Алекс, – с мрачным лицом произнес мой отец.
Фальшиво улыбнулся.
– Измена? Измену нужно доказать, в моем случае лишь предупреждение. Будь ты адекватным родителем, заметил бы, что твою младшую дочь эта тварь кучу времени травила. И если бы я не влез, она бы не успокоилась. Миринель угробит Айтину. Дахи и Кари предотвратили семь покушений, и если они продолжатся, в один день эта женщина проснется мертвой. Потому что Ти хоть и бастард, но за ее спиной стоим мы все. И своей единственной подругой она дорожит тоже, не стоит разбивать ей сердце.
– Травила, – пробормотал отец. – Ты уверен?
– Думай сам, – бросил небрежно, закатывая глаза.
– Моего ребенка травили, – продолжил он.
– В общем, подойдешь к Люс, останешься без дворца. Не угомонишь Миринель, останешься без жены. Нормальная схема? И да, не смей звать Люс к себе, когда я буду отсутствовать. Теневики присмотрят и доложат в случае чего. Глаза у меня везде.
– Теневая стража мой отряд! – рыкнул Адрианн.
– Да-да, конечно, твой, – согласился я с усмешкой. – В общем, всего кошмарного. У меня куча дел.
– Я знаю, что ты был в Сиэлии! – донеслось мне вслед.
– Поздравляю, твоя служба разведки работает отлично, и ты уже сказал об этом.
– Алекс! —слушать дальше его я не стал.
Острые капли падали на тело. Холод пришелся кстати. Вчерашний день выдался безумным, резерв высушен, Даллану хуже всех. Стоило ли помочь? Не хочу демонстрировать кому-то, что порталы я научился ставить еще лет одиннадцать назад. Это ненормально абсолютно. И уже точно я не признаюсь в том, что инициация второй ипостаси произошла раньше положенного времени. Еще и привязка к Люс сработала. Прекрасно. Что может быть лучше? В душе я пробыл долго, постоял бы еще, но в дверь постучались.
Глава 32. Коутен
Беспокойный сон, странный, не позволяющий уйти в глубокую фазу полностью, но и не разрешающий проснуться. Будто плаваешь с кругом безопасности в Мертвом океане. Одно из ярких воспоминаний прорезывается сквозь толщу «воды»:
– Принцесса, зад отпячивать необязательно, – хмыкает Стаури, прищуриваясь и изучая мое растерянное лицо. Только стеснительность не позволяет сейчас потереть ноющую часть тела, ту, которую он хорошенько отшлепал шпагой. – Урок первый: коленно-локтевая не для фехтования нужна. Урок второй, – приседает на корточки, ловко намотав на кулак мою косу. Алекс подносит к ней нож и проговаривает в ухо взвизгнувшей мне: – в следующий раз отстригу нахрен. Собрала быстро. В бою любая деталь может сыграть против тебя.
– Д-да, извините, – дрожащими руками вытаскиваю из кармана зачарованную шпильку, артефакт, подаренный Тин, который держит любого вида прическу. Делаю небольшую дулю из косы.
– Все равно не то, но для тренировки пойдет. Бери, – кидает в руки оружие.
Испугавшись лезвия, резво отшатываюсь.
– И почему отец назначил меня тренировать тебя? Боится, что остальные будут мягче?
– А? – непонимающе спрашиваю я.
Хотя по уровню его жестокости, можно осознать, что он имеет в виду.
– Не бери в голову, вставай.
На этой тренировке меня били, буквально каждый участок моего тела, кроме лица, страдал от шлепков оружия. В частности, доставалось задней части и лодыжкам. На самом деле после всех этих изнурительных занятий выносливость у меня повысилась, но как все проходило…
Я распласталась на траве, глядя на алый круг солнца. И все равно, что мужчина рядом, устала я. Вид неба загородил сам Стаури, с удивлением уставившийся на меня.
– И что? – подает руку, чтобы поднялась.
– А можно сегодня закончить? – изможденно спрашиваю я.
– Нет.
Говорить, что устала стыдно. Ни для одного из Стаури это не являлось поводом отлынивать. Он садится на корточки и принимается расстегивать верхние пуговицы моей рубашки.
– Что вы, – встрепенулась я в тот же миг.
– У тебя раны там, а ты о чем подумала? – усмехается парень, пронзая меня взглядом безжизненных на вид глаз.
А о чем я тогда подумала? Таких дней было много. Когда еще не учился в университете, он тренировал ежедневно, вот во время учебы тренировки стали реже. Однако тогда он был мягче, наверное, в силу моего возраста.
Из воспоминаний унес взявшийся из ниоткуда жар, который сменился на холод, будто от свежезастеленной постели. С одной стороны обволакивавшая приятная прохлада, с другой – горячий источник. И почему-то источник действовал странным образом, словно оставлял на каждом участке моего тела ожог. Нет, не ожог. Поцелуи невероятно горячими губами. На шее, на ключицах, хотя помню, платье прикрывало горло. На контрасте с холодом, исходившим от постели, они казались обжигающими.
– Аран, ты? – сонно проблеяла я. – Аран.
«Это неправильно, так неправильно», – хотелось сказать.
– Аран, – снова выдохнула я.
Поцелуи прекратились, тепло исчезло. Осталась прохлада, которая в ту секунду способна была заморозить меня. Нескончаемая ночь, отчего-то поражавшая своей бесконечностью, безысходностью, ночь, не дававшая возможности раскрыть очи.
Но вскоре все закончилось. Свет, подобно неведомым поцелуям, обжег своей яркостью. Словно в мои глаза поместили солнце, настолько все показалось болезненным. День вступил в свои полные права, а значит, и ответственность перед новым днем повысилась, ведь пары, несмотря на вчерашний прогул, никто не отменял.
Спальня Тин. Принцессы рядом нет. Надо бы отыскать Алекса и попросить перенести меня. Где он, кстати? Обычно рядом ночевал, тренировка снова? Уже сидя на кровати, сонно потянулась, разминая косточки. И почему в эту ночь столько всего произошло?
Взглянула вниз, я в белье. Меня раздевал Аран? Нет, бред какой-то. Аран, он был в гостиной и там же наложил защиту, чтобы не смог кто-либо навредить, логичнее появление Алекса. Как стыдно-то. Но все же надо встать и идти. В гардеробной Тин висело много платьев, которые ей были велики, надену что-либо из этого и отправлюсь на поиски Алекса.
Взглянула на часы, пять утра. Насколько помню его расписание, должен вернуться. Решив реализовать этот не самый надежный план, встаю и тут же спотыкаюсь о большую коробку, стоящую рядом с кроватью. Судя по удару, стекло. Склоняюсь к ней, полная сомнений, открывать или просто отодвинуть, даже не касаясь руками.
Вещь, должно быть, принадлежала Айтине, но она не оставила бы ее вот так. Я одним глазком гляну. Любопытство, наверное, не скажется для меня лучшим образом, но все же. Аккуратно открываю затянутую тканью крышку и застываю. Баночки. Баночки с моими пилюлями. Огромный запас пилюль. На лет пять такого хватит. Откуда? Точнее, как?!
Я с неверием рассматриваю, еще не осознавая увиденное. Пять лет моей свободы. Пять лет! Это нереально, Триумвират давал их порционно, чтобы никто не
