Последний участок, крышу соседствующего со стеной здания, я преодолевал пятнадцать минут. Едва смещаясь, когда стражники на секунду отворачивались.
Вот нет чтобы бежать на выручку товарищам, ко дворцу, или по крайней мере стене внутреннего двора, обязательно было оставаться на своих постах и исправно нести службу? Рисковать, убивая охрану сейчас, в последний момент, я не собирался, а потому бесшумно выжидал пока луна скроется за облаками, а затем метким броском, сбил факел в десяти метрах.
— Какого демона! Что тут происходит? — выругался ближайший ко мне стражник, и подхватив факел устремился заполнить темноту. Пары секунд мне хватило чтобы прошмыгнуть в появившееся окно и уцепившись кончиками пальцев за край стены спрыгнуть на дворцовую площадь.
Тут удача мне едва не изменила, всё же прыгать с высоты в несколько метров идея не из здравых, и даже укрепление тела не спасло меня от трещины в кости, но перекатившись через плечо я вовремя спрятался за деревянной лавкой, и замер в тени, до скрежета сцепив зубы.
Боли нет. Крови нет. Смерти нет…
Снова дождавшись облаков, я прошмыгнул между закрытых лавочек и оказался у городской крепостной стены. Тут стражи было куда больше, чем в школе духовной силы, но теперь мне не требовалось вести себя тихо. Держась в тени, я забросил керамический пузырёк со снотворным в караулку и всего через несколько мгновений оттуда уже доносился громких храп. Кажется, они даже не поняли, что произошло. Я же, смог спокойно закрепить веревку и спуститься по ней в ещё спящий город.
Столица дремала, не ведая какое злодеяние было совершено всего полчаса назад, и даже зарево пожара из-за внутренней крепостной стены оказалось почти не заметно. Так что мне оставалось лишь дождаться пока Беляш перегрызет узел, поймать верного питомца и вместе с ним скрыться в узких улочках городских трущоб.
В очередной раз сменив одежду и превратившись в нищего бродягу, едва прикрытого дырявым старым плащом, я медленно брел по улицам, шугаясь стражников и стараясь держаться как можно дальше от светлых пятен. Поведение, вполне соответствующее одеянию и образу. Вот только брёл я без явной цели.
Куда мне сейчас идти? Задание я выполнил, значит контракт закрыт и больше у кровавого нет поводов объявлять на меня охоту. Я прикончил убийцу, сотрудничавшего с демонами, избавив этот мир ещё от одного лицемера и урода. Но что дальше?
Явиться к Сяо? Это может поставить девушку под угрозу. Не раз обдумав эту мысль, я пришел к выводу что понятия не имею о техниках даосов и их эффектах. Запах я скрыл многократно, и даже сейчас, слоняясь в худших районах столицы, продолжаю запутывать следы. Но не факт, что это поможет.
Значит нужно идти к Ди. И за наградой, и за защитой. Уверен, кровавый с высоты своего опыта сможет решить ситуацию и дать пару дельных советов. Вот только… а оно мне надо? Прямо сейчас передо мной открыты любые пути и дороги. Никто меня не знает, никто не охотиться, никому нет до меня дела… почти.
— Пожалуй, я готов двигаться дальше. — подумав немного проговорил я, и сидящий на плече жук засветился мягким зеленым светом. — Хорошо. Ведите.
Выбраться из города не составило никакого труда. Сон мне заменяла обильная дешевая еда, не портящаяся даже рядом с головой Орана Сота, не выбрасывать же её, и единственное, что меня смущало — не станет ли одинокий путник слишком подозрительной фигурой, которую быстро заприметят.
Можно было отыграть роль бродяги, юродивого или просто бедняка, что не смог найти себе места в столице нулевого пояса, но мое телосложение и сформированный узел духа слишком выделяли меня на фоне всех остальных. Слишком молод, слишком силен, слишком атлетичен… но ведь можно подойти и с другой стороны.
Одежду я сменил уже на автомате, правда нового наряда не нашел, а просто скомпоновал части школьной формы, оборвал рукава, растрепал немного, повесил на пояс меч а в руки взял копье, для образа.
— Мест нет. — мрачно проговорил трактирщик, когда я заявился в небольшую придорожную таверну, располагающуюся в пригороде. — Даже стойла заняты.
— Я уже выспался. — усмехнулся я, облокотившись на стойку. — Скажи, уважаемый, ты случайно не знаешь, когда отходит ближайший караван и сколько они платят охранникам?
— Ты то, охранник? — рассмеялся трактирщик. — Тебе сколько лет, малец?
— Семнадцать лет и полный узел. — ответил я, заставив мужчину подобраться. — Так что будь по вежливей. Итак?
— Простите, старший, не подумал. — поджав губы проговорил трактирщик. — Завтра в полдень уходит караван уважаемого Зевлора, ему как раз требуется один даос-кандидат, не ниже серебра. Они идут к восточному побережью.
— Где он остановился и сколько платит? — спросил я, ради приличия. Отыгрывать роль наёмника, так делать это до конца.
— Платят щедро, две духовных монеты в тридцать дней. — без промедления ответил трактирщик. — А живут в трех домах отсюда. Вывеска караваны юга.
— Отлично, благодарю, уважаемый, как разбогатею обязательно у тебя остановлюсь. — ответил я, и махнув на прощание вышел обратно на улицу.
Ночью в найм идти было глупо, так что я прислонился спиной к плетеной изгороди, прямо под вывеской, и стал дожидаться утра. К слову, с внешним видом я угадал почти безошибочно, ведь едва завидев меня несколько здоровых мужиков, вышедших из бараков торгового дома, схватились за оружие.
— О, уважаемые. — нагло усмехнулся я, поднявшись им на встречу. — Кажется вы мои будущие соратники?
— С чего ты это взял? — резко, но без лишней агрессии, спросил самый грозный из них, охранник на голову выше меня и вдвое шире в плечах. — Ты кто вообще такой?
— Я-то? Хочу наняться в охрану к вашему господину. — не скрывая улыбки ответил я. — Это же ваш караван уходит сегодня на восток? Там моя родина, заодно подзаработаю.
— А с чего ты решил, что ты нам подойдешь? — спросил, хмурясь бородач. — Пусть ты и жилистый, да тощий, тигру любому на один зуб.
— Медведь мной подавился, и тигр подавится. — смело ответил я, вызвав невольные смешки со стороны охранников. — К тому же, много кандидатов с духовным доспехом готовы работать всего за пять монет в тридцать дней?
— Сколько? Пять? — от такой наглости бородатый аж поперхнулся. — Две!
— Четыре! — тут же ответил я. — И только из уважения к вам.
— Три, и твоя
