Спустя пять минут, заскрипели петли старинных дверей. Лицо обдал разгоряченный воздух, исходящий из камина. Да, все же храм не заброшен. Похоже, что именно этот человек обитает здесь, ибо он по хозяйски подошел к софе у огня и облегченно плюхнулся на мягкую обивку, лениво сбросив сапоги на изящные деревянные полы. Потянулся, стянул с себя плащ, открыв на обозрение старческое лицо, и откинул его на близлежащую спинку стула. Затем рукой нашарил на поверхности чайного столика колокольчик и резво зазвонил им, привлекая к себе внимание. На этот шум, из боковых от софы дверей выбежала хлипкая девчушка в приятных одеждах служанки. Она несла на руках поднос, заставленный всевозможными разновидностями еды, кою можно было приготовить в столь суровых условиях, а также горячий чай, дабы хозяин согрелся и подобрел.
Долетев до середины ковра, девушка запнулась, вспомнив, что ей не позволено бродить по нему обутой. Поэтому она вернулась, разулась и, ступая босой в беленьких чулочках, вновь поспешила на звук колокольчика:
— Опаздываешь. — сухо и недовольно бросили ей, когда тарелки уже были переставлены на стол.
— Прошу прощения, мой лонк. Сие больше не повториться. — девица виновато и как-то боязно опустила глаза, замерев в полу поклоне.
— Я столько раз слушаю это, девчонка! Не пора бы уже научится избегать подобных инцидентов?
— Пора, мой… — ее перебили.
— Как жаль, что нет других помощниц, ты мне порядком наскучила. Иди вон, заодно проверь, чисто ли на моем рабочем месте! — взревел мужчина, на глазах краснея от ярости. Пискнув “как прикажете, мой господин”, служанка в доли секар испарилась в лабиринте храма. *Щелчок язычка двери* Уловив его, человек устало откинулся на спинку софы, вздохнул, успокаиваясь, и прикрыл глаза. Кроме чая ничего больше не хотелось.
Минуло полчаса. Храм пребывал в тишине и покое. Местами по стенам гуляли блики солнечных лучей, прыгали зайчиками туда-сюда на первых ярусах. Но вышеупомянутый незнакомец, пребывал не там, а в глубоких скрытых от постороннего камерах, можно сказать, в самых защищенных лабораториях.
— Я спасаю красоту от тлена.
Я создаю стеклянный хрупкий мир.
Конечно, осколки больно меня ранят,
Но эта боль, лишь разжигает пыл… — мурлыкал он вполголоса, сидя за столом и мастеря некую розу, точнее ее бутон. Головка цветка была подобна кристаллу, каждый ее лепесток имел свою форму: где-то не было кусочка, а где-то имелась потертость. Однако, все вместе выглядело таким настоящим, словно живое растение, что вызывало восхищение к мастеру, кой сотворил подобное! Мужчина продолжал напевать, никто его не беспокоил. Он занимался любимым делом и был от этого счастлив. Но… некоторые обстоятельства были выше его, а еще имелась мечта, которая не давала ему полностью насладиться занятием.
Где-то позади взревело алое пламя преисподни, шум которого перекрыл властный с долей иронии крик:
— Антейн!?
Молчание.
— Антейн!!?? Не смей, старикашка, меня игнорировать! — было непонятно, то ли мужчине, то ли женщине он принадлежал.
— Что вам? — раздраженно отозвался человек, имя которого повторяло пламя.
— Всё ли готово?
— Разумеется. — четко сообщил Антейн, встал и прошелся до входной двери. — Прошу за мной, я покажу. — махнул рукой и вышел. Адский портал не терпяще последовал за ним.
Из маленькой каморки они перебрались в более просторную. Дойдя до середины, человек пару раз хлопнул в ладоши. И свет залил тьму, открывая на обозрение сотни и десятки стеклянных статуй в совершенно пустом зале.
— Неплохо. — бросили из пламени. Изваяния были разнообразны, начиная от насекомых и заканчивая огромными монстрами, достающими головой до потолка! Звери, рыбы, копытные, огры, гоблины и… люди. Кого тут только не было: и стражники, со щитами в руках, и убийцы, с кинжалами на изготовке, и маги с посохами. У всех на сверкающем лице стояла бесстрастная мимика, подобно роботам. Портал принялся облетать ледяные глыбы, довольно урча и хихикая, осматривая каждую статую.
— Скажи, к чему тебе рыбы? — задался он вопросом, находясь у длиннющей рыбы меч, коя возвышалась на одном из пьедесталов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Для того, чтобы лишить возможности питаться с рек. — не колеблясь, ответили ему и встали подле постамента, скрестив руки.
— Голод, разумно. К чему мелкие твари?
— Породить чуму.
— Болезнь, интересно.
— Думаю, нет нужды говорить, к чему люди и животные?
— Нет. Где новоприбывшие?
— Позади вас. Мои любимчики, их было не так легко взять живыми. Однако, им не хватило количества.
Языки пламени развернулись и узрели десяток довольно неплохо снаряженных солдат, на доспехах которых красовались символы как их организации, так и императорского герба.
— Носферату… — блаженно прошелестело из портала.
— Именно. Любимцы Его Высочества. Теперь они мои! — Антейн горделиво поднял голову и скривил в улыбке рот. Последние слова привлекли внимание образа со стороны преисподни, на него вопросительно глянули.
— То есть, ваши. Прошу прощения, оговорился. — поняв, что ляпнул лишнее, он стушевался и почесал рукой затылок, как нашкодивший сорванец.
— Не забывайся. — строго пригрозили ему. Затем портал двинулся дальше, к самой значительной фигуре стеклянного музея — дракону!
— И когда ты планируешь его запустить?
— На данный момент, мне это ни к чему, да и нет нужных компонентов.
— Мне он нравится. Грациозная ящерица.
— Это дракон. — поправил человек.
— Болван! Ты сомневаешься в моих знаниях? Пока эта змея находится на земле, я буду так его называть! Немедленно разыщи недостающие ингредиенты. К моему следующему приходу я желаю видеть дракона в небе! Или пеняй на себя.
— Их не так легко достать, они в Сквернолесье. — пробубнил Антейн и опустил взгляд, дабы не видеть испепеляющих очей хозяина.
— Далеко? На что тебе рысаки(тоже самое, что и кентавры, однако со всадником на спине)?
— Рысаки управляются людьми, а их у меня не так много.
— Может мне еще и задницу тебе подтереть!? Возьми Носферату! Если они так хороши, как ты говоришь, то вернуться с добычей. И еще… — мастер ожидающе уставился на пламя.
— Уже пора сеять хаос в округе.
— Начало положено. Некоторые из моих хрустальных тварей добрались до Замира, разорены все деревни по их пути.
— Превосходно. — послышался злобный смех. — Лишим столицу всех ее пропитаний. Это лишь начало, мой дорогой раб. Сначала Оскверненная империя, а потом и весь мир. Твои таланты никто не забудет, они войдут в историю Фортунати! Ха-ха-ха… — прогремело эхом между колонн, а затем рев пламени стих и испарился, оставив Антейна в гордом одиночестве, наедине со своим творением.
— Вы правы, никто не забудет. Это будет мой триумф. — согласившись, заявил он, предвещая будущее веселье. Развернулся на пятках и направился в свою мастерскую, вдохновленный мечтами.
Глава 11 «Выходной? Нет, не слышали»
Валери Мориарти.
***
Мой первый выходной в этом мире не задался с самого утра. Из-за того, что наглый эльф соврал! Нежиться в постели до обедни мне никто не позволил. Лишь пробило девять утра, как мои уши стали тягать все возможные пальцы, то когтистые, то изящные. А также гудеть над ними, мол завтрак пропущу и на пробежку пойду голодной.
— Ну еще… пять минуток… дайте.
— Если ты, shallen, не вынырнешь из-под одеяла, я сдерну всё с тебя, и ты нагая побежишь наворачивать круги вокруг таверны… — как бы невзначай протянул Зевран, находясь поодаль, у окна, в нашей комнате. Он еще не простил мне того ночного инцидента с канделябром и ковриком. Теперь мстит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Меня грубо подняли. Дроу не бросает свои слова на ветер, это я уже поняла. Поэтому сонная, поплелась на первый этаж, распугав своей растрепанной прической местных постояльцев: “Изыди нечисть!”. - вопили они, шарахаясь.
— Идиоты необразованные… — прошелестела я, даже не взглянув на них.
