разумной, я подчинюсь.
Я ощутила, как сердце на мгновение пропустило удар – именно обсуждения данного вопроса на Большом Совете я не должна была допустить ни в коем случае.
Словно прочитав мои мысли или просто уловив что-то по переменам в моём лице, Мэйбидос заметил:
– Разумеется, если вы не уверены в своих силах или боитесь так же смело выступать перед всеми бэкхранами, как сейчас передо мной, вы можете отказаться, и я забуду этот разговор.
Я нервно закусила губу. Выступать перед бэкхранами было равносильно подписанию себе смертного приговора. Слова Эльзира о том, что вихо поместья Лундун догадаются о моём иномирном происхождении, набатом грохотали в голове. Только вот в унисон с ними звучал надломленный голос Дэджуна, отчаянно умолявший помочь его другу. И мою душу буквально разрывало на части противоречье. С одной стороны, жизнь вчерашнего мальчишки, ещё неизвестно, виновного ли в преступлении, в котором он сознался. С другой же стороны моя собственная жизнь. Стоит ли рисковать собой в деле, которое может оказаться проигрышным? Если Улат действительно виновен, и я лишь напрасно подставлю себя под удар?
«А если нет? – вопрошал внутренний голос – должно быть, совесть? – Ты сможешь спать спокойно, зная, что ничего не сделал, чтобы его спасти?»
Ответ был очевиден.
– Я благодарю бэкхрана за проявленное неравнодушие, – я сложила руки под грудью и поклонилась Мэйбидосу. – Я согласна с вашим решением вынести данный вопрос на Большой Совет.
Непонимание
До завтрака ещё оставалось немного времени, поэтому я собиралась заглянуть в лин и переговорить с Вастом. Ну, или хотя бы пожаловаться ему на глубину ямы, в которую сама себя загнала. И, разумеется, предупредить. Ведь если вихо заинтересуются моим поведением, именно к Васту, как моему наставнику и воспитателю, они пойдут с вопросами. И было бы неплохо нам мало-мальски продумать, что мы будем им отвечать. Сличить, так сказать, показания.
Не успела я и на десять шагов отойти от гостевого домика долины Цэгнус, как меня окликнул звонкий голос. Обернувшись, я увидела спешащего ко мне Эрана в неизменной компании старшего брата. Правда на этот раз позади мальчика, отставая от него ровно на два шага, как того предписывает этикет, следовал высокий крепкий воин, облачённый в полный доспех, с одноручным мечом в ножнах на боку.
– Быстро вас бэкхран отпустил, – заметила я, дружелюбно улыбнувшись названым братьям.
– Отец не любит портить настроение перед завтраком, – бодро сообщил Эран, как и брат уже успевший вновь скрыть лицо под маской. – Так что возмущения по поводу проведённого мобаса откладываются.
Я перевела взгляд на Вэлсторна. Меня так и подмывало спросить, чем он руководствовался, проводя ритуал братания в обход отца. Однако подобные разговоры были явно не для улицы, поэтому мне пришлось наступить на горло своему любопытству.
– Благодарю, что поддержал меня в разговоре с вашим бэкхраном, – глядя в глаза Вэлсторну, проговорила я, тепло улыбнувшись. – И мне жаль, что я невольно втянула вас с Эраном в это дело.
– Не стоит, – коротко обрубил Вэлсторн. – Ваше стремление защитить своего стража и найти истинного виновника покушения справедливо и заслуживает всесторонней поддержки.
– И отец бы это непременно понял, если бы отбросил предубеждение и посмотрел на ситуацию здраво, – поддержал брата Эран.
– Он защищает интересы своего клана, – напомнила я. – Учитывая непростые отношения, связывающие наши семьи, его недоверие можно понять.
Вместе мы по узкой тропинке спустились с пригорка, где стояли гостевые домики, к тренировочной площадке. Я сразу заметила тёмное пятно среди белоснежного океана – Хэджу присоединился к будущим чатьенам. Более того, компанию ему составили Эльтайн и Тай.
– Похоже, Хэджу неплохо поладил с представителями горы Абора, – улыбнувшись, заметила я, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Хэджу достаточно умный юноша, чтобы поладить с кем угодно, если того потребуют обстоятельства, – отозвался Ордет, а затем, совершенно не стесняясь Эрана и Вэлсторна, добавил: – Как и вы, госпожа.
В целом он, конечно, прав. Но не обязательно об этом говорить при посторонних! Я послала Ордету неодобрительный взгляд, на что получила широкую самодовольную улыбку.
«Гадёныш», – с нежностью подумала я и не смогла сдержать ответную улыбку. Тугая пружина в груди, понемногу сжимавшаяся с начала разговора с Дэджуном, распрямилась, даря мне некое подобие успокоения.
– Сестра!
Со стороны мощёной дороги, ведущей к зейхану, послышались торопливые шаги, и на площадку, весь раскрасневшийся и буквально излучавший негодование, выскочил Ришан с семенившим следом за ним Шэдом.
– Надо же, – я не смогла сдержать ехидных ноток в голосе, – Красный господин почтил нас своим вниманием.
Ришан проигнорировал мои слова. Остановившись в какой-то паре шагов от меня, он гневно спросил:
– Как ты могла?
Я на мгновение растерялась и от тона, которым был задан вопрос, и от самого вопроса.
– Как я могла что? – уточнила я, даже примерно не догадываясь, чем успела вызвать негодование Ришана, учитывая, что последнюю пару дней мы даже не виделись.
– Почему тебе всё время надо геройствовать? – заметно повысив голос, практически перейдя на крик, продолжил допрос Ришан. – Зачем ты полезла спасать Второго наследника долины Цэгнус? Это работа стражи, а не твоя!
Ах, вот оно что… Я подавила инстинктивное желание скрестить руки на груди – в этом мире подобная поза считалась недостойной для благородной заклинательницы, – и спокойно посмотрела в лицо брату.
– Не кричи, – попросила я ровным голосом. – Если хочешь поговорить – пойдём в кэа.
Боковым зрением я успела заметить, что представители горы Абора прекратили свою тренировку и теперь беззастенчиво следят за разворачивающимся перед ними представлением. А быть клоуном мне совершенно не хотелось.
– Не собираюсь я идти ни в какое кэа! – вот теперь Ришан перешёл на полноценный крик, отчего я невольно скривилась: голосок у мальчишки был что надо, любая сирена позавидует.
– Хорошо, не пойдём, – сдалась я, сократила то небольшое расстояние, что нас разделяло, и успокаивающе положила руку брату на плечо, пытаясь таким нехитрым способом призвать его к порядку. – Давай хотя бы отойдём в сторону и не будем мешать другим заниматься.
– Вот именно! – Ришан дёрнул плечом, сбрасывая мою ладонь. – Ты всё время думаешь только о других! Но при этом на меня у тебя никогда нет времени!
«Так, – я нахмурилась, пытаясь понять суть претензий. – А это-то тут причём?»
–
