Среди них, согласно Шиме, команда Busicom считала идею Хоффа о простом наборе универсальных интегральных схем с большими возможностями для программирования интересной, но слишком детальной. Для Шимы идее Хоффа «не хватало системной концепции, десятичных исчислений, доступа к клавиатуре, режима контроля в реальном времени и так далее».[88] Команда Busicom собиралась произвести реальный продукт, который будет соответствовать разработкам компании и станет логическим продолжением цепочки продуктов, а не пробовать какой-то непонятный, недоработанный концепт.
С другой стороны, Хофф потратил уже очень много времени на проект Busicom. Драгоценного времени у него почти не осталось – на то, чтобы проработать все нюансы концепции микрочипа, который требовали Шима и его команда. Так что Хофф принял важное решение – он позволит японской команде продолжать разработку их проекта, как и планировалось, а сам вернется на должность советника без права вето. Но в то же время Хофф решил донести проблему (и возможное ее решение) до Боба Нойса.
«Я думаю, что мы можем сделать что-то для упрощения, – сказал Хофф Нойсу. – Я знаю, что это можно сделать. Можно сделать это для подражания компьютеру».
Нойс поддерживал Хоффа, как и всегда поддерживал своих подчиненных, но, несмотря на это, он мог признать, что ничего не знал о компьютерах. Он пришел в аналоговый мир, и, хотя разрабатывал цифровые ИС для компьютеров, мир программирования был для него загадкой. Это стало серьезным препятствием на пути Хоффа. Хорошая новость была в том, что Нойс быстро учился. Он сразу начал закидывать Хоффа миллионом вопросов: как калькулятор может быть компьютером? Как работает операционная система?.. И так далее, что Тедом Хоффом было понято как поддержка.
Снова, как и с интегральными схемами, Нойс обнаружил себя на перекрестке, где ему нужно было принять важное решение, связанное с компанией и, как в итоге оказалось, со всем миром. И снова он принял такое решение. В Fairchild, во время разработки интегральной схемы, Нойс создал две команды – с Хорни и Муром в качестве предводителей и разрешил им параллельно разрабатывать проекты. Хорни победил, попутно придумав планарный процесс. В этот раз, с микропроцессорами, Нойс выбрал такую же стратегию – но в этот раз он был еще более точен. Команда Busicom будет продолжать свой проект, а Хофф будет давать им советы. Однако самому Хоффу он сказал: «Почему бы тебе не пойти дальше и не заниматься тем же самым? Всегда хорошо иметь запасной вариант».[89]
Хофф, получивший свободу действий, начал разрабатывать свой проект микропроцессоров.
Единственная проблема была в том, что, вообще-то говоря, Тед Хофф должен был идти не к Бобу Нойсу, но к Энди Грову. Пойдя прямо к Нойсу, Хофф нарушил одно из правил компании, а Нойс, поддержав новый проект Хоффа, подорвал авторитет Гроува, производственного директора. Это не должно было привести ни к чему хорошему, особенно учитывая изменчивое настроение Энди Гроува.
К тому же Нойс дал Хоффу свободу именно тогда, когда ему нужно было решить, что делать со схемой 1101, чьи проблемы казались неразрешимыми. У Intel были проблемы с продуктами, однако компания должна была приносить прибыль, и был очень большой шанс разорения – и тут исполнительный директор подписывает проект разработки непроверенного продукта для главного инженера. Шансов на успех мало, потому что рынка сбыта все еще не существует.
Интересно подумать, зачем же Нойс это сделал. Возможно, это все тот же старый Боб, человек, не умеющий сказать «нет», проявивший такую же слабость, что и в Fairchild. Или, как считает Лесли Берлин, Нойс видел себя в Хоффе и не захотел разрушать амбиции молодого человека так, как Шокли пытался уничтожить амбиции Нойса.
Возможно, что сработали обе причины. Но Боб Нойс также умел искать самых лучших, включая большинство людей, которые произвели полупроводниковую революцию и стали управлять огромными компаниями. Он был проницательным судьей, он имел смелость дать человеку выбор и поддержать его в создании великих вещей. В этот исторический момент Нойс верил в Теда Хоффа. И если Хофф, зная все, что он сделал для финансового благополучия Intel, все еще хотел создать свой собственный концепт, Нойс собирался поддерживать его все время – неважно, кто ему возражал.
Благодаря его видению многоцелевого микропроцессора и удачной рекламе внутри компании, Тед Хофф, иногда в одиночестве, объявляется изобретателем микропроцессора. Но этого бы не случилось, если бы Боб Нойс не изменил идеалам собственной компании. Много ли директоров такое делали? Одно лишь решение по поводу микропроцессора ставит Нойса среди величайших корпоративных лидеров.
В следующие три месяца Хофф, в основном, работал один над своей концепцией – в те короткие перерывы, которые были у него между попытками спасти компанию от банкротства. Учитывая, что проект был не только секретным, но и потенциально скандальным, единственный человек, с которым он разговаривал об этом, был Нойс, который, несмотря на свои собственные многочисленные дела, служил жилеткой, советником, критиком и адвокатом дьявола. Хофф: «Он всегда меня подбадривал, всегда помогал, у него всегда были идеи». Это было прекрасное исполнение дела.
Все это время Гордон Мур тоже знал о проекте. Возможно, потому, что Нойс решил довериться своему партнеру. Гордон всегда интересовался техническими новинками, так что он исследовал проект и остался доволен. Но, как он вспоминал позже, из-за кризиса модели 1103 «мой энтузиазм не всегда был виден».[90]
К августу, поняв, что талантлив он, в основном, в аппаратуре, а не в программном обеспечении, Хофф ввел в курс дела 28-летнего Стэна Мэйзора, молодого программиста, который недавно уволился из Fairchild. Его работа заключалась в том, чтобы описать архитектуру программного обеспечения для четырехъядерного процессора и написать инструкции для главного арифметического процессора, названного Intel 4004.
В течение двух недель они набросали архитектуру 4004.
Позже, в тот же месяц, Нойс послал письмо президенту Busicom Коджиме, чтобы поделиться с ним своими мыслями по поводу проекта команды и об альтернативном пути Хоффа. Поездка Нойса в Японию научила его тому, что в японской бизнес-культуре очень важна дипломатия. Поэтому он начал критику со слов: «Я не критикую проект» (калькулятора Busicom), хотя начал делать именно это. Он отметил, что сложность схем калькулятора значит, что «мы не можем выпускать их по заявленной цене 50 долларов, даже самые простые будут стоить дороже». Честно говоря, продолжал Нойс, им повезет, если они смогут сделать эти схемы по 300 долларов за штуку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
