Он был единственным, кто задолжал мне объяснение.
— Как ты это делаешь? — Жалобно спросила я. — Вся эта история с парой? От одной мысли о привязанности к кому-то, кого я едва знаю, у меня начинается крапивница. — Я потерла руки, а Кейт только покачала головой с улыбкой.
В ее глазах появилось благоговение, когда она сказала:
— Когда я впервые встретила Кристофа, я была подростком. Мне было восемнадцать, и наши стаи только что объединились. Это был 2010 год, и альфа моей старой стаи был убит, а наша была слишком маленькой, поэтому нас поглотила Кровавая Луна. Кристоф здесь единственный врач, поэтому он ухаживал за большинством из нас. Я сломала руку после нападения, но мне повезло по сравнению с некоторыми другими. Оборотни не превращаются, пока им не исполнится двадцать пять, так что я была в основном человеком. — Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, как будто она переживала все это заново. — В ту секунду, когда я вошла в его кабинет и наши взгляды встретились, я поняла, что он моя пара. Между нами возникло какое-то притяжение, словно веревка, которая натянулась у меня на груди, волоча меня через комнату. Он тоже это почувствовал. У него было такое выражение глаз, которое почти напугало меня.
— Кристоф не кажется мне таким уж страшным, без обид, — сказала я. На самом деле, он казался довольно милым парнем. Очень спокойный и послушный, и я предположила, что помогло то, что он был целителем.
— О, он просто плюшевый мишка, так что не обижаюсь, — сказала она со смехом. — Честно говоря, он именно такой партнер, который мне был нужен. Когда на нас напали, повсюду были большие, страшные мужчины, и несколько наших женщин были похищены. С ними случилось ужасное дерьмо, и тот факт, что я так легко отделалась, — это чудо. Я думаю, мне нужен был такой мягкий человек, как Кристоф.
— Черт, Кейт, я не знала. Прости, это, должно быть, было ужасно. — Я не очень много знала о том, как стаи оборотней взаимодействуют друг с другом, но, похоже, все было хуже, чем она говорила.
— Это было давно. — Она отмахнулась от меня, и ее глаза снова прояснились. — Я пытаюсь сказать, что твое тело просто знает, когда ты встречаешь свою пару. По крайней мере, так это работает, если ты оборотень. Я никогда не слышала о спаривании вампира и оборотня, так что ты действуешь наугад.
Через мгновение она съежилась, осознав, что сказала.
— Прости, наверное, от этого стало только хуже. Просто знай, что это не для всех одинаково. Иногда оборотни отвергают своих партнеров, а иногда им требуются годы, чтобы поладить и уступить связи, но все люди разные. То, что вы обречены друг на друга, не означает, что вы автоматически совместимы. Над этим все еще нужно работать, как и над любыми другими отношениями.
— Я ненавижу то, что знаю, что ты права, — сказала я со стоном.
— Мы еще не очень хорошо знаем друг друга, но я надеюсь, ты можешь доверять мне, когда я говорю, что Август действительно хороший человек, — сказала она. Я посмотрела на нее и не увидела в ее глазах ничего, кроме искренности. — Он хороший мужчина и хороший альфа, но никто не говорит тебе любить его прямо сейчас. Я просто думаю, что ты должна быть непредвзятой. Он искал тебя, я даже не знаю, как долго.
— Сколько ему точно лет? — Я задавалась этим вопросом с тех пор, как встретила его. Я знала, что он почти древний. Большинство альф были старше даже старейших вампиров, из-за того, что они вели относительно изолированную жизнь и были защищены стаей, но это было трудно понять.
— Девочка, даже я этого не знаю — Она засмеялась. — Но ходят слухи, что он родился где-то в двенадцатом веке или что-то в этом роде. Гарет тоже. Их семья уходит корнями в далекое прошлое, и они двое из старейших ныне живущих оборотней. Что делает еще более безумным тот факт, что ни один из них не нашел свою пару до тебя.
Было трудно полностью определить его возраст, даже если это было всего лишь предположение. Я попыталась представить себе, что он видел и делал, через какие тысячелетия изменений прошел этот мир. Как ни странно, я вполне могла представить Августа в средние века, с мечом в руках мчащегося в битву. Каким-то образом это подходило ему. Тем не менее, мысль о том, что я каким-то образом была его избранницей, была почти смехотворной. Я, сломленная женщина-дампир, которая половину времени не знала, в какую сторону идти.
— Ты права, — сказала я наконец, вставая с кровати. — Я должна поговорить с ним. — Внезапно я приняла решение. Мне нужно было перестать вести себя как напуганная маленькая девочка и встретиться лицом к лицу со своими проблемами, а не игнорировать их.
— Черт возьми, да! — Сказала Кейт, подбадривая меня, стоя рядом. — Но тебе, наверное, стоит выйти туда первой. Скоро они закончат ритуалы, и уже почти закат.
Она направилась к двери, и я неохотно последовала за ней. Мне снова придется столкнуться с реальным миром. Я остановилась, закрывая за собой дверь, и сказала:
— Кейт… — Она повернулась обратно, уже дальше по коридору. — Спасибо, что поговорила со мной. Я знаю, мы еще не очень хорошо знаем друг друга, но это действительно очень помогло… больше, чем ты думаешь.
Она улыбнулась, и напряжение в моей груди ослабло.
— Возможно, мы еще не очень хорошо знаем друг друга, но я могу сказать, что мы станем друзьями. Просто подожди, в конце концов все это не будет казаться и таким уж безумным, я обещаю.
— Тогда я поверю тебе на слово, — пошутила я, следуя за ней до лестницы.
Я вышла в прохладный вечер и глубоко вдохнула. Я не думала, что когда-нибудь привыкну к открытому лесному воздуху после многих лет жизни в городе. Сверчки уже стрекотали, когда солнце скрылось за горизонтом и появились звезды, и я заметила нескольких оборотней, которые ходили вокруг, делая то одно, то другое. Некоторые из них пристально смотрели на меня, когда я шла по тропинке, ведущей к берегу озера. Я решила, что там должны быть остальные, заканчивающие второй день ритуалов.
Мне нужно было поговорить
