Но к вечеру они никаких руин не нашли. И на следующий день — тоже. Они бродили по лесу, и Арьель все более отчетливо ощущал, что они запутываются. Идут не туда, не так. Как будто их кто-то специально водит, то ли испытывая терпение, то ли просто не желая допускать их в потаенное место. Китаро молчал, но то и дело поглядывал на Нэля. Маг тоже не разжимал губ. Он не задал ни одного вопроса, но глаза его совсем потемнели, а лицо застыло алебастровой маской. Арьелю так и слышался его тихий, заглушенный ладонями голос: "…Зачем тогда все?.."
На третий день на их пути неожиданно вырос бурелом. В нем путники и завязли, изорвав одежду и едва не переломав ноги. А главное, никто не мог понять, зачем они вообще туда полезли… К темноте так и не удалось выбраться на ровное место, и Нэль зажег магический свет, чтобы не покалечиться вслепую. Вид у него был мрачный, казалось даже, будто на лицо легла черная тень.
— Не понимаю… — сквозь зубы пробормотал Китаро. — Не было здесь такого! Голову в заклад даю. Не было!
— Верю, — мрачно отозвался Нэль. — Раньше не было, теперь есть. Нас не пускают, вот и все. Китаро… я благодарю тебя за помощь, но… не вижу больше в этом смысла. Попрощаемся завтра. И с тобой тоже, друг музыкант.
— Нет! — решительно перебил его Китаро. — Я обещал привести тебя к храму, и я приведу, клянусь Рондрой.
— Вот еще! — в один голос с ним вскинулся Арьель. — Позволь уж мне самому решать!.. Нам, значит, "до свидания", а ты сам — куда?
— Дальше, конечно, — ответил Нэль. — Поймите же, я не могу ни отказаться, ни остановиться. Это — мой путь. Но я даже не знаю, куда он меня заведет, а потому не могу звать вас за собой.
— И не зови, — невозмутимо отозвался Китаро. — Мы сами пойдем. И не за тобой, а впереди тебя.
Нэль посмотрел сначала на него, потом на Арьеля. И сказал тихо:
— Хотел бы я знать, чего ждут боги от вас…
В ту ночь никто не спал, хотя все устали страшно. Но из бурелома выбраться так и не удалось, и места для ночевки не нашли. Расположились кое-как на поваленных стволах. Арьель чувствовал себя больным от усталости, и знал, что магу ничуть не легче. Китаро же был сильнее физически, и утомительный марш сказался на нем не так заметно. Поутру он был бодр и полон готовности немедленно продолжить путь — чего никак нельзя было сказать о двух его спутниках.
Китаро вскочил с места, едва забрезжил рассвет. Он выглядел необычайно возбужденным. Казалось, он вот-вот схватит мага за рукав и потащит за собой.
— Пойдемте, пойдемте же! — заторопился он вдруг.
Нэль поднял на него измученные, покрасневшие глаза.
— Куда?
— Туда, — Китаро махнул рукой. — Туда, верно туда. Не спрашивай, почему знаю. Идем.
Нэль молча подчинился, словно он разочаровался и устал настолько, что ему уже все равно было, куда идти.
Шли недолго. Бурелом постепенно сошел на нет, деревья расступились, и молодые люди ступили на небольшую круглую поляну. Арьель глянул перед собой и глубоко вздохнул. На поляне, освещенные косыми лучами восходящего солнца, возвышались древние статуи, чьи очертания сгладило время. Между ними в траве, усыпанной синими звездочками крохотных цветов, тут и там виднелись округлые обломки колонн.
— Да, — тихо сказал Нэль. — Это здесь.
Забыв о спутниках, он медленно пошел средь руин, запрокидывая голову, чтобы разглядеть изваяния. То и дело он касался пальцами шершавых камней — и больше ничто на свете его не интересовало. Безглазые статуи смотрели на него, а он смотрел на них.
— Нэль! — окликнул его музыкант. — Что теперь, Нэль? Здесь нет храма, только руины. Что ты ожидал найти? Здесь нет живых, да и мертвых, кажется, тоже. Даже кости, если они здесь и были когда-то, давно истлели. Слишком много лет прошло…
— Столетий, — поправил Нэль странным голосом. — Столетий, а не лет. И ты не прав… здесь не только руины. Есть и еще… что-то.
— Что? — тревожно спросил Арьель, озираясь. — Я ничего не вижу.
Нэль улыбнулся и повел вокруг себя рукой.
— Разве это — "ничего"? — он помолчал и добавил: — Ты слишком торопишься, друг Арьель. Не все сразу. Подождем немного.
Он сел в траву, скрестив ноги, и склонил голову, так что волосы закрыли лицо. Интересно знать, подумал Арьель, чего он собирается ждать. Спрашивать его, пожалуй, бесполезно — не ответит. Да и не услышит… Арьель вздохнул и тоже сел. Против длительного отдыха он не возражал, но хотелось бы знать, чего Нэль намерен высиживать. Да и что мы вообще тут делаем? размышлял он. С Нэлем все ясно, у него «путь». Он, кажется, знает, что делает. И знает, чего ищет. С Китаро тоже более или менее понятно: он обещал проводить мага к храму и выполнил обещание. А теперь ждет, чтобы отвести его обратно. Но я-то? Я чего ищу? Поиски запрещенного бога, которые так занимают Нэля, мне даром не нужны. Однако притащился в лес, как теленок на привязи, чудом шею не свернул… И ведь даже не желание дописать балладу меня ведет, решил уже, что никакой баллады не будет. И не желание избавить мага от проклятия — Нэль, похоже, уже сжился с ним. Так что же? неужели простая привязанность к этому странному, уставшему, молчаливому, а временами так и вовсе страшному человеку? Человеку, который иногда кажется безумцем… Если так, то это очень глупо…
Тихо пригревало неяркое осеннее солнце. Шелестела листва, посвистывали птицы. Арьель прислонился спиной к валуну, когда-то бывшему частью огромной колонны, и тревожные мысли бледнели и растворялись в сладостной неге. Усталость брала свое, и удивительное умиротворение этого древнего места навевало дрему. Арьель и сам не заметил, как глаза его закрылись. Вскоре он уснул, окутанный сиянием солнечного дня ранней осени.
* * *
Едва проснувшись, Арьель сразу понял, что день клонится к вечеру. Косые лучи солнца ложились на поляну, но уже с другой стороны, и свет их был красноватый. Арьель тряхнул головой, прогоняя сон, и поморщился. Шея и спина затекли так, что он их почти не чувствовал. Он с трудом выпрямился и сразу встретился взглядом с черными глазами Нэля.
— Выспался?
— Угу… вот уж поспал, так поспал, — с кряхтением Арьель поднялся, прошелся взад и вперед, потягиваясь. — Все так же тихо?
— Да, — спокойно ответил маг.
— Мм-м-м… — чего-то в окружающем пейзаже не доставало. Арьель беспокойно огляделся по сторонам, и вдруг понял, в чем дело. — А где Китаро?
— Где-то недалеко. Пошел побродить, ноги размять.
— А ты все сидишь?
— Все сижу.
Арьель вздохнул. Прошелся по поляне, разглядывая статуи (их вид вызывал озноб), потом вернулся туда, где оставил свою сумку, и вытащил два яблока. От одного откусил сам, второе кинул Нэлю. Тот ловко его поймал, осмотрел задумчиво, как невиданную диковинку, и положил себе на колени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
