характере мужчины, а чувственные губы и ласковые руки… Да, они тоже могли о многом рассказать чуть позже, не сейчас. Она хотела задать Кайлу вопросы о его прошлом, но не желала вспоминать о своем. Былые влюбленности, ошибки и разочарования остались позади, а сейчас духи или эль-фаты, если они действительно существуют, вознаградили ее и подарили ту самую встречу. Ожидания были не напрасны. Да, она знает Кайла слишком мало, но видит его душу. Такой, как он, не сможет походя обидеть. И если ей повезет, они будут вместе парить всю жизнь. Майя почувствовала, как в груди разлилась щемящая нежность, и увидела, что воздух вокруг них с Кайлом заискрился. А еще обнаружила, что его огромные серебристо-переливчатые крылья касаются других – перламутровых, радужных. И Майя поняла, что это ее… ее собственные крылья, а она кружит в воздухе вместе с Кайлом. Они парили над домом, над деревьями, усыпанными незнакомыми яркими плодами, над клумбами с прекрасными цветами, над темным лесом, который вовсе не мрачный, просто стволы огромных вековых деревьев, будто грозные стражи, не пускают на территорию чужаков.
Держась за руки, Майя и Кайл медленно опустились на поляну возле дома, а пес встретил их радостным лаем. Они разместились на веранде за деревянным столом, где уже был накрыт ужин. Кайл поднес к губам Майи ярко-рыжий фрукт, напоминающий по вкусу персик, а затем слизнул капельку сока с уголка ее губ. Она в свою очередь кормила его сладкими бордовыми ягодами, отчего губы Кайла потемнели, как потемнел и его взгляд. В бокалах искрился фейский нектар – терпкий, с небольшой кислинкой и пьянящий. А может, пьянили поцелуи, что влюбленные дарили друг другу. Чуть позже Кайл и Майя расположились на широких деревянных качелях, рассматривая раскинувшуюся под ногами долину.
Майя не выдержала и первой прервала молчание:
– Кайл, я ничего о тебе не знаю. Кто ты, откуда приехал, чем занимаешься?
– Я тоже о тебе ничего не знаю, Мэй. Даже не знаю, где находится твоя деревенька.
– Темнолесье отсюда далеко, живет там люд, магов и малых народцев нет. Я жила с бабушкой в маленьком доме, работала в книжном магазинчике, – торопливо пояснила Майя, почти не соврав. – Когда увидела объявление в газете о наборе в Академию фей, очутилась здесь.
– Любопы-ытно, – протянул Кайл. – И что, ты даже не догадывалась, что ты фея?
– Даже не догадывалась, – кивнула Майя и наконец задала тот вопрос, который мучил ее все это время: – А кто ты, Кайл? Фейри?
– Это тебя пугает? – с усмешкой проговорил мужчина и признался: – Да, я фейри.
– И чем же ты занимаешься? Странствующий поэт? Или целитель? Может, лесной заклинатель? – поинтересовалась Майя.
– Странствующий поэт? – удивился Кайл.
– Я так решила, потому что ты много путешествуешь, а я читала, что такой образ жизни ведут фейри-странники. А еще тебя сопровождает этот симпатяга пес и ворон. Наверняка прибились к тебе по дороге, – рассуждала Майя.
Кайл рассмеялся:
– Путешествую я действительно много и на одном месте не сижу. Звери – мои фамильяры, в них часть моей магии. А насчет симпатяги пса… Уго хитер. – Собака словно почуяла, что говорят о ней, и подбежала ближе, навострив уши. – Он вовсе не симпатяга, просто принял то обличье, в котором, как ему кажется, должен тебе понравиться.
– Он хочет понравиться мне? – переспросила Майя. – Но почему?!
Кайл потрепал пса за ухом:
– Уго питается тьмой, но ему также не хватает света, а в тебе его много, – уклончиво пояснил Кайл.
– И как же этот пес выглядит на самом деле? – поинтересовалась Майя, разглядывая добродушную мохнатую морду.
– Ты уверена, что хочешь знать? И что не отвернешься от него, увидев в его истинном обличье?
– Лучше знать правду. Я не терплю, когда лгут, пытаясь предстать не тем, кем они являются на самом деле… – Майя осеклась, осознав, что сама не сказала Кайлу всей правды.
Хотя… все, о чем она поведала, – истина. Кроме одной детали: ее Темнолесье находится на Земле, а не на Тее. Она бы очень хотела признаться, возможно, сейчас для этого самый подходящий момент, но мешало заклинание, наложенное на нее миз Мэбс. Да и Уго вдруг на глазах стал меняться и увеличиваться в размерах. Мохнатая шерсть исчезла, являя взору угольно-дымчатый силуэт, уши заострились, морда вытянулась, появились клыки, а глаза… они превратились в два ярко-красных пылающих уголька. И когда Уго сделал к Майе первый шаг, она вскрикнула. Вот сидел перед тобой лохматый недотепа, а тут самая настоящая собака Баскервилей. Уго как-то по-человечески вздохнул и отвернулся.
– Нет-нет, прости меня, ты очень… красивый и хороший, просто я не ожидала подобного превращения. Это так необычно и волшебно! – Майя вскочила с качелей и упала перед псом на колени. Не задумываясь и совершенно не пугаясь, она обхватила его за шею.
Уго на секунду замер, а затем, словно маленький щенок, радостно взвизгнул, вильнул призрачным хвостом, отчего воздух пошел рябью, и лизнул Майю в щеку.
– Уго, ты самый прекрасный пес в мире. Тебе не нужно быть кем-то другим. Ты мне нравишься таким, какой ты есть, – приговаривала Майя, почесывая пса за ушами. – Но изредка можешь побыть тем милым лохматиком.
Уго радостно рыкнул, и от громкого звука с ветки упала пара пушистых зверьков. А затем угольно-дымчатое тело пса вновь изменилось, превращаясь в уже знакомого пушистого зверя. Он ткнулся лбом Майе в плечо, отчего та не удержалась и повалилась на траву.
– Все, Уго, хватит! – ревниво проворчал Кайл, поднимая свою фею на руки и отгоняя привязчивого фамильяра. – Ты не один, кто добивается ее внимания.
Ворон насмешливо каркнул с ветки, лениво взирая на возню. Уго прыгал рядом, то перекидываясь в мохнатого недотепу, то в грозного монстра. Кайл кружил Майю на руках, а она заливисто смеялась и была абсолютно счастлива.
Но вскоре на небе появились два ночных светила – Луна и Леля, намекая на то, что день подошел к завершению, а кое-кому пора возвращаться в академию. Кайл довез Майю до здания, но внутрь не вошел – запретные заклинания и стражи-химеры не пускали чужака. Он не смог удержаться, на ступенях потянул на себя фею и поцеловал – горячо, страстно, не обращая внимания на любопытные взгляды студенток, что приникли к окнам. Это его фея. Да, придется о многом подумать, кое-что изменить, кое с кем поговорить, а главное, рассказать Мэй о себе всю правду. Он отвезет ее домой, представит отцу, возможно, она согласится путешествовать вместе с ним… Или лучше пусть ждет его в том прекрасном доме. Кайл неожиданно для себя замечтался, чего не случалось очень и очень давно, и только сейчас услышал суровое покашливание из окна второго этажа.
– Кхм-кхм, – вновь
