на этот вопрос я не получила.
Тьма затянула пеленой глаза.
Глава 16
Кто-то тряс меня за плечи. В груди болело так, будто я вновь была одноискровым располовиненным магом. Будто искра решила покинуть моё тело. Опять.
— Дыши!
Огнём опалило лёгкие, я закашлялась и открыла глаза.
Первым, что попало в моё поле зрения, оказалось лицо колдуна на фоне неба, по голубому полотну плыли белые облака. Глаза чародея были закрыты, губы превратились в тонкую ниточку, а от рук, лежащих на моей груди, исходило яркое золотистое сияние.
В первые мгновения я не сразу поняла, что происходит. А потом выдохнула и попыталась сесть.
— Лежи, — недовольно буркнул мужчина, так и не открыв глаз.
Сил спорить с ним не было. Тело будто стало одним целым с влажной землёй, мокрое платье прилипало к коже, меня била дрожь.
От рук Сагана исходило тепло, которого магия Драфока не дарила. Целитель лечил легко, непринуждённо, без лишних ощущений. А вот магия мастера была горячей, словно пламя подпитывало абсолютно все, к чему бы тот ни притронулся.
Я даже не удивилась тому, что колдун спокойно пользовался магией света. Не могу объяснить почему. Откуда-то я знала, что так и должно быть, что это в порядке вещей, и что тогда, показав артефакт, он мне солгал. Даже не так. Не солгал, просто не сказал всей правды. Тогда Саган показал мне артефакт, который может залечивать раны, но так и не сказал, что именно им спас мне жизнь на Состязании Стихий.
Вся злость на колдуна испарилась. Сейчас я понимала, что он был прав. Что бы мы оба не чувствовали, никаких отношений между преподавателем и ученицей быть не может. Это неправильно. Это то, что перешагивает за грань дозволенного.
— Встать можешь? — мужчина поднялся и подал мне руку.
С его помощью я встала с земли, отмечая, что белоснежное платье больше таковым не является. Но не это меня сейчас волновало больше всего.
— Ну что, Саган, настал тот день, когда пора рассказать мне все то, что ждало своего времени?
Он вздохнул, но противиться не стал. Напротив, кивком головы указал на упавшее во время бури дерево, приглашая присесть на его ствол. Видимо, разговор будет не из самых коротких и приятных. Но рано или поздно это должно было случиться.
Прихрамывая на правую ногу, я дошла до бревна и с тихим вздохом опустилась на него. Было такое чувство, что меня скинули с самой высшей точки Академии Двух Богов, придали ускорение заклинанием, а после приземления засыпали камнями. Мне даже в лазарете было не так плохо, как сейчас. Но отказываться от разговора из-за своего самочувствия я не собиралась. К тому же не мешало бы узнать, что пошло не так и почему моя защита не спасла меня от молнии. В том, что в меня попал разряд, я даже не сомневалась.
Саган сел в метре от меня, сложил руки на коленях и бросил в мою сторону вопросительный взгляд.
Появилось стойкое ощущение того, что он и сам не прочь поговорить и все рассказать, но не знает, с чего начать. Тогда стоит взять все в свои руки, возможно, тогда я смогу получить ответы на все те вопросы, которые переносились на «всему своё время».
— Искра света, — прокашлявшись, заговорила я. — И как так получилось, что у тебя три искры, Саган? Или их больше?
— Нет, не больше, — качнул головой мужчина и замолчал.
— А на первый вопрос ты ответить не хочешь? — разговор не клеился с самого начала. Видимо, я все ещё злилась на него и его принципы, хотя и не признавалась себе в этом.
— Пока не могу, — расплывчато отозвался колдун. — Но с радостью выслушаю все твои предположения.
Если бы не столь скорбное выражение лица, я бы решила, что он издевается. А так…
Вздохнув, я провела ладонью по лицу. Нужно было в одиночку сложить пазлы в одну цветную картинку. Надеюсь, что справлюсь.
— Ты силен, знаешь очень много и владеешь тремя искрами. По легендам и тому что мне известно, такое подвластно было всего двум созданиям — Братьям-Близнецам. Младшему Медино подчинялась вода, земля и тьма. А Старшему Арусагану… — я выдохнула, понимая, что ответ все это время был у меня под носом. — Арусаган. Саган. Скажи, что это просто совпадение?
Он молчал и улыбался. А я не могла выдохнуть. Огонь, воздух и свет были искрами Старшего Бога. Того самого, в чьём храме я сегодня завтракала вместе с Драфоком.
— Это ведь шутка, да? — я вскочила с бревна, игнорируя резкую простреливающую боль в правой ноге.
— Нет, — добивая меня, покачал головой чародей, — ты угадала. Молодец. Теперь я могу все тебе рассказать.
— Ты что, головой ударился? — я отступила на шаг. — Какие боги? Саган, это ведь всего лишь людская выдумка, чтобы они не чувствовали себя такими одинокими!
— Герминат, — выдохнул мужчина.
На его пальцах появилось три искры, зависли над ладонью. Ярко-красная, полупрозрачная голубая и золотисто-жёлтая.
Я смотрела на подтверждение и пыталась восстановить сбившееся дыхание.
Бог. Он Бог. Да быть такого не может! Такого просто не бывает! Наверное, я сильно ударилась головой во время падения и потому сейчас не осознаю, что происходит. Или я даже умерла несколько минут назад, а передо мной и впрямь божество.
Но тогда… Если это правда… Если это в самом деле правда, тогда это многое объясняет. И то, откуда он столько всего знает и может, и то, как он спас меня на Состязании Стихий. Ни один простой смертный не в силах выдернуть из чародея искру и вживить её другому человеку. Но и вопросов от этого знания не меньше.
Саган наблюдал за моими попытками это осознать и молчал. Лицо его выражало такую грусть, будто он уже готовился к тому, что я сорвусь с места и, обозвав его ненормальным, сбегу отсюда. Но не дождётся! Пусть вначале все объяснит, а потом уже будем разбираться в реальности происходящего.
Медленно вернувшись на место, я вздохнула:
— Хорошо. Допустим, я тебе поверила, — сейчас надо было видеть лицо чародея. Таким удивлённым я его никогда не лицезрела. — Почему ты сказал, что теперь можешь обо всём рассказать? До этого не мог?
Он вздохнул, сжал руки в кулаки:
— Удивительная ты девушка, Шерил. Тебе говоришь, что перед тобой божество, один из создателей этого мира, а ты так спокойно относишься к этой новости.
— Ещё не доказано, не приложился ли ты часом головой или не ударило тебя, как и меня, молнией, — аккуратно улыбнулась
