на вершине скалы только наши пыльные любопытные задницы – подлетай кто хочет, атакуй понравившуюся… Эти мысли едва появились и тут же пугливо исчезли, когда моим глазам открылось все то, о чем так точно выразился наш клановый зеленокожий казначей.
Уже смеркалось, но солнечный свет все же проникал сквозь полупрозрачную листву, что перенаправляла его в разные стороны и смягчала, а цветы окрашивали все в размытые многочисленные цвета. Казалось, что я действительно окунул голову в соленую воду покрытого водорослевым полем океана и гляжу на сумрачное подводное царство. Тут даже дышать чуть тяжелее…
Стволы. Могучие толстенные древесные стволы с бело-серой бугристой корой вырастали из земли, разбросав во все стороны длинные и застывшие недвижной паутиной корни, со свисающими с них лианами и усыпанной палой листвой паучьими тенетами. Ветви начинались у самого верха, а ниже ни единого сучка, будто и не росло там никогда веток. С этой стороны покоренная нами скала была столь же отвесной и уходила вниз метров так на тридцать. Первые деревья – в чью листву мы окунули лица – начинались шагах в десяти от скалы, раскинув зонтики крон на той же самой тридцатиметровой высоте. Высокие древние деревья – как есть пуща. А вот дальше начиналось то, о чем задумчиво сказал Бом. И я сразу понял, почему пуща получила столь необычное название «Страннорослая». Этот лес рос не на ровной поверхности. Нет. Пространство под его корнями выглядело скорее полом, на который высыпали содержимое ящика с сотнями детских кубиков великанских размеров. Кубики упали как попало. Некоторые легли друг на друга, образовав различные по высоте возвышенности, среди других оказалось незанятое пространство.
- Шахматная доска с поднятыми на различную высоту квадратами – заметил лежащий рядом со мной Храбр, тоже пытающийся как-то упорядочить все увиденное – Обалдеть…
- Обалдеть – согласился я – Деревья…
- Деревья! – взбудораженным эхом отозвался лежащий с другой стороны Док и ткнул пальцем, сбив с задетой ветки пару божьих коровок – Вон того пузанчика искореженного видите?
Мы видели.
«Вынырнув», я поглядел на ровное колышущееся травяное море и снова опустился в его глубину, убедившись, что вверху все деревья одинаковы по высоте. Но они не одинаковы по росту – а он зависел от места, где дереву посчастливилось или нет пустить свои корни. Те, что росли в низинах этого ступенчатого хаоса, вырастали на высоту тридцати-сорока метров, являясь настоящими великанами. Но далеко не всем повезло столь же сильно – например, тому «пузанчику искореженному», что рос на одной из здешних вершин, но поднялся на ту же высоту, что и его более удачливые соседи. В итоге его высота составляла метров пять, может шесть, при этом толщина была примерно такой же, что превращало его в древесный куб с пышной кроной. Эти искажения пропорций были повсюду, взгляду было непривычно постоянно переключаться с одной формы на другую и в результате перед глазами все немного плыло – чему неплохо так помогали медленно перемещающиеся по воздуху облака искристой цветочной пыльцы и едва ползущие внизу пятна солнечного света.
Страннорослая Пуща…
Поднявшись, я вытряхнул из волос всякую живность, вытащил из лесных пучин засмотревшегося лекаря, ткнул Храбра в поясницу, а когда они выплыли обратно в нормальный неискаженный мир, невольно засмеялся – они выглядели захмелевшими и «поплывшими».
- Логистический адище – буркнул Бом, чеша в затылке – Как там пройдем?
- Шахматная доска с уступами – повторил свое сравнение Храбр.
Полуорк не согласился и предложил куда более приземленное сравнение:
- Не. Скорее что-то вроде здоровенного и сейчас заброшенного карьера, где раньше добывали камень, вырезая его здоровенными кубами. А потом все заросло лесом.
- А почему тогда Пуща одинакова в высоту? – спросил Док и провел перед собой ладонью – Гла-а-аденько так. Будто срезали…
- Потому что Страннорослая – хмыкнул я – Надо будет расспросить о Пуще ту хитрую чертовку, что увела нашего лысого гения.
- Опять увела – добавил Бом – Бесплатно причем! И какой смысл ее расспрашивать, босс? Она ни словом не упомянула про Пиклов и Сраклов.
Дока передернуло, но он сдержался и, подняв руки над головой, протянул:
- Все тле-е-ен… все тле-е-ен…
- Спускаемся – вздохнул я – И готовимся к бою с Мусорным Всхлопом. Кстати… я не увидел там в лесу никого живого. Насекомые не в счет.
Бом кивнул:
- Я тоже не видел. И мне это не нравится. Где монстры? Где жизнь лесная бурная и злобная? Там тихо как в покинутом храме. Торжественно и мертво…
- Я заметил мелкое озерцо в корнях – добавил Храбр – Там что-то плескалось. Рыба? Утопленники? Русалки?
- Нам нужна веревка – решил я – И на ней мы спустим вниз самого сильного из нас и поболтаем им там над корнями – вдруг кто-то соблазнится его вкусными пятками…
- Пошли вы нафиг, спускальщики! – возмутился Бом, шагая к внешнему краю скалы – Я не собираюсь быть приманкой! Мы спустим того, кому не привыкать к боли и унижениям…
Док зашипел закипающим чайником и пнул стоящего на краю Бома в поясницу с криком:
- Это Пуща-а-а!
Даже не шелохнувшийся полуорк поймал лекаря за шею, приподнял и аккуратно уронил с обрыва:
- Не кипятись – пикланись.
Хилер летел недолго, умело приземлившись на идущий тремя метрами широкий скальный карниз, где мы оставили бухты веревок и кое-какое снаряжение. Показав оттуда полуорку пару нелицеприятных жестов, начал торопливо обвязываться веревкой, явно боясь, что ворчащий Бом швырнет его еще куда-нибудь…
Глава 7
Глава седьмая.
Орбит вернулся минут за пять до назначенного им с Затти крайнего срока. Вернее, приплыл на почти утонувшем плоту и, громыхая, сошел на берег в виде чуть потешного, но вполне себе настоящего рыцаря. Зеленая кираса, массивные наплечники, тусклая серебристая кольчуга, тяжелые наручи и перчатки, набедренные щитки и шипастые сапоги. За спиной черный рваный плащ, на голове шлем с решетчатым позолоченным забралом, на макушке высокий оранжевый плюмаж, в левой руке круглый стальной щит, а на поясе висит достаточно длинный и тяжелый на вид прямой меч. Я не сразу его узнал, да и остальные тоже изрядно удивились, увидев медленно плывущего по спокойной озерной глади величественного рыцаря. Он таким мощным магнитом притянул к себе наше внимание, что мы позорным образом проглядели сидящую на краю плоту Затти, щеголяющую в новенькой на вид распахнутой кожаной куртке, подбитой изнутри серебряным кружевом кольчуги.
Мы одинаково радостно отреагировали на их прибытие.
- Наконец-то! – улыбнулся Храбр Светлушка.
- Могли бы и пораньше вернуться – чуть
