сдвинула очки на кончик носа и, подняв брови, спросила:
– Могу вам чем-то помочь?
– Надеюсь, что да, – отозвалась Лиззи. – Я хотела узнать, хранятся ли у вас где-нибудь ежегодные школьные альбомы?
– Ежегодные школьные альбомы? – непонимающе заморгала женщина.
– Конкретно меня интересует альбом за 2012 год. Я ненадолго приехала навестить родной город и хотела бы повидаться с кем-то из давних знакомых, но боюсь, мне сначала надо немного оживить свою память.
Женщина окинула ее равнодушным, но вежливым взглядом. Если она и сочла просьбу Лиззи подозрительной, то не подала виду.
– Тогда вам в библиотеку, – сухо сказала она. – У них полный архив альбомов вплоть до 1973 года, когда была построена школа. Спросите там Джинни. Она покажет, где их найти.
Джинни вела дела в доверенной ей школьной библиотеке, будто в Пентагоне, – и для начала потребовала от Лиззи, чтобы та заполнила бланк на стойке регистрации, указав имя, фамилию, время прибытия и цель визита. Стандартная, мол, процедура для неучащихся, как коротко объяснила она. Затем Лиззи спросили о ее намерениях в отношении альбома и недвусмысленно дали понять, что материалы из архива предназначены лишь для просмотра в стенах библиотеки и выносить их куда-либо за пределы помещения недопустимо.
В ответ Лиззи уверила библиотекаршу, что доверенный ей альбом не попадет никуда дальше школьного буфета. В итоге Джинни смягчила свою позицию, но лишь после того, как Лиззи предложила оставить ей в качестве залога свое водительское удостоверение.
Возможно, это было и никчемной тратой времени – но попытаться по крайней мере стоило.
Накануне, в три часа ночи, Лиззи вдруг проснулась и увидела в воображении неожиданный образ: женщину с сеточкой поверх копны светло-каштановых волос. Школьную буфетчицу, от которой пахло фиалками и тальковой пудрой и которая была очень добра к тихой девочке, которая каждый свой ланч проводила, уткнувшись носом в книжку. Иногда возле подноса Лиззи появлялась добавочная порция желе. Или лишнее печенье – когда пекли овсяное с изюмом, которое так любила Лиззи.
Сначала Лиззи даже не поняла, с чего этот образ всплыл у нее в памяти, но потом сообразила: где лучше всего начинать поиски подружек Хизер по старшей школе, как не в школьной столовой, поговорив с женщиной, которая практически каждый день в последние тридцать лет кормила ланчем всех подростков Сейлем-Крика.
Луиза Райерсон.
Как и большинство ребят, Лиззи знала ее лишь как буфетчицу, «ланч-леди», но Эвви без труда вспомнила ее имя и подтвердила, что та до сих пор работает в школьной столовой. Но, к сожалению, Эвви ее адреса не знала, а в справочной службе тоже ничем не смогли помочь. Оставалось только зайти к Луизе в рабочее время и спросить, не согласится ли та присесть ненадолго за столик и посмотреть фотографии. Шансов было немного, Лиззи это прекрасно понимала: почти десяток лет прошел с тех пор, как Хизер Гилмэн с подружками ходили в старшую школу Сейлем-Крика. Но может быть, альбом с фотографиями все же сумеет освежить ей память?
Было начало августа, когда в школе шли только отдельные летние занятия, и к тому же началась большая перемена на ланч, так что к школьной столовой Лиззи двигалась по пугающе пустым коридорам. Стоило ей пройти через широкие двойные двери, и на Лиззи мигом нахлынуло состояние дежавю, за которым тут же накатила легкая волна тошноты. В желудке словно все перевернулось от запахов жира, кетчупа и перепаренных овощей.
Десятки глаз сидевших в столовой подростков внимательно следили за ней, пока она шла между рядами длинных столов. В их глазах в основном читалось любопытство: они словно спрашивали, кто она такая и что здесь делает. То ли чья-то мать, то ли заменяющий учитель. Все они были такими юными, такими оживленными и беспечными! Такими, какой и ей ужасно хотелось быть в их возрасте.
Лиззи оглядела пространство за стойкой обслуживания, где две женщины в белых халатах разбирали мармит. Если часы над дверью не врали – а прежде они всегда показывали верное время, – то через четыре с половиной минуты должен был прозвенеть звонок, означающий конец большой перемены. Пока же Лиззи решила найти себе укромный уголок и попытаться стать невидимкой, не привлекая к себе внимания – в точности как в старые времена.
Когда наконец прозвенел звонок, не прошло и пяти минут, как столовая опустела. С альбомом под мышкой Лиззи приблизилась к стойке и подождала, пока ее заметят. Через мгновение кашлянула, якобы прочищая горло. Луиза рассеянно подняла глаза за запотевшими очками и как будто сильно удивилась, обнаружив в своем школьном буфете взрослого человека. Когда их взгляды встретились, Луиза нахмурилась, однако, насколько показалось Лиззи, в лице у женщины не было ни проблеска узнавания.
– Миссис Райерсон, вы меня, наверное, не помните, но я училась здесь когда-то. Меня зовут…
– Лиззи Лун! – подхватила Луиза, и лицо ее засветилось радостью. – Ты внучка Альтеи.
– Да, это я.
– Я слышала, что ты вернулась. Очень соболезную о твоей бабушке.
Лиззи любезно улыбнулась.
– Спасибо. Я хотела спросить: не могли бы мы с вами немножко поговорить?
– Поговорить?
– У меня есть кое-какие вопросы, с которыми, надеюсь, вы мне можете помочь. Обещаю, это не отнимет у вас много времени. Если бы мы могли просто сесть где-нибудь рядом на несколько минут… – Лиззи замолчала, когда мимо прошла женщина с фиолетовыми волосами, нагруженная грязными подносами, после чего заговорила уже тише: – Я думаю, вы мне наверняка сумеете помочь.
Луиза непонимающе кивнула, стягивая с рук перчатки, в которых она раскладывала еду, и отложила их в сторону:
– Ну, давай, если ненадолго. Можем устроиться прямо где-нибудь здесь.
Лиззи проводила ее к одному из длинных столов для учащихся и села напротив Луизы.
– Большое спасибо, что согласились. Я хотела бы поговорить о сестрах Гилмэн.
Уголки рта у Луизы сразу поникли. За прошедшие годы она очень мало изменилась. Ее пышные волосы уже почти поседели, а морщинки стали глубже – однако сеточка для волос осталась неизменной, и лицо было все таким же добрым.
– Да, какое несчастье! Бедная их мама. И бедная твоя бабушка! Все, что ей довелось пережить в этом городе – сущее издевательство.
– Согласна, – отозвалась Лиззи, горящая желанием поскорее перейти к сути вопроса. – Вот почему я и здесь. Я знаю, у меня мало шансов – но мне бы хотелось, если получится, выяснить, что на самом деле тогда произошло. И мне кажется, для этого мне было бы неплохо поговорить с кем-то из тогдашних подружек Хизер. Проблема в том, что я не знаю ни как их зовут, ни
