просто обнимашки, не вызвала у меня отторжения. Наоборот!
Странно, что до этого подобные желания не посещали. Хотя, казалось бы, этому телу двадцать лет – самое время, гормоны шалят.
Но как-то не тянуло. Совсем.
Наверное, раньше особенно времени не было на все эти лямуры-тужуры. Хотя… сейчас его тоже нет. Тогда почему мне хотелось поцелуя? И не только поцелуя.
Возможно, моя душа теперь окончательно срослась с этим телом, и поэтому я почувствовала притяжение? Шон красивый. Особенно сейчас, когда окончательно поправился после путешествия.
С другой стороны, меня окружало много вполне симпатичных мужчин. Тот же Винсент, или Тирамел – актер, который играл Аладдина. Он прекрасно выглядит. Правда, характер подкачал. Но ведь внешность на пять из пяти! Однако ни к нему, ни к Винсу никаких подобных желаний я не испытывала, хотя Тир пытался меня обаять какое-то время.
Или дело в Шоне? Неужели, несмотря на вспыльчивый характер, он мне нравится? По-настоящему, нравится?
Не знаю. Но секс я бы с ним попробовала. А вот серьезные отношения и брак – нет, не думаю. Вспыльчивый, ревнивый, еще начнет мне указывать, как жить. Всякое: «Ты туда не ходи, ты сюда ходи», уже проходили, знаем. Нет уж! Лучше жить вдовой и самостоятельно распоряжаться своей жизнью.
Но все это лирика. Никаких отношений, кроме деловых, у нас с Шоном нет. И, скорее всего, не будет. Я ему однозначно нравлюсь. Все же прожила на Земле более сорока лет, понимаю, когда есть взаимное влечение. Однако маловероятно, что эта симпатия перейдет во что-то более серьезное, кроме секса на один раз. Нужно ли мне это сейчас? Нет. Не знаю.
Вернувшись в кабинет, я вела себя с Шоном вежливо и тепло, но стараясь не переходить определенной черты.
Дни летели, словно в убыстренной перемотке. Не успела оглянуться, настал день премьеры. Нас всех ощутимо потряхивало, несмотря на полностью положительные отзывы в газетах. По примеру моего мира мы заранее устроили предпросмотры для нескольких репортеров.
Я хотела пригласить так же авторитетных театральных критиков, известных и влиятельных аристократов и простолюдинов, чтобы получить поддержку всех слоев населения, но Юранс убедил меня в том, что позвав одних, мы настроим против себя других. Кто-то обязательно обидится на то, что его сочли недостаточно влиятельным, умным, красивым, богатым и так далее. Все же некоторые местные культурные заморочки я вряд ли когда-нибудь пойму.
Однако против репортеров Юранс не возражал, поэтому пригласили их. Положительные статьи в надежных издательствах подстегнули интерес публики, поэтому билеты были выкуплены на неделю вперед.
Купили бы и больше, но мы пока решили придержать продажи. Если премьера пройдет хорошо, то я планировала запустить два вечерних сеанса. Один бы начинался без четверти шесть, а второй – в восемь тридцать.
И вот момент, к которому мы так долго готовились, настал. За два часа до премьеры я собрала всех актеров, часть обслуживающего персонала, буквально пинками вытащила из кабинета пахнущего валерьянкой Юранса и выдала мотивирующую речь. Кажется, подействовало. По крайней мере, многие стали выглядеть спокойней и уверенней.
Сегодня я выглядела превосходно. Неудивительно. Я столько времени провела у разного рода специалистов по красоте, потратилась на драгоценности, роскошное платье и туфли. Целый месяц проживания в столице не прошел бесследно, я познакомилась с огромным количеством людей, и сейчас курсировала по холлу театра, то и дело кого-нибудь приветствуя и перекидываясь парой фраз.
Шон еще не пришел, я поглядывала на дверь, ожидая графа дье Омри. Только дождалась совсем не его.
С непомерно самодовольной миной на лице в холл вплыл Людвиг вместе с женой и сестрой. Тьянмира прошлась взглядом по толпе и заметила меня. Ее глаза зажглись ненавистью, а лицо и вовсе перекосило от злости.
У меня была надежда, что пасынок и падчерица пройдут мимо, но нет! Тьянмира вместе с братцем и его женушкой стала целенаправленно продвигаться ко мне.
Мадама явно настроена на скандал. Удрать от нее, что ли? Народу в холле много. В принципе, можно незаметно ускользнуть через коридоры для слуг, но в таком случае она найдет меня в антракте. Тогда точно тихо уйти не получится: у нас по плану открытие театрального буфета.
Похоже, что бы я ни сделала, разговора с Тьянмирой не избежать. Придется, выслушать, чего она хочет. Я оглянулась по сторонам, ища поддержки, но Юранс увлеченно беседовал со старым другом, и не видел, что мне требуется помощь. Зато великосветские сплетницы, как по заказу, стали потягиваться к нам. Вот уж у кого нюх на скандалы.
Ладно. С Людвигом и его сестричкой лучшая тактика защиты – нападение, поэтому вперед!
– Добрый вечер, лорд, леди, – нацепив дежурную улыбку, поприветствовала я, и, не дав никому из них вставить ни слова, продолжила: – Матильда, отличное платье, и вы неплохо выглядите Тьянмира. Надеюсь, проклятье, которое наложил на вас призрак, уже сняли? Окружающим вас людям точно не грозит несчастье, или нам всем лучше держаться подальше?
Честно сказать, понятия не имею, есть ли такие проклятья, чтобы страдали окружающие, но говорила я громко, поэтому сплетни не миновать.
Ох, какое у Тьянмиры лицо! Приятно смотреть. Не привыкла змеища к моей манере общения, не ожидала отпора, ведь до этого не единожды унижала настоящую Илаиду. Но ничего. Отольются кошке мышкины слезки. Сейчас с моей помощью карма прилетит ей обратно.
– Проклятья не было! – вставил Людвиг ледяным тоном.
– Да неужто?! – вырвалось у меня. – Вы обращались к специалисту, или опять обошлись консультацией у ученика мага?
– Нахалка! – прошипела змеища.
Она хотела сказать что-то еще, но Людвиг не дал ей это сделать.
– С такими вещами не шутят, Илаида, – ответил он. – Конечно, мы были у специалиста. Он сказал, что никакого проклятья нет.
Людвиг лгал. Я знала, потому что Аруан в лицах пересказал мне визит к дье Эвилям в образе некроманта, и заявил, что изгнал призрака, и снял проклятье. Еще и максимально ясно довел до сведения детей Дориана, что волю покойного батюшки нарушать не стоит. И раз «призрак» не исчез после того, как Тьянмира забрала заявление, значит, почувствовал опасные намерения по отношению к тому, кого хотел защитить.
В общем, Аруан всячески намекал, что нужно всего-то не пытаться мне отомстить для того, чтобы избавится от призрака окончательно.
– Очень рада за вас. И восхищена вашей смелостью, Тьянмира, ведь именно в этом театре на вас напал призрак. Однако вы все равно пришли сюда, чтобы поддержать меня. Признаюсь, мне очень приятно!
Кто бы знал, чего
