Много времени ушло у него на приобретение необходимых познаний в области медицины, на приведение в порядок зубов и удаление аппендицита. Самюэль К. Светов обладал могучим здоровьем, поскольку одновременно с конструированием трансмутатора безжалостно закалялся и тренировал волю, готовя себя к крутым испытаниям. Успешно перенеся операцию, он приступил к выполнению последнего этапа подготовки - выбору спутницы.
Много раз он пытался рисовать в своем воображении образ женщины, отважившейся сопровождать его в путешествии в далекое прошлое планеты, это были мечты истосковавшегося в одиночестве мужчины, а не трезвая оценка качеств, необходимых его спутнице для выполнения столь ответственной исторической миссии. Он стал внимательно присматриваться к представительницам прекрасного пола, от которых еще недавно с презрением отворачивался, и обдумывать соответствующий подход к своей будущей избраннице. Нельзя же было, в самом деле, подойти и ляпнуть: "Вот что, милочка, у меня во дворе стоит симпатичный локомобильчик времени, давай на пару рванем куда-нибудь подальше от этого гнусного мира?" Теперь он часто подолгу беседовал с соседскими девушками, а не ограничивался, как раньше, мимоходом брошенным приветствием. Приглядывался к женщинам, прогуливающимся по улицам или делающим покупки в магазинах. Многие из них, заметив его изучающий взгляд, тут же принимались кокетничать, так как за ним укрепилась репутация воспитанного, порядочного, а главное, хорошо зарабатывающего человека, хотя и живущего отшельником. Некоторые так и вовсе пытались заарканить в мужья, догадавшись, что он высматривает себе супругу.
Сознательно лишавший себя женской ласки все то время, что он работал над трасмутатором, конструктор растерялся от множества искушений и соблазнов, с помощью которых современные женщины завлекали мужчин. Однако после того, как он сблизился с одной особой, показавшейся ему подходящей, а затем решил испытать судьбу и с парочкой других, Самюэль К. Светов пришел в уныние. Они оказались недалекими, легкомысленными и развратными бабенками. А к тому же донельзя разбалованными и болезненными: они постоянно жаловались на головную боль, на свою полноту, страдали какими-то неврозами, иметь которые, как ему показалось, считалось модным в их кругу, таблетки были такой же обязательной принадлежностью их сумочек, как губная помада и дезодорант. Впрочем, его это не удивляло: каков мир, таковы в нем и женщины. Огчаивало то, что, несмотря на все жалобы, их вполне устраивала жизнь в этом мире, который они вовсе не считали отвратительным.
Но неужели в мире не осталось ни одной здоровой и добродетельной женщины, которая бы сохранила в себе нравственное и физическое здоровье своих предшественниц?!
Светов объездил окрестные села, стал посещать воскресные службы в церквах. Напрасная трата времени! Добродетелью могли похвастаться лишь набожные старушки, здоровьем - скотницы, а умом вообще не пахло ни в одном из этих мест. А ему нужна была здоровая, умная и добродетельная жена. Светов пришел к выводу о необходимости скорректировать свою шкалу оценок. На первом месте он оставил молодость и здоровье как незыблемые ценности, красоту бестрепетно передвинул в конец шкалы; оставалось разобраться, как поступить с нравственностью и умом. Он понимал: если отдать предпочтение уму, это значит перенести в прошлое характерное для современного общества нравственное разложение. Однако ничего не меняло и выдвижение на передний план морали - добродетельная идиотка могла натворить не меньше зла.
Совершенно неожиданно для себя Самюэль К. Светов нашел кандидатку на роль своей супруги как раз там, где, как он считал, моральное разложение достигло своего апогея, - в сфере индустрии развлечений или, как было принято говорить, шоу-бизнесе.
Дело в тoм, что с некоторых пор у него появилась привычка засиживаться перед телевизором - главным греховодником современного общества. Это давало ему возможность расширить круг изучаемых женщин.
И хотя с экрана в основном вещали дикторши, актрисы или лицемерно изрекали избитые истины разные общественницы, занятие это Светов считал полезным, поскольку отрицательный опыт имел в его глазах свою ценность. Вот так однажды он увидел передачу об известной каскадерше Эде Вимер.
В книге рекордов Гиннесса за ней был записан десяток чисто женских по своей глупости достижений. Она первой среди женщин развила сверхзвуковую скорость на автомобиле с ракетным двигателем. Совершила прыжок с семидесятипятиметровой высоты с приземлением на надувной матрац. Сделала стойку на руках, опираясь на кончик шпиля пятисотметровой телебашни, а теперь готовилась перемахнуть на мотоцикле через кратер действующего вулкана, для чего с обоих его сторон уже началось строительство необходимых сооружений. Камера показала рабочих в противогазах и защитных костюмах. Здоровье и храбрость Эды Вимер не вызывали сомнения, наверное, ума ей тоже было не занимать, поскольку ее рекорды требовали солидной инженерной подготовки, оставался открытым только вопрос о ее моральном облике. Каскадерша наверняка любила деньги и славу, иначе она бы довольствовалась хорошо оплачиваемой работой - дублировать в опасных ситуациях хилых красавиц-артисток, а не рисковала жизнью ради сенсационных зрелищ. А как известно, деньги и слава - верный путь к моральной распущенности.
Однако на экране лицо ее казалось на удивление простым и милым, это было лицо начинающей спортсменки, а не избалованной звезды. Она только что покинула парящий на стометровой высоте вертолет, спустившись на землю по горящей как бикфордов шнур веревке. Когда до земли оставалось метров десять, ей пришлось прыгнуть, так как языки пламени догнали ее и принялись лизать руки. Теперь она, морщась от боли и не пытаясь изображать сладеньких улыбочек, типичных для цирковых акробаток, стояла в окружении зрителей и, время от времени обдувая обожженные пальцы, откровенно радовалась, что все закончилось благополучно.
- Итак, вы довольны? - спросил ее репортер с таким видом, будто он был единственным из зрителей, не заметившим радостного выражения ее лица.
- Еще бы! - рассмеялась каскадерша. - Ведь я была на волоске от смерти!
- Но зачем вам всё это?
- О, это слишком сложный вопрос. Наверное, чтобы объяснить это, мне потребуется психотерапевт.
- Я попрошу шефа прислать вам одного, - поддержал шутливый тон репортер. - Разве у вас нет своего?
- Пока не требовался. Пускаясь в отчаянные авантюры, я хочу доказать своим сестрам по судьбе - женщинам, что уж лучше рисковать свернуть себе шею, чем тихо сходить с ума в кабинетах у психотерапевтов и гадалок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
