С сожалением посмотрев на пустые пачки сигарет, Игорь закрыл папку. Встал, немного размялся, подошел к окну. По стеклу бегали разноцветные блики неоновой рекламы. Болела голова. Наверное, от невероятного количества прочитанных протоколов, справок, актов, рапортов. Все-таки надо было пойти пообедать. Да и курить поменьше.
Алтаев вернулся к столу, открыл первую папку. Пробежал глазами уже знакомый текст:
«18 марта 1969 года в автомашине «скорой помощи», не приходя в сознание, скончался юноша, подобранный в 16.00 неподалеку от кинотеатра «Художественный». Диагноз: колото-резаная рана левой части грудной клетки. Убитым оказался Семнов Владимир Сергеевич, 1953 года рождения, проживавший по адресу: Суворовский бульвар, дом…»
4
Телефонограмма «скорой помощи» была лаконичной — всего несколько строк, но о том, сколько работы она дала людям, говорили три пухлых тома — напряженный труд и бессонные ночи следователей, сотрудников уголовного розыска, экспертов.
Игорь сел и решительно подвинул к себе вторую папку. Сегодня можно не спешить домой: Галки нет. Когда она дома, всегда шумит:
— Что ты за работу выбрал? Все люди как люди — восемь часов отработают и домой идут. А ты? Даже ночью не всегда бываешь дома!
Игорь улыбнулся, представив огорченную Галю. Она, наверное, так и не привыкнет к его постоянным задержкам на работе. Попробуй приди вовремя домой, когда вот такие истории попадаются.
Игорь перевернул страницу.
Акт судебно-медицинской экспертизы: «Смерть наступила в результате ранения в область сердца. Ранение нанесено острым режущим предметом, длина лезвия примерно 12 см, ширина 3 см. Нож, которым нанесено ранение, типа сапожного».
А вот и протокол осмотра одежды убитого: «На рубашке около клапана левого кармана разрез ткани 4 см, залитый бурыми пятнами, похожими на кровь; имеются следы инородных частиц коричневого цвета, изъятых и направленных на экспертизу».
Дальше следовал ряд заключений научно-технического отдела. Эксперты-биологи подтверждали, что бурые пятна — кровь группы АН и что такая группа крови была у убитого. Эксперты-химики писали, что изъятые с рубашки коричневые частицы — табак, испачканный в крови этой же группы. Но убитый ведь не курил, значит, нож в кармане убийцы лежал с табаком. Вывод — убийца курит.
«Молодец! — иронически похвалил себя Игорь. — Гениальный силлогизм, хорошо работаю. Надо будет Валерке сказать, и мой авторитет неизмеримо вырастет в глазах наших мастеров сыска».
Но что же произошло в тот мартовский день? Алтаев перевернул несколько страниц и углубился в чтение протоколов допросов свидетелей. Итак, на Арбатской площади у касс кинотеатра «Художественный» стояла группа подвыпивших подростков. Мимо них проходил Семнов. Один из парней предложил ему билет в кино. Что было дальше, свидетели не знают. Дворник Тихомирова показала, что убитый поспорил с кем-то из ребят, а потом пошел дальше. Тихомирова шла в ту же сторону и видела, как за Семновым побежал один из парней: невысокий, черноволосый, в голубой вельветовой куртке. Минут через пятнадцать прохожие увидели Семнова, лежащего под аркой дома. Вызвали «скорую помощь». Туда же выехала опергруппа МУРа. Осмотр места происшествия ясности в обстановку не внес, даже нож найти не удалось.
«Убийство. Самое простое, — подумал Игорь. — Но причины!.. Почему его убили, за что, кому выгодно это убийство?»
Все-таки здорово поработали ребята. Нелегко было установить лиц, стоявших в тот день у кинотеатра «Художественный». Вот список — десять человек. Проверены все.
Черноволосых пятеро, невысокого роста — больше половины. Живут все в одном районе — Арбат, Смоленская, переулки у Кропоткинской. Многие знают друг друга. На вопрос «Почему пил?» — отвечали по-разному: «Выпил от скуки», «Товарища повстречал», «Просто были деньги…»
Парня в голубой куртке никто не видел. Были ли у этого парня ссоры с кем-нибудь, никто не знал, а может, не хотели говорить.
Убитого знал только один — Евгений Клышин. Они учились в одной школе. В день убийства Клышин не встречал Семнова, хотя примерно в одно с ним время был у кинотеатра. Парня в вельветовой куртке он тоже не видел.
— Странно! — Игорь оторвался от дела.
В глазах рябило от различных почерков, порой довольно неразборчивых.
— Домой пойду, — решил он, укладывая злополучное дело в сейф.
5
Пятиминутка сегодня закончилась сравнительно быстро, и, когда Колесников и Зимин пришли в кабинет, Алтаев сказал:
— Ребята, я вчера читал это дело…
— А я читал Эренбурга, — начал Колесников.
Зимин перебил его:
— Есть что-нибудь?
— Ничего нет. Сейчас буду еще раз читать, а то вечером какая-то чертовщина в голову лезет. Что вы сегодня делать собираетесь?
Зимин сказал, что ночью в его зоне произошла квартирная кража, и поехал в отделение милиции. Колесников сел за стол и стал просматривать бумаги.
Вытащив дело из сейфа, Алтаев нашел вчерашнюю закладку.
— Толстое!.. — с уважением произнес Колесников. — Ты его мне потом оставь, люблю старые истории читать.
— А раскрывать их ты тоже любишь? — Игорь посмотрел на нижнюю полку колесниковского сейфа, где лежали нераскрытые дела.
— Ты бы в Киевский райотдел съездил. Там парня взяли за кражи из школы, метод похож на твои два дела, тоже через окно по пожарной лестнице лазили.
— А я сегодня ориентировку из Ялты читал, там тоже через окно, — мечтательно произнес Колесников. — Ты, Игорек, пошли меня в Ялту.
— Куда? — Игорь выразительно посмотрел на Колесникова.
Тот начал одеваться:
— Действительно, поеду в райотдел. Упустишь, а потом меня кто-нибудь через энное количество лет ругать будет. Ты, Игорь, не ругаешь тех, кто до тебя это дело вел?
— Нет, не ругаю. — Игорь посмотрел на одевающегося Валеру: «Хороший он парень, и года через два из него неплохой работник выйдет. Правда, любит потрепаться, но все сделает, если, конечно, проследишь. Зимин — тот другое дело. Работает без лишних разговоров. Их бы вместе слепить, а потом пополам разделить — лучшая бы у нас группа была. Характеристики начал давать — начальником становлюсь, а сам не то чтоб раскрыть, прочитать дело по-настоящему не могу. А между тем убийца почти десять лет на свободе гуляет!»
Открыв вчерашнюю закладку, Игорь подумал: «А почему же Клышин своего одноклассника не увидел? Или не захотел увидеть? Или видел, но не хотел говорить? Почему?»
Вот и фотография Клышина. Небольшого роста, черноволосый, правда, куртки голубой из вельвета у него не было — это говорили и его родители, и учителя, и соседи. А при чем тут куртка? Кроме дворничихи, эту куртку никто не видел, и еще неизвестно, стоит ли ей доверять: парня видела хорошо, приметы описала, а опознать не может. Или боится? А может, никакой куртки вообще не было, ведь холодно было — март.
Вопросов набиралось много. На чистом листе Алтаев начал их записывать и нумеровать. Врет ли дворничиха? Кто такой Семнов? Почему Клышин ничего не видел? И еще много-много вопросов. Чем больше вопросов, тем больше версий, тем больше шансов поймать убийцу. Но и сколько работы! Сколько ненужных, ведущих в тупики путей! Вот бы научиться сразу угадывать, какой путь ведет к убийце.
В начале апреля 1969 года, спустя три недели после убийства, в шестое отделение милиции Москвы обратилась пенсионерка Некрасова. Старушка жила в подъезде дома, где произошло убийство. Под аркой дома стоял большой ларь с песком. Как-то вечером Некрасова пошла набрать песочку своей любимой кошке. Зачерпнув ведерком песок, увидела сапожный нож. Об убийстве она, конечно, знала — об этом много говорили во дворе — и отнесла нож в милицию.
Нож сфотографировали и приобщили к делу, так как экспертиза показала, что именно этим ножом был убит Семнов. Отпечатков пальцев, кроме старушкиных, на ноже не было.
Самого ножа в деле не оказалось: из-за халатности работников он где-то затерялся. Из вещественных доказательств это было единственное, теперь уже и его нет.
Дальше в деле были подшиты материалы по проверке версий. Их было много. В сущности, остальные тома заключали в себе проверку предположений, кто был преступник, как он совершил преступление и так далее.
Алтаев решил вести работу одновременно в двух направлениях. Во-первых, поручить Зимину проверить, как выполнена работа по версиям, все ли по ним сделано, если нет, то доделать упущенное. Во-вторых, разработать новые версии. Это можно поручить Колесникову.
Чтоб не утонуть в бумагах, Игорь решил выписать старые версии и прикинуть все «за» и «против». Наибольшее подозрение вызывал парень в голубой куртке. Еще бы! Этот парень поспорил с Семновым, а потом побежал за ним. А может, не за ним? Или за ним, чтобы сказать что-то, а убил кто-то другой? Да и парня этого, кроме дворничихи, никто почему-то не видел. Кстати, а с чего это вдруг она на него обратила внимание?
