ставишь много чего под сомнение, я был таким же, однако в этом мире все рождаются и по прошествии 18 лет приобретают память прошлого, до этого живя, будто бы у тебя и не было прошлых жизней. Появлялись в этом мире уже во взрослом состоянии только лжегерои, и причем уже очень давно. Сколько тебе лет, Арт?
— Восемнадцать. — сказал я, стараясь не упустить ту интонацию, с которой сказал, что только совсем недавно здесь появился.
— Это тогда еще лучше. Ладно, это… Тогда тебе невероятно повезло, что ты пробился на третий ранг. Конечно, о таком не принято спрашивать, да и я спрашивать не буду, но, по всей видимости, было сложно, звание тому доказательство. Ну, в общем, я все прекрасно понимаю, когда ты только пробуждаешь в себе воспоминание прошлых разов, думаешь, что в тебя вселился кто-то другой, ну и иногда мысли путаются, но в любом случае, мы отошли от темы. Не стоит слишком часто вспоминать свое прошлое, какое бы оно ни было: хорошее, плохое, величественное или ужасное, все это не важно, важно лишь то, что с тобой осталось и какие возможности предоставляет божественная матрица в этом мире, так что бессмысленно горевать по уже умершим, их путь на этом в данном мире заканчивается, однако сразу же начинается в новом, поэтому я, конечно, не из этих, но учти, что некоторые люди считают подобный поступок кощунством, что якобы ты, скорбя по убитому, можешь накликать на него новую беду в другом мире и тем самым снова убить его.
— Ладно, ладно, все понял. Вы те еще шизофреники, но допустим, пускай.
Что ни день, то новость, блин. Странное окружение, непонятные постройки, магия, навыки, божественная матрица, бог Сангод, который перерождает всех в новых мирах, и все эти люди, которые, блин, помнят свои прошлые жизни — это что-то взрывающее мозг. Теперь, когда я, казалось бы, уже все узнал, становилось понятно, почему у всех такое отношение к смерти, ведь, по сути, они все бессмертны. Но вот со лжегероями меня немножко трухануло. Получается, я один из так называемых лжегероев, поскольку появился в этом мире явно уже в совершеннолетнем возрасте. Весь этот мир похож на огромный театр. Вся эта разница в рангах всего лишь небольшой козырь в длинной игре, ты можешь им воспользоваться, можешь и пострадать от такого же, однако и сама игра продолжится. И все же, нужно будет узнать про этих лжегероев побольше. Учитывая, как их называют, это сто процентов отрицательные персонажи, которых ненавидит весь мир, и тем важнее для меня узнать их предысторию и то, что они здесь натворили. Интересно, а если погибну я, то где окажусь? Тоже перерожусь, как и все остальные или… Блин, как же все сложно. Я и позабыл, что жил где-то в другом месте. Почему где-то? Мне это ломает мозг, я ведь все еще в симуляции, меня загрузили или же я действительно умер? Все это слишком сложно.
Тем не менее, мозг взрывался, а руки поднимали и опускали кружку, посылая в рот все новую и новую порцию жидкости. Я почти допил свой морс, когда из здания, что местные в шутку называли «Зверинцем», а на самом деле это была временная тюрьма, трое каких-то парней выволокли плененного шамана. Он явно сопротивлялся, не горел желанием куда-то идти, но фактически он и не шел — его тащили то ли за шкирку, то ли за волосы. Кричать было бесполезно. Это понимал и сам шаман, но все же это действо привлекло мое внимание. Кивнув в их сторону, я спросил Венома.
— А чего, куда они его? Допрос ведь уже проводился, разве нет?
— Я сомневаюсь, что они волокут ее на новый допрос. По-моему, здесь все понятно.
— В смысле… Это девушка?
Я выпучил глаза и смотрел на Венома как придурок. Господи, да что со мной не так? Что за бред? Почему шаман оказалась девушкой?
— Так ведь у нее вообще-то сиськи. — обрисовал Веном жестом округлости, присущие только женскому полу. Блин, Арт. Ну ты дегенерат какой-то, честное слово. Господи, это твоя первая жизнь, а ты уже поднялся на третий ранг. Почему ты, а не кто-то другой? Я в первую свою жизнь еле на второй ранг пробился. Меня потом, правда, грохнули, но все же. Блин, я не понимаю.
— Реально, как будто лжегерой, получается…
Холодная ухмылка на лице Венома в большей мере меня оскорбила.
— Какой ты нахрен герой? Просто клоун. Они сто процентов были не такие, как ты, без обид. Просто это правда. Я всегда говорю только правду.
А пока мы общались, трое парней дотащили девушку-шамана до середины пути и, видимо, разозлившись, что она вырывается, сильно ударили ту по лицу. Сдавленный крик отчаяния пронесся по всему лагерю, однако вызвал у его жителей лишь смех. Неожиданно меня будто током ударило. Резко пришли нужные мысли в голову, и я начал наконец задавать правильные вопросы.
— И че? Это в ваших рядах типа норма — насиловать захваченных?
— А в чем проблема? Да. Думаю, не вижу в этом ничего ужасного. Она проигравшая, а это право победителя.
— Какого нахрен победителя? Кто они вообще такие? Ее вообще-то я захватил.
— Ну вот это уже другая претензия. К тому же правильная. Я не знаю, какого черта они решили, что могут красить твой трофей.
— Погоди, трофей? В смысле, я ее прямо могу себе забрать?
— Да. — с непринужденной улыбкой ответил мне Веном.
— Ага. А вот это мне уже нравится. Так, ладно, в таком случае пойду объясню им, что они не правы. — встал я и направился к троице, что продолжали тащить теперь уже точно за волосы девушку-шамана. В первую очередь меня почему-то задело не то, что эта троица собирается чпокнуть молодую девцу, а то, что они позарились на мой трофей. И уже во вторую очередь меня возмущала такая наглость в нарушении чужих границ.
Трое парней, одетых в кожаную броню с вполне себе неплохими металлическими вставками, дотащили девушку до маленького деревянного домика, скорее даже сарая. Тут блин еще надписи не хватает: «Место для насилия». Не отпуская чашку, я встал перед входом и заградил им к нему путь. Один из парней приподнял бровь, второй, казалось, начал о чем-то догадываться, глядя то на меня, то на девушку-шамана, однако ничего не предпринимал, просто молча стоя в сторонке.
— Кто вам дал
