— Туалет затоплен, — буркнул Тайлер и проводил мальчика за ширму, где стоял ночной горшок. — Тебе придется воспользоваться вот этим. Он здесь как раз для таких целей.
Решив эту небольшую проблему, Тайлер обратил на Эви холодный взгляд Значит, все-таки заметил! Девушка сильно побледнела, а когда Тайлер кивком головы показал на дверь, она молча кивнула и последовала за ним.
Возня детей, очевидно, разбудила тех, кто ночевал в коридоре и об кого Тайлер спотыкался прошлым вечером. Сейчас коридор был пуст, и им никто не мог помешать. Эви прислонилась спиной к стене, а Тайлер остановился напротив нее и уперся в стену рукой над ее плечом так, чтобы она в случае чего не могла убежать. Под его взглядом девушке захотелось слиться с обоями.
— Я что-то сделал с ребенком? — тихо спросил он таким тоном, словно сам не верил в это.
Своим вопросом Тайлер невольно открыл ей путь выхода из затруднительного положения. Пришла в действие богатая фантазия девушки. Она могла сказать ему, что доктор предупреждал ее насчет сложной беременности, но она ничего ему не говорила, дабы не огорчать. Она могла сказать, что в ее роду у женщин уже бывали выкидыши. И вообще Эви на ум пришло сейчас сразу около десятка фальшивых, но убедительных отговорок. Вряд ли Тайлер осведомлен в таких вопросах и сможет уличить ее во лжи.
Но беда была в том, что Эви и сама не знала, что с ней произошло. С минуту примерно в ее голове шла упорная борьба между совестью и страхом, и наконец девушка тихо сказала:
— Не знаю.
По крайней мере такой ответ был наиболее близок к истине. Тайлер нахмурился, в голосе его послышалось беспокойство:
— Может, сходить за врачом?
Эви смутилась и отрицательно покачала головой.
— Мне не больно, — прошептала она.
Тайлер убрал руку со стены и пристально посмотрел на Эви:
— А может, это просто задержка?
Эви готова была сгореть со стыда. Она должна была предполагать, что Тайлер разбирается в женских делах гораздо лучше ее! В конце концов, он известный повеса, и его наивность в таких вопросах выглядела бы по меньшей мере странной.
— Возможно, — призналась она. — Но раньше у меня этого никогда не было.
Тайлер вздохнул, рывком расправил плечи и стал смотреть в сторону. Лишь бы не встречаться глазами со смущенной женщиной, стоявшей напротив него. Фактически он уже обвинил ее. Она, конечно, знала заранее, а он-то… самолично сунул голову в петлю. Тайлер был вне себя от ярости и с каждой минутой свирепел все больше. Руки его, засунутые в карманы, давно уже сжались в кулаки.
— Пойду искать кофе. А что взять ребятам? — Он кивнул в сторону двери.
Эви на минутку закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Тайлер так напугал ее, что она едва не упала в обморок.
— Молоко, если есть, и еще фрукты. Готовить нам все равно не на чем.
Тайлер коротко кивнул и ушел. С трудом оторвавшись от стены, Эви молча провожала его взглядом, коленки все еще дрожали. Она по походке его видела, что он взбешен. И тем не менее не выместил все на ней. Эви оставалось лишь благодарить за это судьбу.
Вернувшись в номер, она первым делом натолкнулась на внимательный взгляд Кармен, в котором сквозило живое любопытство. Но Эви была сейчас не в настроении отвечать на вопросы. Отослав детей переодеваться за ширму, она стала думать, что надеть самой. Ей хотелось облачиться во что-нибудь красивое и неформальное, но выбор был невелик из-за того, что она до сих пор не могла позволить себе воспользоваться услугами прачки. И Тайлер вряд ли поможет ей решить эту проблему. Ей еще повезет, если он сейчас не умчится из города куда глаза глядят.
Вынув из сундука сине-серое шелковое платье с глубоким вырезом на груди, Эви торжествующе улыбнулась. Но в эту самую минуту Хосе толкнул ногой таз с водой, и Мария, упав в него, зашлась в крике. Эви бросилась успокаивать малышку, одновременно следя за тем, чтобы Кармен не надрала брату уши. Когда порядок в комнате вновь был восстановлен, она поняла, что шелковое платье никак не подойдет. И вообще Эви стало ясно, почему местные хозяйки предпочитают носить простые хлопчатобумажные платья и передники.
У Эви не было передника, а ее самые простые платья ничуть не походили на клетчатые и полосатые наряды местных женщин. Ей пришлось удовлетвориться одним из тех строгих платьев, в которых она ходила в школу. Оно было без турнюра и без обручей и вполне могло выдержать атаки двухлетнего малыша. «Что ж, по крайней мере чистое и немятое». Опустив глаза на золотое обручальное кольцо, Эви сняла его и спрятала в шкатулку: не дай Бог потерять! К тому же Тайлер может потребовать его назад.
После этого Эви пошла проведать Дэниела. Он играл в шашки с Мануэлем. Ни тот ни другой почти не обратили внимания на девушку и только пожаловались на голод. Эви выглянула в окно, обнаружила, что вода схлынула, и молча вышла в коридор. Пришло время выяснить, что случилось с миссис Родригес.
На лестнице она столкнулась с поднимавшимся Бенджаменом; в руках у него был поднос. Эви попросила отнести еду в номер к Дэниелу, после чего рассказала о своей проблеме. О Тайлере она не спрашивала, по-детски надеясь на то, что, если не думать о неприятностях, их и не будет.
Однако Бенджамен смерил ее взглядом, который говорил, что ему известно больше, чем она думает. Впрочем, он согласился пойти поискать миссис Родригес.
Тайлер так и не вернулся. А когда солнце выкатилось в зенит и от грязных луж на улице стал подниматься пар, Эви наконец разрешила Мануэлю сходить домой и поискать там чистую одежду. Вернулся он взволнованный и рассказал, что, во-первых, заметил на стропилах живую змею, а во-вторых, водой в их дом нанесло массу грязи У Эви упало сердце. Господи, что же ей делать с детьми?
Тут она вспомнила про Старр и решила, что должна отнести ей обещанное платье и объясниться насчет той своей просьбы. Деньги, которые можно было выручить за платье, не помешали бы. Она знала, что вот-вот с нее потребуют плату за два гостиничных номера.
На протяжении всего дня Эви возносила хвалу Богу за то, что она не беременна. Мария и Хосе прыгали на постели, а Мануэль то и дело бегал по лестнице с какими-то таинственными поручениями. У Эви от этой беготни голова шла кругом, и она думала про себя. «Нет, все-таки хорошо, что с беременностью все обошлось». Что до нее, то она всегда прекрасно ладила с детьми, но ведь для воспитания требуется и твердая отцовская рука, а ждать этого от Тайлера не приходилось.
Ближе к вечеру в гостинице появился Джейсон Хардинг. Он вошел в комнату Эви, держа в одной руке шляпу, а в другой стул, захваченный в одном из пустующих номеров, и предложил ей поговорить наедине. Они спустились на этаж ниже.
