кармана пыточный набор, которым когда-то пользовался сам. Наиль немедленно поднял крышку черного потертого от времени сундука, изучая инструменты, которые ранее видел только по иллюзорным изображениям, создаваемым клинком.
— От простого к сложному? — поинтересовался юноша, беря в руки причудливой формы ланцет.
«Это наилучший способ. Спешить нам некуда. Главное, не забывай вовремя давать ему лечилки. И спроси, кто еще знает о твоей личности».
— Понял. Меч, почему я ничего не чувствую? Совсем ничего. Словно внутри меня абсолютно пусто. Что со мной?
«Это состояние можно назвать абсолютным хладнокровием. Некоторые профессионалы своего ремесла способны отключить эмоции во время работы, чтобы полностью сосредоточиться на эффективности. У тебя тоже это получилось, что меня очень радует. Не торопись возвращать себе чувства, иначе не сможешь провести максимальный набор пыточных мероприятий».
— Понял. Если это временно — то не страшно, — кивнул Наиль, опуская ланцет в пузырек с ядом серых муравьев, укус которых вызывает невыносимый зуд и жжение.
Бес, который все еще находился под действием паралитика, пришел в настоящий ужас, когда осознал происходящее. Он не слышал Зиргрина, но слышал фразы Наиля, из которых становилось понятно, что сейчас на нем будут отрабатывать пытки. Бесу хотелось кричать, молить своего пленителя о снисхождении, но он ничего не мог.
«Сперва привяжи этого парня. Не будешь же ты все время держать его парализованным? И не забудь дать ему антишоковое средство, иначе объект потеряет сознание от боли, едва ты начнешь».
— О, точно. Забыл, — признался Наиль, извлекая из пространственного кармана еще один пузырек, который влил в рот Бесу. Убедившись, что бандит проглотил все до последней капли, юноша стал отработанными движениями привязывать его к дереву так, чтобы ему даже дышать было больно, не то что шевелиться.
«Начинай. Я буду подправлять тебя».
Когда-то Зиргрин считался лучшим убийцей, но то, в чем он был настоящим мастером — это именно пытки. В свое время он просто не мог представить себе жизни без этого ощущения абсолютной власти над чужой болью. Это доставляло ему такое наслаждение, что трудно описать словами. «Зверинец» сделал из него настоящего кровожадного зверя. Безжалостного садиста, получавшего удовольствие от чужих страданий. Позднее ему удалось постепенно снизить это желание, заменить иными эмоциями и стремлениями. Но все же… Невозможно полностью отмыться от подобного, можно лишь загнать в глубины собственного подсознания, стараясь не вспоминать, каково это. Оказавшись запечатанным в мече, Зиргрин не смог справиться с жаждой крови по большей части именно из-за того, что она напоминала то самое чувство. И после становления оружием все естество буквально кричало ему, что сейчас все это для него совершенно естественно и нормально.
Однако Зиргрин не хотел запятнать подобным безумием своего ученика, потому был рад способности Наиля отключать свои чувства. Так мальчик избежит повторения судьбы своего учителя. Для одушевленного меча данный факт был очень важен. Профессиональный убийца обязан в совершенстве владеть пыточным делом. Ранее Наиль получил полный спектр знаний о самых разнообразных методах причинения боли, однако только сейчас появилась возможность применить знания на практике.
Зиргрин был уверен, что парень все прекрасно усвоил на иллюзиях. Одной-двух практически тренировок будет вполне достаточно, чтобы закрепить эти знания, так что, когда появится необходимость, юноша не растеряется.
Вскоре действие паралитика прекратилось, а окруженную звуковым барьером лесную полянку огласил нечеловеческий вой боли Беса. Если бы он знал, чем закончится его самонадеянная попытка заполучить в подчиненные недавно объявившегося убийцу, то Бес скорее отгрыз бы себе ноги, но не пошел бы на это дело. Теперь ему оставалось лишь испытывать невероятные муки, надеясь поскорее умереть. Но смерть все не приходила и не приходила. Раз за разом, достигнув грани, бандит возвращался к жизни многочисленными эликсирами и зельями. Под руководством Зиргрина Наиль не совершил ни единой ошибки. За несколько часов бесконечных страданий Бес выложил все, что только мог. Он рассказал, что остался лишь один человек, знающий об истинной личности Наиля. Пока Бес жив — этот человек, связанный кровной клятвой верности, не сможет ослушаться приказа и разгласить эту информацию. Но если Бес умрет…
Наиль позаботился, чтобы Бес не погиб, пока он отлучился с полянки. Так как засада произошла не очень далеко от деревни, парень быстро вернулся туда, нашел последнего кровника Беса, тайно следившего за Исой, и избавился от него. Чтобы не беспокоить сестру, Наиль не стал обращаться к ней со своими ранами. В лесу одушевленный меч контролем воздушной стихии помог извлечь арбалетные болты из труднодоступных мест, после чего юноша залил раны разнообразными эликсирами, так что они довольно быстро затягивались.
Убив последнего подчиненного Беса, Наиль немедленно вернулся обратно к главарю бандитов, продолжив свою кровавую тренировку. Все это время за ним незаметно следовал темный силуэт. На этот раз Зиргрин заметил наблюдателя, но не стал говорить о нем ученику. Сейчас был важный этап, который парень должен был пройти от начала до конца. Следившая за ним тень тоже пережила подобное в «клетке», так что не вмешивалась в процесс, молчаливо наблюдая со стороны.
Вскоре к этой тени присоединились еще четыре таких же силуэта. Все они были представителями Гильдии теней, направленными в Затон для расследования слухов об одушевленном клинке. Наблюдая за происходящим, один из них, выделявшийся крепко сложенной фигурой, дышал все тяжелее и тяжелее, пока не решил убраться подальше. Сделав знак своим товарищам, он скрылся в лесу. Четыре тени, переглянувшись, последовали за ним.
— Методы парня похожи на наши, но куда более жуткие. Я всегда думал, что в Гильдии самые продвинутые методы болевого дознания, но это… — произнес один из темных силуэтов.
— Это методы Гильдии, — выдавил из себя «крепыш». — просто ЭТОМУ обучают только в «зверинце». Этот стиль… Я никогда ни с чем такое не перепутаю. Это его стиль.
— Старший, откуда ты знаешь?
— Много лет назад он делал со мной то же самое на протяжении семи дней…
Крепко сложенный человек отвернулся. Пусть выражение его лица было скрыто за маской, но интонацию не смог полностью подавить даже изменяющий голос артефакт. Спустя столько лет, он все еще чувствовал ужас, вспоминая эти семь дней.
Остальные тени тоже молчали. Как именно их Старший мог попасть в такую ситуацию? И как смог после этого остаться живым?
Наиль не мог себе позволить слишком долго пытать свою жертву. В конце концов, Малые Лопухи были не так далеко. Хоть парень и постарался убраться подальше в лес, но все еще оставался риск быть обнаруженным каким-нибудь охотником или собирателем ягод и грибов. Чем дольше юноша оставался на одном месте, тем выше становился
