на составляющие достаточно сложную тактику монстров. А как только поняли – сразу перестали попадаться в их ловушки. Только один раз мы замешкались и позволили вырваться наружу одной из ладоней. Она даже успела дать Бому оплеуху и тяжелый полуорк отправился в полет – вот только я успел поймать его за ногу арканом и не дал птичкам и ленивцам сыграть в очередной раунд пинбола. Птица, с торчащей из ее глотки огромной алой ладонью, перевернулась вверх лапами, поднялась на кончики красных пальцев и посеменила обратно к скале этаким будничным комком ужаса. Уйти ей мы не дали и прикончили тварь. Она была последней в условном нижнем «ряду» скалы – докуда мы могли достать, не отрывая ног от каменистого берега.
- Уровень! – крикнул Док – Ура!
- У всех по уровню – подтвердил я, видя подноготную всей группы у себя на экране – Док, подлечи чуть Бома.
- Это мы с радостью – забормотал уже успокоившийся и утоливший жажду мести хилер – Это мы с радостью. Зеленое лечим – алое калечим! Полуоркам микстуру – а демонам клистиру!
А нет… еще не утолил жажду мести…
Посмеиваясь, я объявил отдых на несколько минут – до начала следующего респауна и пошел по узкой ленте берега, собирая камни для друзей и в целом выискивая все, что могло оказаться нам полезным. В результате я вернулся обогащенный двумя десятками каменных снарядов, парой крепких жердей и одним ржавым безразмерным рыцарским сапогом на семидесятый уровень. Весомый ржавый сапожище я вручил Бому. Тот, повертев в руках, дар не оценил – и я с ним был согласен. Прочность мала, характеристики малы, к тому же сапог всего один и пока не по уровню. Но он все же воспользовался моим подарком – раз так пятнадцать, хотя я особо не считал, помирая все это время со смеху.
А началось все так – едва «возродившийся» джеккил высунул из норы обманчиво милый клюв, Бом якобы доверчиво подошел и улыбнулся.
- Пиклу? – спросила птичка.
- Пиклу-пиклу – покивал Бом, занося руку.
- СРА!.. – рявкнула выплюнувшая ладонь птаха и… осеклась, ведь полуорк с силой нахлобучил ей на голову тот самый рыцарский сапог!
Звякнуло. Внутри сапога что-то взвыло. Снова зазвенело. И жизнь у птицы убавилась аж на половину! Еще один звон… и джеккил помер, а сапог с тяжелым звоном упал на ладонь лыбящегося полуорка.
- Как так? – удивился я.
- А фиг его знает – Бом картинно развел руками – Может ударившаяся о стальной сапог сраклу за такую подставу дала по клюву пиклу? Нам не пофигу вообще?
Я помотал головой:
- Нам вообще пофигу. Готовь сапог, Бомыч! Мы идем нахлобучивать!..
Первый раунд мы закончили через час, за это время по несколько раз пройдя вдоль скалы и трижды поднимаясь на ее образно выражаясь «второй» этаж, где уже попадались ленивцы-пылесосы, хищные корни и стайки больно жалящих ядовитых мух с зеленоватым отливом. Удивительно, но за убийство мух опыта нам давали в разы больше, чем за пиклу. Попутно мы выяснили один очень занимательный факт – джеккилы обожали мух. Стоило потревоженной нами мушиной стайке взвиться над камнем, птички тут же «проглатывали» лезущие из них демонические длани и со странно куриным квохтаньем принимались деловито склевывать насекомых – и все это время мы их мочили почем зря.
Стальной сапог оставался в нашем арсенале – теперь мы им восторгались и берегли, а Док бредил созданием культа Сапога Возмездия, умоляя нас позволить ему нарисовать на любой тряпке рыцарский сапог с торчащей из него птичьей задницей с хвостом и лапами, чтобы гордо нести сей стяг за нами. Мы ему этого не позволили, зато доверили нести за спиной следующую уловку, придуманную Храбром – сделанную из обрывка рыболовной сети сумку, наполненную стеклянными банками-бомбами с начинкой из живых мух.
Мушиные бомбы!
Да именно так. Как выразился изумленно качающий головой Бом, тут нет ничего удивительного – ведь Светлушка алхимик, а те привыкли упаковывать в банки и склянки все подряд, включая жизнь, смерть, удачу и даже любовь. Так почему бы и мух не законсервировать точно также?
И, само собой, эта бомба не являлась бомбой. Заманив мух в банку с помощью кусочка тухлой рыбы, Храбр закупорил их, а затем протестировал свою идею на практике. Мы растревожили трех джеккилов с помощью палки, заставили их высунуться и исторгнуть алые ладони из глоток, после чего Светлушка швырнул банку в скалу между гнездами. Со звоном разлетелись осколки, выпущенные на свободу мухи недовольно зажужжали и… джеккилы тут же втянули в себя хайдов и занялись склевыванием мушиного десерта.
Бинго!
Так мы получили мощнейший инструмент для отвлечения опасных тварей. И не медлили в его использовании, благо Храбр мгновенно наладил «выпуск» совсем мелких пузырьков с пятью-десятью мух в каждом и метко пулял ими в нужную точку с помощью пращи.
Храбр Светлушка – гений алхимии и мушиной артиллерии!
Мы торжественно объявили об этом и трижды пронесли его на плечах по берегу после того, как устроенная им отвлекающая канонада спасла Бом от одновременного удара сразу шести джеккилов, в то время как сам полуорк, на солидной высоте, с руганью балансировал на еще одном нашем боевом изобретении. Его предложил сам Бом и сам же вполне успешно опробовал.
Ходули!
Трехметровые ходули из жердей!
Взгромоздившись на такие, Бом разом оказывался уже даже не на «втором» этаже, а на «третьем» и, стоя в отдалении от скалы, выманивал и нахлобучивал джеккила за джеккилом. Но когда подлый ветер с силой качнул его и заставил потерять равновесие, злобные птички едва не прикончили его. Но Храбр отстрелялся элитными мухами и спас камрада.
Процесс изничтожения шел так бодро, что мы не успевали исследовать трещины-гнезда и собирать падающие вниз перья. Поэтому на некоторое время пришлось прерваться и заняться сбором всего полезного. Вскоре у входа в грот заполыхал костер, а в большой плетенке лежало и ждало своего часа шесть десятков свежих птичьих яиц. У нас еще имелись запасы жареного мяса, но яичницы не хватало – мы весьма сильно ценили даваемые едой и питьем бусты к характеристикам и упускать этот момент не собирались.
Усевшись, я занялся готовкой, и пока первая партия яичницы пузырилась над камнем в компании багровых усатых слизней и зеленых раковин моллюсков, занялся распределением свободных очков, в то время как друзья занимались переворачиваниями камней на приютившей нас узкой полосе берега.
Помня о своем сильном желании не сдохнуть и о феерических полетах Дока, я не стал строить
