со мной не только из-за денег, но полюбит меня по-настоящему. Красивую, умную, самодостаточную, которой не лень будет приготовить мне завтрак и ужин, улыбнуться лишний раз. От которой я не захочу уходить на работу, но к которой я буду стремиться после. Когда я вернулся из Европы, меня встретила уверенная в себе, красивая девушка с идеальной фигурой, к которой меня нещадно тянуло. А потом я узнал тебя поближе. Думаю, тогда все и произошло окончательно. А теперь спи давай, хоть немного, но поспать можно.
Я и сама чувствовала себя изрядно уставшей, хоть усталость была и приятная, но все же в сон тянуло. Я обняла его, прижалась сильнее и прикрыла глаза. Это будет мой самый сладкий сон. Он меня любит, как и я его. В постели мы идеально подходим друг другу, мой сыночек любит его как своего отца. Все сложилось именно так, как должно быть. А то, что, по его словам, он не может быть со мной из-за чего-то, то… мы все преодолеем, вместе нам ничего не будет страшно.
Но, видно, так думаю только я. Потому что, когда я проснулась, Андрея рядом уже не было. Он оставил записку, содержимое которой повергло меня в шок.
«Алена, я люблю тебя. Но… есть одно большое «но»…
Я решил изложить все на листке бумаги, чтобы ты, перечитывая, попробовала меня понять…»
Глава 30
– «Алена, я люблю тебя. Но… есть одно большое «но»…
Я решил изложить все на листке бумаги, чтобы ты, перечитывая, попробовала меня понять…» Вот дебил! – комментирует Жанна, отрываясь от листка бумаги и переводя возмущенный взгляд на меня. – Он времена попутал или как?! В девятнадцатом веке, что ли, живем?!
– Читай дальше, – махнув рукой, обреченно заворачиваюсь в теплое одеяло. – Я эти строки уже выучила наизусть.
Приехала к подруге, потому что мне просто некуда пойти, не с кем поговорить. Мне так плохо, кажется, я сейчас свихнусь просто! За что мне это?!
– Козел! – все же не оставляет без своего комментария и продолжает читать: – «Я должен сначала извиниться перед тобой за свое поведение на этапе нашего знакомства. Был дураком…» Ой, как будто сейчас изменился, им и остался, – не выдерживает подруга и продолжает дальше читать: – «Изначально повел себя как эгоистичный подросток…» Ты недалеко ушел от того времени, – вновь вставляет Жанна. – «…Поэтому прости. Второе, ты спросила, когда я в тебя влюбился, так вот, я слукавил. Я влюбился в тебя с первого взгляда, тогда, на пороге квартиры, когда ты открыла мне дверь. Мне словно под дых дали. Кажется, я на мгновенье даже перестал дышать…» Вот сукин сын, а писать-то умеет! – возмущается подруга и, отпив из стакана воды, продолжает: – «Ты словно сошла с обложки журнала. И когда ты объяснила, кто ты, я получил еще один удар по самолюбию. Я не мог поверить, что та девчонка, которая приехала из деревни, превратилась в такую красавицу. Твой надменный взгляд поразил меня. На меня еще никто так не смотрел. Впервые в жизни я растерялся из-за девушки, не понимая, как себя вести, буквально оторопел». Да уж, писать он умеет явно лучше, чем говорить. Так, не кисни, подруга, сейчас узнаем, что этот хрен скрывает, так, где я остановилась?.. – Жанна вертит лист бумаги, просматривая текст с обеих сторон.
– Да, – обреченно отвечаю ей, а сама думаю, как же я так прожила все это время. Совсем не подозревая ни о чем.
– Так-с, продолжим… «А еще я ясно читал в твоих глазах ненависть. Все время пути от дома Жанны я думал о тебе. Мне жутко захотелось сделать тебя своей, сломить, подчинить себе, но было одно большое «но»… БРАТ. И я решил все оставить как есть, подогревать твою ненависть и ненавидеть в ответ. А когда увидел, как Володя заботится о тебе, то определился окончательно. Всю ночь после возвращения я думал о тебе, мыслил найти все твои недостатки и, подчеркивая их, издеваться и впредь. Но ты… ты была идеальна и как жена, и как студентка, и как домохозяйка. И это жутко раздражало и манило одновременно. Мои чувства не поддавались разуму. Меня тянуло к тебе. В какой-то из дней я понял, что завидую брату. Да. Вот так просто меня поглотило чувство зависти его счастью. Он всегда был в настроении. Ночью занимался с тобой любовью, а утром, счастливый, уходил на работу. А я не высыпался, бесился и нервничал из-за этого. На днюху Жанны пошел только из-за тебя». Ха! Как будто бы мы этого не знали! – иронизирует подруга.
– О чем ты! Да мы обе даже не догадывались!
– Ну, говори за себя. Я-то уже подозревала. Забыла, как он расспрашивал о наших,– подруга делает в воздухе кавычки пальцами, – прогулках, интересах и увлечениях. Я сразу заподозрила. Но было некогда анализировать, маниакальное желание отметить днюху в клубе было важнее. Эх… были времена, – с какой-то долей сожаления вспоминает подруга, а после вновь приступает к чтению: – «Боялся, что может что-то произойти. А в клубе мы внезапно оказались так близки, меня будто током пронзило, еле удержался от того, чтобы не сделать тебя своей уже там, только то, что ты от меня отскочила как ошпаренная, привело меня в чувство. А после, когда понял, что у вас с братом скучный секс, хотел тебе показать, каким он бывает… Не знаю, что мной руководило: желание познать тебя и, насытившись, искоренить свои мысли о тебе или эгоистичная уверенность в том, что, попробовав со мной, ты не захочешь возвращаться к Володе… Но тут уже Жанна помешала. А когда ты сказала, что ты не для меня, мне крышу сорвало. Тогда я специально выбрал девушку, хоть немного похожую на тебя, и приволок к нам в квартиру. Уже думал, чокнусь, но слова Жанны отрезвили меня. Я о том, что она считала Вову твоим отцом. Получалось, что ты его так представила ей, а вовсе не мужем.
Обида за единственного брата взяла верх. Привела разум в порядок. Напомнила мне, кто я , а кто ты. Вова заменил мне отца и мать, и я не имел права желать его жену. Мне крышу рвало оттого, что не могу быть с тобой. Вначале пытался заменить тебя – спал только с блондинками. И каждый раз было разочарование, что не ты со мной. А потом я перестал выбирать блондинок. Со многими спал, лишь бы не была белокурая. И каждый раз думал, что это Бог меня так наказывает
