произнес писклявый голос, и влюбленные отпрянули друг от друга. А директриса академии ехидно заметила: – Юная миз Флоренс, через несколько минут двери академии закроются на ночь, и вы останетесь на улице.
– Уже иду, – вздохнула Майя, смущенно улыбаясь Кайлу: – Тогда до завтра?
– Встретимся вечером у здания ра-туши и погуляем по городу, – предложил он.
Майя предпочла бы встретиться не у здания, а в здании – там, где разместился древний порт. Хоть бы одним глазком на него взглянуть. Но увы, ра-туша была открыта для посещений лишь в те редкие дни, когда собирался городской совет.
Поэтому она ответила:
– Да, увидимся у здания. Я обязательно приду.
– Кхе-кхе-кхе, – закашлялась директриса. – Темной ночи, молодой маг. А вы, миз Флоренс, загляните утром перед началом занятий ко мне в кабинет. Нам есть что обсудить.
– Добрых снов, моя фея, – произнес Кайл, а Уго, который все это время находился поодаль, внезапно оказался рядом и боднул Майю в бок. Пес опять стал огромным и призрачным, сверкал в темноте красными угольками-глазами. Но Майя его уже не боялась. Она погладила зверюгу за ушком, улыбнулась Кайлу, махнула на прощание ворону и вбежала в здание академии – довольная, радостная и неприлично счастливая.
Глава 18
Порталы, навигары, арганы, или Как перейти в Иномирье
– …А я говорила, что он фейри! – пробасил над ухом знакомый голос.
Яркий луч света упал Майе на лицо, и она, застонав, накрылась одеялом с головой. Кто-то маленький и очень настойчивый присел на подушку и принялся бубнить:
– Вот! Слушай! «Фейри очень опасны для юных неопытных фей…» А ты неопытная и наивная. Читаем дальше: «Фейри могут зачаровать фею одним взглядом. Их речи подобны цветочному нектару. Никогда не верьте их обещаниям…» Слышишь? Не верь ему! А ты отдала ему свой первый поцелуй!
– Третий, – буркнула Майя и открыла глаза.
Она обнаружила на подушке пикси Фло, которая и зачитывала строчки из малюсенькой розовой книжицы. Майя хотела добавить, что, пусть поцелуй и не был первым, но так сладко и горячо ее целовали впервые. Но не стала смущать пикси. Или раздражать, судя по гневным взглядам, которые бросала на нее упитанная малышка в розовом платье.
– Может, обойдется, – раздался поблизости голос Сыча Никодимыча. – Вроде как я слышал, у фей с фейри получаются крепкие семьи. Один народец-то.
– Так это когда было, – отмахнулась книгой Фло, задев Майю по уху.
– Ой, – охнула та то ли от боли, то ли от глупости пикси.
Вчера, вернувшись со свидания, она рассказала обитателям спальни о том, что Кайл фейри. И если Чата и домовой большой беды в том не узрели, то Фло полночи не могла угомониться, все бухтела и ворчала, а затем понеслась за бабушкиной книгой и с утра пораньше начала зачитывать из нее душещипательные истории о подлых фейри и доверчивых феях.
– Дай хоть посмотреть, что это за книга, – попросила Майя.
– Старинная! Руками трогать нельзя, тем более такими большими. Вещь ценная, мне в наследство от бабушки досталась, – строго произнесла Фло, хлопнув Майю маленьким фолиантом по руке.
Майя все же смогла прочитать название книги «Страшные сказки» и хмыкнула. А пикси потащила книгу в домик, который гордо возвышался на шкафу. Кто-то уже успел украсить избу блестками, и теперь в лучах утреннего солнца жилище радостно сверкало и искрилось, отражаясь на стенах мелкими световыми зайчиками.
– Собирайся, Маюшка, – вздохнул домовой и указал на какую-то записку, что лежала на столе, – тебе еще к директрисе на совещание идти, она грамотку пригласительную прислала. Но перед этим надобно позавтракать.
Вспомнив, что миз Мэбс действительно обещала назначить ей встречу перед началом занятий, Майя вскочила с постели и побежала в ванную комнату. А уже спустя четверть часа, облаченная в голубое форменное платье и с двумя заплетенными Чатой замысловатыми косичками, запихивала в рот пирожок с капустой и открывала дверь.
– Все, побежала! Пожелайте мне ни пуха ни пера, – сообщила она домочадцам.
– В добрый путь! – проговорил Сыч Никодимыч и помахал фартуком, очень уж напоминающим скатерть из дома дракона, которую приказала выбросить Флексиола.
Из этой же ткани на подоконнике красовались подушки. Майя фыркнула, представив, что еще Сыч Никодимыч успел сшить из старых, прихваченных в замке штор, но, открыв дверь спальни и обнаружив за ней кабинет директрисы, вмиг сделалась серьезной.
На диване жались друг к другу четыре феи – ее подруги по несчастью. Те самые, кто устанавливал памятник дракону на площади.
– Вижу, все в сборе, – Миз Мэбс посмотрела на присутствующих исподлобья. – На площади вы произвели настоящий фурор! И то, что в вас в полной силе раскрылась фейская магия, – обнадеживает. – Феи выдохнули и улыбнулись, но директриса не позволила им расслабиться и строго произнесла: – А теперь хотелось бы больше подробностей! Миз Фокс, вы, как самая рассудительная из всей компании, доложите коротко и по существу: что произошло и в какой скандал вы опять влипли? Стоило мне отлучиться ненадолго, как в академии новое происшествие!
Аделин прокашлялась и начала обстоятельный рассказ. Она поведала о том, как Нора Стоун не справилась с заданием, о подозрениях, что на памятник, возможно, было наложено темное заклинание, рассказала и о том, как им с Мэй поручили сложную уборку в замке дракона. И там, в подземелье, они обнаружили старую статую, которую по приказу невесты тера Леона вынесли из дома, а затем водрузили на пьедестал вместо разрушенного памятника.
– И что, миз Флексиола на самом деле выбросила статую основателя клана Игнис? – нахмурилась директриса.
– Не выбросила, а перетащила из парка в подвал. Но он застрял в дверном проеме, и у дракона отвалился хвост, – ответила Майя.
– И шкура облезла, – добавила Аделин.
– У кого? У тера Леона? – с ужасом переспросила директриса.
– У статуи, – пояснила Аделин. – Чешуйки местами отвалились, клык выпал. Миз Флексиола сказала, что своим бесхвостым и облезлым видом чудовище все портит.
– И приказала убрать? – охнула директриса.
– Дословно сказала: «Уберите его с глаз моих долой». Вот мы и убрали. На городскую площадь, – подтвердила Майя. – Местных законов вроде бы не нарушили.
– Не нарушили, – согласилась миз Мэбс, – но встряли в конфликт между тером Леоном и его невестой. А что миз Пруденз? Почему, Нора, вы к ней не обратились за помощью?
– Я обратилась, – возразила городская фея, – но она сказала, что я, как ученица академии, сама в состоянии решить проблему. А потом и бургомистр подошел, народ столпился, начались крики и ругань. Если бы не феечки и их поддержка, я бы, наверное, из академии в тот же день сбежала.
– Эта миз Пруденз очень странная. Все говорит о помощи, улыбается, а сама действует наоборот, – заметила Аделин.
– Поясните, – попросила директриса.
