Для меня они стали неотбелённой частью меня самого. Кодекс в моей душе и в моём сердце, но Стихии, мои верные соратники, а не оружие. Так было раньше. Так будет и впредь.
— Уходи, Богиня, — вернулся я обратно в горячую воду, раскинув руки. — Нам больше не о чем говорить.
Тёмная встала с бортика и, не разрывая нашего зрительного контакта, быстро испарилась дымкой.
Тишина. Благостная и такая приятная, если не считать всё такого же шипения.
— Shaahs… Siethfa…
Я скривился от прострелившей в висках боли. Мимолётной, но она отдалась во всём теле, сбивая дыхание.
В воду упали капли крови из носа, слабо сверкающей всполохами энергии Стихий. Всего пара капель, но их хватило, чтобы аромат хвои резко сменился озоном и запахом пепла, а горячая вода стала стремительно остывать.
Печать Регенерации ещё справлялась. С натугой, еле выдерживая, но она латала моё тело. Не позволяла ему разрушиться от той энергии, что я собирал все эти дни.
Да… Хранителя в этом мире нет, а значит я могу пойти до конца. Дойти до того края, где обрету возможность убить Бога.
* * *
Тёмный Мир… База Российской Империи… Столовая…
— О чём задумался, Генерал? — с улыбкой подсел за стол Ангел, сделав глоток кофе, к которому пристрастился за то время, пока живёт на базе людей. — Какой день уже смурной ходишь.
— Колено ноет, — раздражённо ответил Агарес, так и не притронувшись к стейку перед собой.
Азраил похлопал глазами и наклонил голову, пытаясь понять, шутит ли его давний враг или нет. Болезни тела для таких, как они, вещь практически невозможная. Боль и неприятные ощущения могут приносить только давние раны, полученные в бою с сильнейшими противниками. Но… колено? В смысле?
— Не думал, что у демонов с возрастом бывает артрит, — пробормотал он, получив в ответ колючий взгляд. — Всё-всё, понял, — выставил Ангел ладони. — Я просто пошутил. Что случилось-то?
— Не знаю, — покачал древний демон головой, перебирая пальцами по вилке. — Чувствую, что что-то грядет.
— Тёмный Бог? — сразу же напрягся Азраил. От того, кого они собрались одолеть, можно ожидать чего угодно.
— Нет, это другое… И у меня от этого чувства волосы встают дыбом. Будь готов, если что, спасать мелкую и мою внучку.
— Всё настолько серьезно?
Генерал посмотрел на собранного Ангела тяжёлым взглядом и кивнул. Всей своей сутью он чувствовал, будто весь этот мир весит на волоске и скоро ему придёт конец. Его звериные инстинкты буквально вопили об угрозе. Такой, рядом с которой вся эта возня с Тёмным Богом и рядом не стояла. Давно Агарес не ощущал подобное. Не страх, нет, а скорее неизбежность. Чем бы это ни было, оно нависло над этим миром карающим мечом, от которого не будет спасения.
Но что странно, это чувство было волнами. Словно опасность находилась рядом, грозила каждому, но как-то… Лениво. Или же выборочно…
— Думаешь, Охотник в этом замешан?
— Сомневаюсь, — неуверенно ответил Агарес. — Но если это он, то, надеюсь, Райнер знает, что делает… В любом случае, чтобы не произошло, твоя задача вытащить Елену и Лилит. Всё остальное оставь на меня.
* * *
Варрин всё ещё не вернулся и я решил прогуляться по его внутреннему пространству. Старик не слабо постарался, обустроив тут всё по высшему разряду и с изюминкой гномов. Стены были украшены барельефами и резьбой его народа. На одном из них, возле которого я остановился, потягивая горячий травяной чай из термоса, были изображены кузнецы во время работы. Двое гномов заносили над головой монструозные молоты, на наковальне лежала заготовка, а по краям каменного изображения струилось пламя. Красиво, ничего не скажешь.
В большинстве своём гномы весьма консервативный народ, приверженный своим традициям. Особенно в плане архитектуры, а потому мощные колоны, поддерживающие потолок и мраморный пол не навевали на меня тоску, а скорее несли некое чувство монолитности. Вся мебель здесь была выполнена из камня с подложками из утеплённого материала. Под всей, я имею ввиду даже столы и стулья. Дерево гномы не особо ценили. Оно росло на поверхности, а вот камень был им роднее. Как и драгоценности, которых здесь тоже было в избытке.
Похоже, Варрин среди всей гильдии Семихвостых самый богатый, но, зная его народ, он не выпячивает это на обозрение. Драгоценности скорее просто предмет уюта, а не возможности похвастаться богатством.
Неожиданно всё пространство вдруг содрогнулось и раздался гул, похожий на скрежет камня. Меня покачнуло, стены жилища Варрина пошли трещинами, а различные каменные вазы попадали с пьедесталов.
Сказать, что я был удивлен, не сказать ничего. Шустро закинув термос в ключ, я двинул на выход к одной единственной двери. Гном не стал делать несколько ходов, в этом смысла не было лично для него. Но будь я на его месте, то продумал бы путь отхода на всякий случай.
Резко распахнув дверь, я вышёл в одинокий коридор, где услышал громкие крики, лязг стали и одинокие взрывы.
Стену неподалёку разнесло и внутрь влетел перепачканный в крови и пыли Варрин. Гном был сильно ранен, глубокий порез на плече виднелся особенно отчётливо и пропитал ткань его одежд.
— Кгха… — выдохнул он от боли, перекатился на спину и поднял взгляд, увидев меня.
В дыру в стене вошёл одетый в кожаные доспехи, поверх которых был накинут плащ, какой-то бледнолицый хлыщ. Его длинные тёмные волосы струились на плечи, часть из которых была подвязана в виде хвоста. Вооружённый двумя одноручными кривыми клинками он с садисткой улыбкой взирал на гнома, а потом перевёл взгляд на мою персону. Улыбка превратилась в оскал и я заметил два отчётливых клыка.
— О-о-о, а вот и ещё одно мясо! Человек, мы иска…
Что он там хотел договорить я не дослушал. Ровно две секунды мне потребовалось, чтобы сократить разделяющее нас расстояние, а затем рожа кровососа отведала кулака. Мощь удара была таковой, что ублюдку снесло башку напрочь и та улетела дальше по коридору. Тело упало к моим ногам, забилось в предсмертных конвульсиях и обмякло.
Я не сдерживался. Бил со всей дури, чувствуя закипающий гнев. Где, мать его, Шакоры? Почему не предупредили? Какого хера я узнаю о нападении постфактум?
Взмах окровавленной рукой и в ладони появились Кровавые Слёзы разработки Митяя.
— Вот, выпей, — откупорил я флакон и присел перед гномом, поддержав его голову. — Медленно, не торопись. Это поможет.
Дышать
