Маркейл помолчала. Она и не заметила, как музыка увела ее за собой. Смогла бы она вернуться оттуда сама, если бы Воители не разбудили ее? В этом у нее не было уверенности.
Надо все им рассказать, прежде чем предпринять еще одну попытку поймать ускользающее пение.
— Что-нибудь произошло здесь, пока я… отдыхала? — спросила она.
Арран отрицательно покачал головой, его лицо было мрачно.
— Ничего. И это меня сильно беспокоит.
— Прошел всего лишь один день, — сказала Маркейл. — Чего именно вы ждали?
— Не знаю, — заговорил Дункан. — Но у меня впечатление, что гора затаила дыхание.
Маркейл чувствовала то же самое.
— Я понимаю, о чем вы. Скорее всего Куину потребуется несколько дней или даже недель, чтобы устроить нам побег. А пока мы будем начеку, как он попросил.
Арран оглянулся на вход в пещеру.
— Это еще не все, Маркейл.
Она перевела взгляд с Аррана на Дункана, а потом обратно.
— Говори.
Дункан смотрел в сторону.
Наконец заговорил Арран:
— Незадолго до этого мы видели, как Харон с кем-то разговаривал.
— И?
Она улыбнулась. Из-за этого они так переживают? Из-за сущего пустяка?
— Должно быть, Харону хочется занять место Куина и стать главным в подземелье. Поэтому он начал проводить переговоры с Воителями, чтобы перетянуть их на свою сторону.
Арран сглотнул и поскреб белыми когтями шею.
— Значит, он разговаривал не со здешними Воителями, да?
Ею начало овладевать мрачное предчувствие.
Арран кивнул.
— Я не понял, с кем он разговаривал у двери в подземелье, но этот разговор продолжался довольно долго.
Маркейл почувствовала внезапную слабость, когда до нее дошло, что именно случилось.
— Я знаю, о чем он говорил. Когда Куина забрали в первый раз, я попросила Харона передать Дейрдре, что владею заклинанием. Я тогда понадеялась, что это поможет мне выторговать у нее Куина.
Арран стукнул кулаком о каменную стену.
— О черт!
Дункан что-то пробурчал себе под нос.
— Куин знает об этом? — спросил Арран.
Она кивнула.
— Я рассказала ему. Он был не в восторге, хотя Харон никому ничего не передал. Я думаю, он так ничего и не расскажет Дейрдре, потому что он страшно переживал, не передам ли я его Дейрдре сама.
— Харону доверять нельзя, — заворчал Дункан. — Он заботится только о себе. Ему ни до кого нет дела. Ни до кого!
Теперь она это тоже поняла. К сожалению, слишком поздно.
— Они придут за мной. И вы двое не вздумайте останавливать их.
— Мы поклялись Куину защищать вас, — напомнил Арран.
— А добьетесь того, что они вас изувечат или вообще убьют. Самое важное для нас с Куином, чтобы вы оставались живыми и невредимыми.
Явно не согласный с ее логикой, Арран громко вздохнул.
Она повернулась к Дункану.
— Я чем-нибудь могу еще тебе помочь, прежде чем меня заберут отсюда?
— Я сам справлюсь, — сказал он. — Йена больше не бьют.
Маркейл положила руки на плечи братьев.
— Вы оба — прекрасные люди. Куин очень рассчитывает на вас, не разочаруйте его.
— Ни за что! — торжественно пообещал Дункан.
Она улыбнулась, услышав, как серьезно он это произнес.
— Запомните, Дейрдре не сможет убить меня.
— Сама не сможет, но может приказать другим, — заметил Арран. — Не забывайте об этом, Маркейл.
Как она может забыть? Тем более что очень скоро ей, вероятно, придется столкнуться как раз с такой ситуацией. И зная Дейрдре, смерть ее будет не просто болезненной, а весьма мучительной.
— Не ходите к ней, — попросил Дункан. — Потому что иначе мы никогда не станем такими, какими были раньше.
— Мне кажется, у меня нет выбора. Но если появится, я останусь с вами, — ответила Маркейл сочувственно.
— А если мы все расскажем другим Воителям в подземелье? Они помогут нам защитить вас, — предложил Арран.
Она покачала головой.
— Можете попытаться, но я не думаю, что из этого что-нибудь получится. Кроме того, неужели вы хотите, чтобы всем стало известно о заклинании, которое я так и не вспомнила до конца?
— Я хочу, чтобы они узнали, что можно избавиться от наших богов навсегда.
— Вы действительно рассчитываете на это? — спросила она. — Мне кажется, Воители, которые поддерживают Маркейл, не очень-то обрадуются вновь стать смертными.
Арран тихо выругался и отвернулся. Она понимала его недовольство, потому что испытывала то же самое.
— Так какой у нас выбор? — спросил Дункан. — Вас ведь нужно защитить от Дейрдре.
Уныние тяжким грузом навалилось на ее плечи.
— Боюсь, это бесполезно.
Куин усердно притворялся спящим даже после того, как Дейрдре встала. Она постояла рядом с ним, потом провела рукой по его телу, и ему пришлось приложить максимум усилий, чтобы не сбросить ее руку с себя.
Этого не потребовалось, потому что она вскоре ушла, и он смог вылезти из постели. Он как раз натягивал сапоги, когда Дейрдре снова ворвалась в спальню. Ее белые глаза метали молнии.
— Не выспалась, что ли? — поинтересовался Куин.
На самом деле ему было глубоко наплевать на то, что подняло ее в такую рань.
— В данный момент тебя это должно беспокоить меньше всего.
— Неужели? — Он натянул второй сапог и встал. — А что меня должно беспокоить?
— Маркейл.
Куину показалось, что кто-то вырвал его сердце из груди. Он почувствовал, что ему не хватает воздуха. Но мир перестал кружиться вокруг него, когда им овладела ярость. Он попеременно ощущал то гнев, то замешательство оттого, что Маркейл обнаружили.
Дейрдре подскочила к нему.
— Мне донесли, что ты дал ей убежище в подземелье. Почему ты не убил ее?
— А ты почему?
Чем чаще Дейрдре упоминала имя Маркейл, тем сильнее ярость овладевала им.
— У меня были свои причины, — взорвалась Дейрдре. — Я бросила ее в подземелье, чтобы ее там прикончили. Ты должен был позволить этому случиться.
Он скрестил руки на груди.
— Почему?
— Она наверняка рассказала тебе, что владеет заклятием, которое скует ваших богов. Это ложь! Это заклятие полностью освободит ваших богов.
Фыркнув, Куин покачал головой.
— Не ври! Маркейл действительно известно заклятие, которое сможет укротить наших богов. А ты не стала убивать ее собственноручно, потому что боишься того, что случится с тобой, если тронешь ее хоть пальцем.
— Тогда ты совсем не знаешь меня. Я ничего не боюсь!
— Неправда! Ты боишься магии бабки Маркейл. Я видел, что произошло с тем, кто попробовал причинить ей зло. Тебе просто не хочется впутываться в это, Дейрдре.
