сжала вина.
– Соня… – Она обернулась на застывшего в дверях отца. Статный и красивый в новом костюме-тройке, он, словно нашкодивший школьник, переступал с ноги на ногу. – Ты еще не собралась?
Она молча кивнула на настенные часы: время еще есть, успеваю.
– А я тут… – Он указал на серое вечернее платье на кровати и подошел поближе, чтобы вручить новое, из белого шелка. – Я знаю, ты не жалуешь мои подарки, но это особый случай. – Он робко заглянул ей в глаза, и Соня, улыбнувшись, кивнула.
– Красивое. – Она прижала платье к груди и посмотрелась в большое напольное зеркало. – И размер мой. Спасибо, пап.
Благодарно кивнув, тот попятился к двери.
– Через двадцать минут спустишься? Гости уже собираются.
Соня дождалась, пока за отцом закроется дверь, и скинула пижаму. Платье действительно оказалось впору. Она повертелась перед зеркалом, подмечая, что для полноты образа не хватает только заостренных ушек. Но несмелая улыбка быстро исчезла с ее лица: белая близняшка, как же. Никто даже не догадывается, кто она на самом деле. Что будет, когда все узнают? Как изменится их отношение? На посторонних все равно – их мнение Соню никогда не волновало. А что будет с родителями? С девчонками? С Ромкой? С Антоном?
Соня со вздохом опустилась на пуфик у туалетного столика и взяла в руку помаду, когда в дверь тихо постучали.
– Войдите. А вот и мои любимые мужчины. – Она с нежностью посмотрела в зеркало на брата и пса в одинаковых галстуках-бабочках. – Какие вы нарядные.
Антон встал за Сониной спиной, наблюдая, как она красит губы.
– Как тебе мое платье? Папа подарил, – улыбнулась она его отражению. – Нравится?
Антон отрицательно покачал головой. Притянул тяжелую черную портьеру и накинул ей на грудь, словно огромную салфетку.
– Ты знаешь? – Соня повернулась на стуле и схватила брата за плечи. – Откуда?
Он пожал плечами: какая, мол, разница. Соня помолчала, собираясь с мыслями, и уверенно проговорила:
– Да, Антош. Я – темный близнец. Во мне есть темные силы, и я могу быть очень опасна. Но я… – Она запнулась, глядя в его лазурные глаза. – Но я люблю тебя больше всех на свете, и если кто-нибудь когда-нибудь рискнет тебя обидеть, я клянусь… Я уничтожу его.
Подавшись вперед, Антон обнял сестру со всей своей мальчишеской силой и тихо сказал:
– Я люблю тебя, Сонечка.
* * *
Втроем они вышли из распахнутых дверей и сразу же окунулись в атмосферу праздника: из глубины сада доносились приглушенные звуки оркестра, повсюду звучали радостные голоса и смех. Один из официантов подошел к Соне, чтобы предложить бокал шампанского. Она вежливо отказалась и посмотрела на возникшего рядом Ромку.
– Спасибо, что не во фраке, – усмехнулась она, окинув взглядом его строгий костюм.
– Не увидев его, ты очень многое потеряла.
– Не сомневаюсь. – Соня обернулась на гостей, толпившихся у входа во флигель. – И чего они там кучкуются? Открытие фрески только через час.
– Надеются хотя бы одним глазком взглянуть. Раньше всех прикоснуться к прекрасному.
– Ну, с прекрасным ты, конечно, погорячился, – поежилась Соня, вспомнив мертвое лицо несчастного Юрия Рямизева.
– Эх, ничего ты не понимаешь в искусстве, – театрально вздохнул Ромка.
– Не то что ты, – парировала она. – Девчонки пришли?
– Пришли. Правда, сестры Калинины не полным составом: Валя осталась дома, еще слаба для таких шумных мероприятий, а Вера… – Он махнул рукой на приближающуюся к ним Кристину: она тебе объяснит.
– Викуську не видала? – обеспокоенно поинтересовалась та у Сони и обернулась на подоспевшую Лилю. – Папа приказал следить, чтобы она какую-нибудь дичь не натворила. А я ее из вида потеряла.
– Я видел, – вспомнил Рома. – Она мимо проходила, пока я Соньку ждал. Шла в сторону озера. Сказала, что будет русалку ловить.
Кристина раздраженно поджала искусанные губы:
– Так вот зачем она у папы рыболовную сеть стырила. А мне сказала, что бабочек собирается изучать.
Соня перевела возмущенный взгляд с Кристины на Ромку:
– И ты ее не остановил?
– Я ж не думал, что она всерьез, – растерялся тот.
Они вшестером как по команде сорвались с места и, обогнув усадьбу, побежали в сторону побережья.
– А где Вера? – на бегу спросила Соня у Кристины.
– На свиданку сбежала тайком от папы, – не сбавляя скорости, бросила та через плечо.
Соня остановилась, ощутив, как грудь сдавил обруч нарастающей боли. Попыталась вдохнуть, но легкие словно склеились.
– Ром… – Она протянула руку в надежде ухватить его за локоть, но в глазах стремительно темнело.
– Соня, что случилось? Соня! – Он все-таки успел подхватить ее в самый последний момент.
Теряя сознание в Ромкиных руках, Соня глядела на звездное небо, на фоне которого мелькали знакомые испуганные лица, и думала о том, что зря они зажгли свечи в парке, совсем скоро их потушит вездесущий ночной туман.
Часть третья
Сейчас
Тихие шаги за спиной возвращают меня в зыбкую действительность. Когда прошлое успело стать для меня реальнее настоящего?
– Спасибо, хоть дату смерти не написали.
Улыбнувшись знакомому язвительному тону, я поднимаюсь с земли и оборачиваюсь на подругу, глядящую на меня с лукавой улыбкой. Не выдерживаю и заключаю ее в объятия.
– Соня, – шепчу я имя, убеждаясь, что она реальна. Что она здесь, рядом со мной. Спустя двадцать лет.
– Привет. – Она сильнее прижимает меня к себе: как и я, до конца не верит, что воссоединение действительно произошло. – Ты все-таки приехала. Спустя столько лет.
Отстранившись, Соня изучает меня пытливым взглядом. Я изучаю ее в ответ. Все та же копна огненно-рыжих волос, все те же смеющиеся глаза, все та же озорная улыбка.
– Ты стала похожа на маму, – заключаю я.
– Только внешне, – поправляет меня Соня.
– Как она?– спрашиваю я.– Как папа? Как Антон? Как ты?
Ее лицо вновь озаряется улыбкой.
– Ну если очень кратко: у всех все хорошо. Родители по-прежнему вместе руководят гостиницей. У Антона недавно родился второй сын, Вовкой назвали. Он у нас теперь гордость семьи, кандидат наук, – важно сообщает Соня.
– Господи, как быстро летит время, – выдаю я, должно быть, самую банальную из фраз.
– Да, это так,– вздыхает Соня, но быстро возвращает голосу легкомысленный тон.– Особенно когда пропадаешь на полжизни.– Она шутливо щиплет меня за бок.– Почему ты не приезжала все это время, Лиль? Звонки звонками, но по телефону не наобщаешься.
– Да-да, знаю. Просто… Илья звал к нему в столицу, да и контракт мне повыгоднее предложили…
– Это же не мешало
