у Маррады.
«Прайд Сокрушителей против рабства. Мир без эксплуататоров! Нас уже 20086…»
Последняя цифра росла на единицу или две в секунду. При попытке свернуть баннер, тот распухал на весь экран. Кайнорт попытался его удалить, но вместо этого отпочковалась копия, потом ещё одна.
— Занимательно. Что за Прайд Сокрушителей?
— Секта эзеров-пацифистов, — пояснил Берграй. — Решили перевернуть мир.
— Опять? Мир и так вращается, насколько мне известно. Вокруг своей оси, вокруг солнца, в рукавах галактик.
— Их не устраивает, как мы живём, — вздохнула Альда. — Приверженцы Прайда Сокрушителей сокрушаются, что они-де пьют чужую кровь, а их девиз — «Не навреди».
— Попахивает плагиатом, — буркнул Кайнорт, наблюдая ножницы в руках у притихшей Маррады. С высунутым от сосредоточения кончиком языка она приканчивала новую пару.
— А может, «Не навреди другому».
— Чего они хотят?
— Вербуют сторонников в отряды дезертиров. Хотят отказаться от нападения на Урьюи. Увести корабли в последний момент.
Куски кожи, обрезки шнурков и тряпок посыпались на пол, и Бритц провёл ладонями по лицу:
— Я не понимаю. Эзеры не могут без крови. Эзеры погибают без крови. Заменителей и суррогатов на сегодня нет! А единственный шанс наконец заняться научными изысканиями — это осесть на Урьюи. Я не понимаю.
— Веер рассылки начался с твоего домена, — Альда предъявила отчёт своих экспертов. — Кто-то здесь, очевидно, идейный вдохновитель этой шантрапы. Или как они его называют…
— Контриций Прайда Сокрушителей, — напомнил Берграй.
— О боги мои… Кайнорт, это уже не шуточки: если всё правда… если среди эзеров уже тысячи сектантов — наступление будет подорвано. Найди эту крысу!
— Я понял. Распоряжусь, чтобы Крус бросил всё и разобрался с рассылкой. Он в этом лучший.
В трактир вошла шчера с подносом и присела в дежурном книксене. У девчонки были шрамы через всё лицо, густое каре цвета «махагон» и заспанные серые глаза. Она расставляла бокалы со свежей кровью, пока Альда разглядывала новенькую. Руки с изящными пальцами и короткими продолговатыми ногтями. Расставляя бокалы, шчера наклонилась так напряжённо, будто бросала корм тиграм, а реверанс при входе был скорей снисходительным, чем скромным. Маррада тоже заинтересовалась: на миг она даже прекратила терзать обувь. Один Кайнорт смотрел в пустую стену.
— Спасибо, — буркнул он, задумчиво кусая костяшку, когда шчера поставила перед ним кровь.
— «Спаси-ибо!» — передразнила Маррада. — На вашем месте я бы заподозрила в рассылке именно его. Да-да, его.
Она проводила девчонку взглядом до двери и подошла к столу, накручивая шнурок на палец:
— Весь из себя вежливый, пайками и кодами медблока разбрасывается, худыми не питается… спасибо хоть другим не запрещает!
— В самом деле, — согласился Бритц, отпивая из бокала. — Не моё дело указывать каждой мухе, у кого ей сосать.
Альда ухмыльнулась: как он их, одним камнем в два огорода. Берграю за вчерашнюю погоню за шчерой и Марраде за всё остальное. Сестру выкинуло вон из трактира, как из пращи. Но её слова остались в воздухе.
— А ведь и правда, Кайнорт, — ть-маршал прищурилась и закинула ногу на ногу, постукивая ногтями по столу. — Ты фанатично ищешь Тритеофрен, чтобы не разрушить Урьюи. Ты отчисляешь в фонды гематологических изысканий. Якобы из эгоизма, но чем дальше…
— Это не я, — просто ответил Бритц.
— Допустим. Кстати, послезавтра мы отправляемся к тайнику. Мы точно знаем, куда идти?
— Точно.
— Точно?
— Точно.
Хокс перегнулась через стол и нависла над рой-маршалом, хватая его за горло дурманом альдегидов и амбры. Если бы запах был оружием, Альда могла бы выдавливать собеседнику глаза одним своим приближением.
— Ты клялся, что на моей стороне. Помнишь?
— Я на Вашей стороне.
Ступая по осколкам бокалов, ть-маршал покинула трактир. Берграй выдохнул и присвистнул:
— Ещё не поздно бросить эту затею с Тритеофреном. Полосатая Стерва уже на грани.
— История чтит погибших идиотов, Берг. А не умников, которые опомнились и передумали.
— Так куда мы идём? Что Крус говорит?
— В Римнепейские горы. Точнее не вычислить.
— М-да. А красивая шчера, — вдруг вспомнил Инфер.
— Кто?
— Ула.
— Кто? — переспросил Кайнорт.
— Да ну тебя.
Бритц неистово тёр глаза и переносицу.
— Берг, у меня проблемы сыплются чехардой, какая ещё Лула?
— Новенькая девчонка, которая принесла кровь. Это она была со мной на видео с бахаонами. Красивая, говорю, даже несмотря на шрамы.
— Ну так оставь её в покое, раз понравилась.
Инфер встал и оправил форму.
— Я принесу ей извинения за вчерашнее.
— Ну да. Ей сразу полегчает. А ещё отпусти на свободу, верни убитых родных и отстрой деревню краше прежней.
— В моей власти только сделать её своей ши.
— Очень цинично — извиняться перед тем, кто в положении твоей вещи. Единственное, чем хозяин может расположить к себе рабыню, это исчезнуть.
— Слушай, а ты правда мог бы стать контрицием Прайда Сокрушителей.
— Да, а извиняться ты собрался в надежде на что? — Бритц подпёр косяк, перекрывая выход.
— В смысле?
— Ну, на что ты надеешься после? На добрые отношения, на сердечную дружбу? И кстати, есть у неё право послать в жопу твои извинения? Или достаточно формального примирения, которое она изобразит, потому что… ну, а какой у неё выбор?
— Кай, да чего ты завёлся? Ты даже имени её не помнишь!
— Для неё же лучше. А чем ты заслужил доброе отношение и сердечную дружбу, Инфер? Тем, что среди прочих тварей ты временами не такая мразь, как остальные? И всё?
— Она должна знать, что не все эзеры мрази. Что среди нас есть…
— … среди нас есть эрзац человеков, — спаясничал Бритц. — И чаще на словах, а не на деле.
— Довольно меня воспитывать, — отрезал Берграй, прорываясь на улицу. — Ты уже давно не мой опекун.
Бритц закурил в одиночестве у помойки. С порога трактира на него смотрела истерзанная кроссовка. Кайнорт поднял бедняжку. «Рю Мизл», лимитированный выпуск из кремовой замши и полиуретана. Кроссовка зевала подошвой, грустно свесив шнурки. Эзер проводил её в последний путь — в контейнер с надписью: «Биологические отходы».
Он постоял ещё, поразмыслил над полиуретаном и выудил кроссовку за шнурок из мусора. И перебросил в бак для пластика.
«Мне нужен психиатр».
Опять достал кроссовку, отодрал замшевый верх от резиновой подошвы со
