рунной магией? — задал он вопрос в лоб.
Мама не смутилась, наоборот, вскинула подбородок и гордо выдала:
— Это единственная область, по которой мне удалось отыскать книги.
— В таком случае вы знаете, как можно запечатать все двери и окна, чтобы никто не смог покинуть здание до рассвета, — принял её ответ мужчина. — Надеюсь на вас.
Маливика лишь коротко кивнула и, ещё раз попросив нас быть завтра осторожнее, побежала за отцом, который почти добрался до храма.
— Зря ты принёс такие клятвы, — выдохнула я, когда мы остались к Арусаганом наедине.
— Хочешь сказать, что не уверена в наших силах?
— Саган, если это то, о чём я думаю, то вчетвером нам не справиться, — вздохнула я, поднимая взгляд на колдуна.
— И как ты думаешь, что там? — хитро усмехнулся мужчина.
— Маги хаоса, которые похищают людей для ритуалов. Вот только вопрос в том, зачем им простые люди, не маги.
— Шерил, Мёртвой Богине нужны не только воины и приспешники, а и жертвы. Это укрепляет силы тех, кто достиг своей цели.
Я вздрогнула:
— Тогда нам нельзя ждать утра!
— Сейчас мы ничего не сделаем, я потратил большую часть резерва, чтобы подавить вызванную тобой бурю и вылечить тебя. Да и ночью лезть в пасть к врагу очень опасно.
— Мы ведь все идём?
— Да. Или ты хотела кого-то оставить в деревне для защиты?
— Я не знаю, — покачала головой. — Тут тебе решать, мастер.
— Не обращайся ко мне так, когда мы вне стен Академии, я чувствую себя слишком старым, — хохотнул мужчина.
— Неужели я угнетаю этим божество? — усмехнулась я, встречаясь с ним взглядом. — Или просто не имею на это прав?
— Ты опять, — колдун вздохнул. — Шерил, я…
— Я помню, — в голосе прозвучала грусть, — ты Старший Бог, один из демиургов, и ты не можешь любить простую смертную.
— Могу, — он вздёрнул мой подбородок пальцами. — Но полюбит ли простая смертная меня таким, какой я есть на самом деле?
— Если ты такой, каким показывал себя на протяжении этого года, тогда задавать такие вопросы крайне глупо, — я не отвела взгляд, хотя очень хотелось это сделать. Все же этот разговор в равной мере доставлял как наслаждение, так и боль.
— Ты ведь понимаешь, что у этих отношений мало шансов на счастливое будущее, — проговорил он, первым разрывая зрительный контакт.
— И ты даже не хочешь попробовать? — спросила я и тут же захлопнула рот. Все же это был очень дерзкий вопрос, адресованный преподавателю, оказавшемуся богом.
Этот разговор был совершенно не к месту. Но и оставаться в неизвестности не хотелось.
Вместо ответа он наклонился и поцеловал меня. Мимо проходили люди, спешащие укрыться в храме, но никто не обращал на нас внимания. Слышались выкрики и команды жрецов, но мы не слушали ух.
Сейчас не существовало ничего, кроме таких манящих и любимых глаз напротив. Он ответил на мой вопрос действием. И кажется, мы оба запутались настолько, что даже представления не имели, что повлечёт за собой такое решение.
В этот раз я прервала поцелуй первая:
— Спасибо, что ответил.
— Ты после каждого поцелуя будешь меня благодарить? — хохотнул мужчина, предлагая мне локоть.
Сейчас он говорил о той ночи, когда я
