себя носителя.
— Хозяина, — поправил Наиль.
Он совершенно не опасался души своего клинка. Более того, юноша успел кое-что узнать о подобном оружии, так что старался подавлять клинок при каждой возможности, надеясь добиться от него полного признания. Зиргрин знал о потугах ученика взять над ним контроль, но полностью это игнорировал. С истиной личностью бывшего убийцы Наиль мог еще тысячу лет пытаться подчинить его, так и не достигнув этой цели.
— Не дорос еще, чтобы я тебя хозяином признал.
— Ну да, ты ведь меня «создал», — ехидно ответил парень. — Вот что я тебе скажу, Меч. Ты действительно меня учишь, даже заставляешь делать то, за что я себя потом ненавижу. Но это я, а не ты, выбрал этот путь. Думаешь, я не понимал, что значит быть убийцей, когда соглашался на это? Мой отец был судебным писарем, и часто брал меня с собой на службу, чтобы я мог поприсутствовать на рассмотрении самых разных дел. Если бы не хальминцы, я бы пошел по его стопам. Мне было не так много лет, но я очень хорошо помню суды над убийцами со всеми подробностями их преступлений. И знаю, на какие страшные казни их обрекал суд. Я все понимал, когда заключал с тобой тот кровный договор, соглашаясь у тебя обучаться. Некоторые вещи мне тяжело принять, но я точно справлюсь, понятно? Это мой выбор! Постарайся запомнить, наконец, что это ты мое оружие, а не наоборот!
Зиргрин издал тихий смешок, находя ситуацию довольно забавной.
— Как вижу, ты уже чувствуешь себя гораздо лучше. Тогда позволь спросить, что мой владелец намерен сделать с Гильдией теней, которая намеревается забрать тебя на Северный материк?
— Что?
Наиль резко переменился в лице. За время этой их странной беседы клинок несколько раз напоминал о добравшихся до него тенях. Но вот только сейчас эта информация дошла до взбудораженного разума юноши.
— Вообще-то, им нужен был изначально только я, но так как ты показал теням свой талант, да и я защищаюсь от чужих рук, они решили забрать тебя в «клетку» вместе с мечом. Если им удастся — то тебя упекут не просто в общие бараки для учеников, а отправят прямо в «зверинец», где обучают будущих королевских теней. И вот там ты поймешь, насколько заботливо я к тебе относился все эти годы. Знаешь, какой у них есть вид тренировки? Ученика засовывают в пространственный карман, где он видит только постоянно унижающего его куратора, объекты пыток и рабыню, назначаемую для бытовых забот. На попавшего в это место давят бесконечными нечеловеческими тренировками, их доводят до грани смерти на протяжении всего дня и большей части ночи. И лишь рабыня постоянно находится рядом, заботясь о ранах, питании и всем остальном. Постепенно, даже если сам того не хочет, ученик сближается с этой девушкой. И вот, когда куратор решает, что его питомец достаточно привязался к рабыне, он забирает девушку в пыточную. Там он под давлением статусного приказа, которому невозможно сопротивляться, заставляет ученика пытать свою служанку. Медленно, обстоятельно, на протяжении многих часов… Почти так же, как ты пытал Беса…
— Хватит! — в ужасе воскликнул Наиль, ярко представив себе то, о чем ему рассказал одушевленный меч.
Слов клинка было достаточно, чтобы вызвать в парне волну животного ужаса. Он так испугался, что даже не обратил внимания на нотки тоскливой горечи, звучавшие в голосе Зиргрина.
Ведь Зиргрин рассказывал в этот момент о себе.
— Осознал?
— Что мне делать?
— Ничего. Ты с ними не справишься. И даже я, захватив твое тело, не справлюсь, так как это все же твое тело, а не мое. Я не контролирую его, как собственное, а в бою с настоящими профессионалами — это фатальный недостаток.
— Но…
— Не перебивай, — оборвал Зиргрин. — В реальном бою ты ничего не сможешь. Единственный шанс для нас — это затащить сознание их командира в это пространство. Если он попадет сюда, я смогу на него повлиять.
— Ты уверен? — недоверчиво переспросил парень.
— Абсолютно. Твоя задача, когда очнешься, сразу же определить командира и передать ему меня.
— Отдать тебя? Шутишь? Это же…
— Делай, как я говорю! Черт возьми, Наиль, ты можешь довериться мне?
— С чего бы? Ты же мне не доверяешь! Даже внешность скрываешь за этим туманом. Думаешь, я ничего не заметил, когда ты ко мне прикасался?
— Наиль!
— Черт, ладно! Но ты можешь хотя бы объяснить, что собираешься делать? Как ты намерен договариваться?
— Парень, ты меня с ума сведешь своими вопросами! Если хочешь узнать все мои секреты, то стань сильнее и добейся моего признания!
— Опять это!
— Именно, — уже более спокойно ответил Зиргрин.
Наиль больше ничего не сказал, усилием воли покинув внутренний мир своего меча. Раз уж он теперь знает об этом месте, то можно будет вернуться туда позднее. Парень не сомневался, что рано или поздно Меч сдастся и все объяснит.
Первое, что увидел молодой человек, когда открыл глаза — это затянутая в черный костюм фигура с черной же маской на лице. В голове царила беспощадная боль, которой он не ощущал, пока находился на лесной полянке Зиргрина. Потерев левой ладонью лоб, Наиль осмотрел окружившие его молчаливые фигуры. Они все выглядели практически одинаково, и выделялся лишь один силуэт благодаря более крепкой комплекции.
— Кто из вас командир? — спросил юноша, морщась от боли.
— Неожиданная реакция, — заметил один из теней. — Ты понимаешь, кто мы?
— Вы из Гильдии теней. Меч рассказал о вашей организации. Он хочет поговорить с командиром.
— Меч, значит? — отозвался крепкий мужчина. Это было впервые в истории Гильдии теней, когда один из мечей их организации неожиданно не только не исчез вместе с погибшим хозяином, а еще и обрел душу. К тому же, не просто душу, а, судя по всему, развитое сознание! — Я — командир.
Наиль спокойно протянул в сторону этого человека клинок вместе с ножнами, одновременно обернувшись к другой фигуре, уже вновь доставшей рабский ошейник.
— Меч сказал, что даже на расстоянии может покрыть меня своей защитой. И в следующий раз удар будет смертельным. Я не сопротивляюсь, не нужно надевать на меня ошейник.
Командир отряда изобразил какое-то движение, после чего тень с ошейником вернулась на свое прежнее место.
Наиль не видел выражений лиц этих убийц, но каким-то шестым чувством ощущал направленные на него внимательные взгляды, под которыми ни одно движение юноши не могло остаться незамеченным.
Достав из пространственного кармана рукояти меча несколько зелий, парень, наконец, передал свое оружие командиру, сам сконцентрировавшись на своем паршивом состоянии. В теле была такая
