Читаем без скачивания Сумерки Кланов-2: Возрождение Завета - Майкл Стэкпол

Первый батальон не пытался скрывать свое присутствие, даже вызывающе выстроился на холмах на фоне неба, но, когда он запитал свои сенсоры, Ягуары получили недвусмысленное сообщение, что Гвардейцы не собираются торчать здесь простыми наблюдателями. Включить сенсоры — это вызов, подобный тому, который делали древние рыцари Терры, бросая перчатку.

Но здесь была одна проблема: боевые роботы Кланов могли стрелять на таком расстоянии. Удар их не будет сильным, но кое-какой вред принесет и главное — останется безнаказанным, поскольку отстреливаться Гвардия не сможет. Может быть, такое поведение и неспортивно, но Венди давно знала, что насчет честной игры на войне беспокоятся лишь те, кто никогда не видел боя, и таких бедолаг прихлопывают, когда они не могут отстреливаться.

Она включила микрофон.

— Спокойно, ребята. Они до нас доберутся там, где хотим мы.

Используя дальнобойность своего оружия, Ягуары рассыпались цепью и открыли огонь по Гвардейцам. Зеленые полосы когерентного света из больших лазеров прорезали тьму и ударили в корпуса роботов Гвардии. С турелей клановских роботов взлетели ракеты дальнего действия, воздух наполнился дымом и огнем. Две группы ракет попали в «Опустошитель» Венди и разлетелись на броне на груди и на левой лодыжке робота. Он содрогнулся, но повреждений практически не получил.

По радио послышались доклады о повреждениях, но никто серьезно не пострадал. Тяжелая Гвардия Дэвиона воевала на самых больших боевых роботах, и, чтобы свалить такого, нужно куда больше одного рассеянного ракетного залпа.

Похоже, что Дымчатые Ягуары держатся своих традиций чести и бьют по отдельным целям, вместо того чтобы соединить всю свою огневую мощь и свалить кого-нибудь одного из нас.

Венди даже могла бы счесть такой образ действий благородным, если бы он не был еще и глупым и не вызывал бы у нее скорее жалость, чем восхищение.

Она поймала в перекрестье прицела коренастого робота, у которого из массивных рук торчали металлические когти. Компьютер нацеливания не показал захват цели, но сообщил, что взятый в перекрестье робот — «Кодьяк».

Отлично, значит, Ягуары воюют на «Кодьяках». У нас будет опыт борьбы с ними, когда мы пойдем на охоту за Медведями-Призраками.

Первый залп заградительного огня обрушился на Ягуаров, когда они готовились ко второму дальнему залпу по Гвардейцам. Сначала хлопнули два слабеньких взрыва, и потом весь сектор залило красно-золотой пеленой. Казалось, что взорвался сам воздух. Через миг рокочущий рев удара достиг Гвардейцев, и Венди скривилась.

Нельзя так уничтожать людей. Но пусть лучше они погибнут так, чем придут сюда и будут убивать моих солдат. Такой вариант мне почему-то кажется неприемлемым.

Из кипящего дыма вынырнули уцелевшие роботы Кланов, Залп проредил их на треть, выведя из строя более мелкие и уязвимые машины, но тяжелые все еще перли, хромая, в бой. И они шли по пологому подъему туда, где ждали их Гвардейцы. Полыхали в сумерках выстрелы их оружия, и кошмарные силуэты роботов вспыхивали на миг и вновь проваливались во тьму.

— Гвардейцы, огонь!

Венди опустила прицел на контур «Кодьяка». Она не знала, тот ли это, который она уже видела, но ей это было совершенно безразлично. Секунду в середине экрана пульсировала золотая точка, потом Венди дала залп из спаренных пушек Гаусса.

Из дул вырвались два серебристых шара и ударили в «Кодьяка». Оба сверхзвуковых снаряда поразили робота в левый бок. Один стряхнул тонну брони с левой руки, а другой превратил броню левой голени в крошево хлопьев. Пораженный робот завертелся влево от удара, и Венди на миг показалось, что он сейчас свалится, но пилот оказался искусным и удержал свою машину на ногах.

«Кодьяк» ответил залпом большого лазера, смонтированного на груди. Нежно-зеленый луч зашипел, ударив в левую ногу «Опустошителя». Килоджоули энергии выжгли пушистую полосу на броне левого бедра, но все равно нога осталась достаточно защищена, чтобы выдержать еще несколько таких ударов.

А возможности их нанести у тебя не будет.

«Сокольничий» Фреда Мурэна навел оружие на «Кодьяка». «Сокольничий» с виду был как сломанный, потому что его туловище от бедер клонилось вперед, в отличие от прямой стойки «Кодьяка» или «Опустошителя». Мурэн говорил, что это затрудняет противнику попадание. Венди же знала, что выживание этого робота в гораздо большей степени обеспечивала огневая мощь, чем низкий профиль.

Протонно-ионный излучатель, встроенный в левую руку робота, плюнул по «Кодьяку» неровной струей голубой энергии. Будто ударом бича сбило броневые плиты с левой руки «Кодьяка», загорелась трава вокруг, а пушка Гаусса из правой руки «Сокольничего» ударила шаром прямо «Кодьяку» в грудь. Попав туда, где у человека была бы грудина, шар превратил броню робота в щебенку, струей потекшую на землю.

«Кодьяк», подошедший уже на расстояние, где можно было задействовать все его оружие, переключился на «Сокольничего». Венди сочла это бессмысленным, поскольку у «Сокольничего» не было повреждений, а главное — он с такого расстояния не мог нанести «Кодьяку» такого ущерба, как ее «Опустошитель»,

Будто пилот оскорбился, что Тед вмешался в наш бой. Если так, то сейчас он вообще озвереет от обиды.

«Кодьяк» открыл огонь по «Сокольничему» из всего, что могло действовать на такой дистанции, и это была весьма впечатляющая демонстрация огневой мощи. Робот воздел оба кулака, пуская в ход смонтированные в руках средние лазеры. Из четырех стволов три ударили в цель. Три луча прожгли полосу на броне туловища «Сокольничего» от борта до борта. Лучи, пущенные левой рукой, имели точность семьдесят пять процентов и смогли испарить броню «Сокольничего» на левой стороне груди, на руке и на ноге. Ни одно из этих попаданий не пробило брони и не повредило робота всерьез, но потеря стольких броневых плит серьезно нарушила его равновесие. «Сокольничий» закачался и рухнул на левый бок.

— Тед, вставай и убирайся из боя. Гвардейцы, после этого огневого обмена отходим!

Венди начала отводить «Опустошителя» назад, но не сводила перекрестья с «Кодьяка». Серебряный шар правой пушки Гаусса отскочил от груди «Кодьяка», усилив повреждения, нанесенные «Сокольничим». Второй серебристый снаряд ударил прямо в медвежью лапу противника, разметав броню вьюгой керамического серебра. Но пилот-клановец, несмотря на такие разрушения, держал машину на ногах и двигался вперед.

Батальон Венди отступал в полном порядке. Быстро пробежал назад «Сокольничий» Теда, и «Опустошитель» Венди перевалил через гребень на противоположный склон холма. «Сокольничий» на ее глазах развернулся и навел оружие вверх, используя гребень холма как прикрытие.

Они не могут не знать, что мы ждем их в засаде, но есть ли у них иной выбор, кроме атаки?

Клановцы всей массой перли вверх по холму и через гребень. Инерция их была такова, что останавливаться было уже поздно. Если даже они и собирались это сделать, то никак подобного намерения не проявили и просто бросились вперед, несмотря на то, что ждало их за гребнем.

В отличие от войск Синдиката, с которыми Дымчатые Ягуары схватились возле Убежища Одина, силы Федеративного Содружества придерживались доктрины использования всех видов оружия. Боевая сила полка представляла собой не просто полк роботов и служб поддержки; это была боевая единица, действующая в соединении с бронетехникой, пехотой, воздушными силами и артиллерией. Артиллерия уже сильно проредила ряды боевых роботов Кланов, а ВВС снесли с неба штурмовики противника. Сейчас отход боевых роботов заманивал Кланы в долину, которую развернутая бронетехника Федеративного Содружества была готова превратить в Долину Смерти.

Хотя боевые роботы действительно являлись самой мощной системой оружия за всю историю человечества, бронетехника оставалось небесполезной. Сейчас полк тяжелых бронемашин Гвардейцев окопался на обратной стороне холма и был готов открыть огонь. Когда собственные боевые роботы отойдут за их линию, им откроется обстрел почти в упор.

Первыми открыли огонь полдюжины тяжелых танков «Алакорн». На каждом были установлены строенные пушки Гаусса на турелях, и два танка открыли огонь по подбитому «Кодьяку». Первый попал двумя выстрелами, одним разнеся в клочья броню на правой стороне груди робота, а другим распылив ее на правой ноге. Второй «Алакорн» подбил робота еще серьезнее, поскольку его снаряд попал в правый бок «Кодьяка». Остатки брони исчезли, и второй снаряд пробил грудь машины насквозь. Из бока робота вырывался сноп металлических осколков, дым вторичного взрыва показался из дула автоматической пушки на груди «Кодьяка».

И все же «Кодьяк» остался на ногах и в строю.

Венди навела на него пушки Гаусса и выстрелила снова. В «Кодьяка» попал лишь один серебряный шар, но он сорвал остаток брони с правой руки противника, и тут строенные средние лазеры ударили как кинжалы. Один расплавил броню на левом боку, второй выжег часть броневых плит на левой руке, и последний попал в воронку, образовавшуюся на груди робота. Оттуда вырвался клуб перегретого пара, и «Кодьяк» содрогнулся.