Я оглянулся на Шендра и Литвина. Оба шли, глубоко погрузившись в размышления. Неужели так им не пришлось по душе заключенное мной соглашение? Вообще, я, конечно, толком с ними не советовался. Но все же, когда пришла пора говорить Гринбергу «да» или «нет», я спросил их мнения. И оба согласились. Так что это за постные лица теперь?
— Ну, что молчите? — поинтересовался я у хмурых товарищей. — Не понравился договор?
— Да нет, все нормально… — пожал плечами Литвин. — Торговался ты, конечно, отчаянно. Я бы на твоем месте согласился и на первый договор.
— Это какой?
— Ну, сто шкур. И без аванса.
— Не аванса, а кредита! — буркнул Шендр. — Этот Гринберг нас все равно поимел.
— Да плевать! — пожал плечами Литвин. — Мы с новым оружием будем, это главное. А если удастся добыть шкуры, то вообще в шоколаде.
— Как бы нас не попытались другие колонисты грохнуть… — задумчиво сказал Шендр.
— За что? — удивился Литвин.
— За «НКВД»! — за Шендра ответил я. — Полторушка — немаленькая сумма. И проще отобрать вещицу, чем собирать на нее.
— Пусть попробуют! — набычился Литвин.
— И могут попробовать, — философски заметил Шендр, — как только узнают, сколько мы можем заработать с его помощью.
— Главное — не трепаться, — заключил я.
— Да этот Гринберг не вселяет доверия… — начал было Литвин.
— Ему как раз невыгодно нас так подставлять, — ответил Шендр.
— Почему?
— Потому что мы для него сейчас дойные коровы, — ответил я, — вот как доставим шкуры, тогда надо ждать подвоха.
— Какого?
— Мести.
— Но за что? — удивился Литвин. — Что ты ему сделал?
— Зарезервировал остальные «НКВД», — ответил я, — если бы этого не сделал, он вполне бы мог сагитировать еще четыре команды заняться тем же, чем будем заниматься мы.
— Да, кстати, об этом, — хмуро заметил Шендр, — ты еще и на штраф попал.
— Разберемся! — легкомысленно ответил я.
— А мне вот интересно, — сказал Литвин, — сколько Гринберг получит за наши шкуры?
— Я думаю, как минимум в два-три раза больше! — ответил Шендр.
— Да ладно…
— Угу.
— И все же… — начал Шендр.
— Что? — повернулся я к нему.
— Не зря ли мы в это ввязались? Сто шкур, еще медведя надо найти и завалить. Я, по большому счету, не за медвежью шкуру переживаю, а за то, сможем ли мы за месяц столько волков перебить?
— Ну, давай прикинем, — начал считать я, — у нас есть тридцать дней, значит нам нужно как минимум по 3, а лучше 4 волка в день стрелять. Реально? Вполне. Мы, вон, за один день почти десяток положили.
— Повезло.
— Шендр! Ты какой-то пессимист! — усмехнулся я. — Надо верить в свои силы.
— Я уже раз поверил, — хмыкнул он и тяжело вздохнул.
— И что?
— И оказался здесь, на Хрусте.
— Да, кстати! — я повернулся к Шендру и даже остановился. — А за что тебя отправили в колонисты?
— Накосячил, — буркнул Шендр.
— А конкретнее?
— Не хочу поднимать эту тему.
— Ну, как хочешь.
Мы дошли, наконец, до бара Кэссиди и вошли внутрь. Сегодня здесь кроме нас были и другие посетители — три столика были заняты. Я внимательно оглядел помещение, когда мы только вошли — не хватало еще тут с Чистильщиками столкнуться. Они сейчас явно на взводе — этот бывший скаут, «Тапок», сильно их разозлил. Ну, их проблема. Я был всецело на стороне этого одиночки. Пусть хоть всех их перебьет.
Мы заняли свободный столик и заказали пиво и ужин. Пир продолжается. А что? Очень удачный день. И он еще, кстати, не закончился — через пару часов сможем получить новое оружие. И я очень надеялся, что оно будет намного лучше, чем ОСЗ. Хотя, чего там, я вспомнил автомат, который купил себе Иваныч — вполне ничего, и себе бы такой хотел.
В любом случае, что бы нам ни досталось, охотиться станет в разы удобнее. А главное — безопаснее. С ОСЗ волков приходилось подпускать чуть ли не вплотную. Только я, благодаря энергопистолю, мог зацепить их еще на подходах. И то, когда не промахивался.
Мы спокойно поели и выпили пиво. И как-то стало намного веселее. Не то, что Литвин, даже Шендр расслабился и находился во вполне благодушном настроении. Вот и славно — теперь можно и на склад идти, за новыми стволами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 2 Заговорщики
Когда мы вернулись на склад, Гринберга там уже не было. Толяныч был один и явно не в лучшем расположении духа.
— Что, и тебе мозг выел? — поинтересовался я.
— Скорее, напугать пытался, — ответил Толяныч.
— За что?
— Что я зарезервировал тебе оставшиеся «НКВД».
— Ага! Значит, он все-таки собрался их выкупить! — злорадно усмехнулся я.
— Собирался. Вот только я сомневаюсь, что для других групп колонистов, — грустно ответил Толяныч.
— А для кого еще? — удивился я.
И действительно — не себе же Гринберг собрался покупать «НКВД». Наверняка там, на любой обитаемой и хоть сколько-нибудь цивилизованной планете «НКВД» будет стоить в разы дешевле, чем по цене, по которой здесь нам впихивает их корпорация. Так зачем тогда они ему?
— Для изгоев, — меж тем ответил Толяныч.
— Он и с ними работает? — хмыкнул я.
— А почему нет? Очень скоро они будут единственными поставщиками шкур, если все пойдет так, как запланировал наш полковник Айден. Гринберг давно уже закупает у них руду.
— И полковник об этом знает? — влез в разговор Литвин.
— Знает, — кивнул Анатольевич, — и очень этим недоволен.
— Так собрал бы своих и дал марам прикурить, — предложил уже Шендр.
— Пробовали уже, — пожал плечами Толяныч, — мародеры смогли отбиться.
— Да ладно? Против солдат гарнизона? — не поверил Шендр.
— Угу, — кивнул Анатольевич, — а чему удивляться? Мары давно уже вооружены не хуже наших вояк.
— Да как? — поразился Шендр. — Откуда они оружие взяли? Припасы? Я даже не буду говорить про установки по ремонту и обслуживанию…
— Гринберг… — коротко ответил Толяныч. — Он привез им оружие, чтобы могли отбиться.
— А ему-то это зачем?
— Чтобы было меньше посредников. Если мары будут поставлять все полковнику, а уже тот продавать — цена значительно вырастет, ответил Толяныч.
— В жизни не поверю, что ваш полковник после единственной попытки махнул рукой, — засомневался в рассказанном Шендр.
— А он и не махнул рукой, — пожал плечами Толяныч, — просто мары смогли найти компромисс — отправляют часть добычи ему. А он продает ее Гринбергу.
— А остальные военные? Их жаба не давит?
— Давит, — кивнул Толяныч, — но Айден заявил, что если они хотят долю с руды, пусть идут и отобьют Шахты у маров. Желающих не нашлось.
— Толяныч, я все понимаю… Но ты-то чего в расстроенных чувствах? — спросил я.
— Я ведь тебе рассказывал, что думал остаться на этой планете. Теперь уже ясно, что этого не будет. Еще пара месяцев и «Гарден» свернет колонизаторскую программу. Нас вернут на Землю, и я сомневаюсь, что кому-то предложат новый контракт.
— А мы? — спросил Литвин.
— Вы? — задумчиво переспросил Толяныч. — В лучшем случае перекинут на другую планету. Ну а в худшем…
— Что?
— В худшем оставят здесь.
— Великолепные перспективы… — буркнул Литвин.
— Так, погоди, перевел я тему, — давай-ка вернемся ко дню сегодняшнему. Гринберг крайне зол, что я зарезервировал все оставшиеся «НКВД»?
Толяныч кивнул.
— Твою мать… — дошло до меня, — он ведь может меня марам «заказать»!
— За это можешь не переживать, — успокоил меня Толяныч, — два «НКВД» уйдет сегодня вечером новым владельцам. Еще один завтра. Последний думаю отдать Чистильщикам, но как-то не особо хочется. Отдам, если не найдется другого покупателя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Чего? Как это? — опешил я. — Ты ведь зарезервировал «НКВД» для меня?
— Так я сказал Гринбергу, — пожал плечами Толяныч.
— А на самом деле?
— Конечно, нет! — хмыкнул Толяныч. — И уже нашел покупателей.
