из горных республик, так что мелодия мгновенно нашла отклик в их душах. Ну а когда вышел сам Айдин, молодой, харизматичный, более брутальный чем оригинальный исполнитель, но это шло ему только в плюс, поплыли дамы, готовые простить ему что угодно, а не только пару неверно взятых нот.
— Чёрные глаза… — голос у Айдина был неплохой, чувствовалось, что он обучался вокалу, да и двигался неплохо, без зажатости, так что не удивительно, что уже к середине песни гости оживились и принялись хлопать и пританцовывать. — Вспоминаю — умираю…
— Браво! Красавчик!!! Давай ещё!!! — зал взорвался стоило музыке утихнуть. — Ещё раз!!!
Многие, по большей части кавказцы, вскочили на ноги, хлопая так, что могли отбить ладони. Да и по остальным было видно, что песня понравилась. Это и понятно, простые слова, даже излишне как по мне, но для зрителей самое оно, забойный мотив, стилизованный под лезгинку, навязчивый припев. Что ещё надо для хита всех времён и народов.
— Айдин, ты как? — я хлопнул по плечу пытающегося отдышаться певца. — Ещё раз осилишь?
— Давай!!! — глаза у Керимова блестели от восторга, он явно не ожидал такого приёма.
Снова заиграла задорная музыка. Несколько гостей пустились в пляс, остальные поддержали их аплодисментами, а я нырнул в подсобное помещение, где собрались все работники кафе. Судя по восторгу на лицах им тоже всё понравилось, но меня сейчас интересовало другое. Подцепив под локоть Казибега, не отрывающего глаз от сына я оттянул его в уголок. Нужно было поболтать наедине.
— Вот спасибо дорогой! — кинулся обниматься тот. — Просто бомба! Шлягер! Чистый шлягер!
— Скорее хит, — усмехнулся я, не слишком разделяя восторги ресторатора. — Коротко и ясно, как удар в голову. У меня другой вопрос.
— Ничего не говори! — всплестнул руками Керимов. — Сейчас всё принесу. Пятьсот хватит?
— Пятьсот? — не понял я.
— Тысяча! — тут же исправился Казибег. — Тысячу за песню даю!
— А, вот вы про что, — до меня наконец дошло. — Так, давайте с этим вопросом пока повременим. Скажу сразу денег мне не надо, но по поводу Айдина будет разговор. О его будущем. Сейчас у меня другой вопрос. Там в углу сидят четверо парней. Крепкие такие, один казах. Старшего Слоном погоняют. Знаете таких.
— А этих, — улыбка тут же сползла с лица хозяина кафе. — Знаю. Нехорошие люди. У меня то не буянят, но слухи ходят о них не самые лучшие.
— Кто такие, чем живут, чем дышат? — я мысленно потёр руки и пояснил. — Я просто недавно с ними закусился, так потолкались и разошлись. Но раз довелось пересечься лучше подстраховаться.
— Слушай, я много не знаю, — покачал головой Казибег. — Я в криминал не лезу, работаю тихонько, никого не трогаю.
— Но и дружите со всеми, — я ободряюще улыбнулся. — Вы не подумайте, я давить не собираюсь. Нет, значит нет. Просто думал, что вы как человек, постоянно общающийся с людьми можете мне помочь. Я тоже воевать не собираюсь, мне чисто для себя, знать чего ждать.
— Ладно! — рубанул рукой по воздуху лезгин. — Ты ко мне как человек и я тебе помогу. Короче, пацаны эти местные. Раньше хулиганили по мелочи, ничего серьёзного. Но недавно их серьёзный человек под себя взял, Рахим Шорох. Не в законе, но вор авторитетный, хоть и молодой. С чего живут не знаю, я в их дела не лезу, если что и мутят, то не здесь. Честно, даже не слышал ничего.
— Верю, — действительно если они держат онлайн-казино светиться им в чём-то ещё глупо, можно всю контору спалить. — Я из на левом берегу встречал, возможно там что-то мутят. А этот Шорох он под кем ходит не знаете?
— Слушай, вот этого даже не скажу. — развёл руками Керимов. — Говорят есть кто-то над ним, а кто — не знают люди. Но кто-то очень серьёзный. Это я тебе жизнью клянусь. Не лез бы ты в это дело. Пропадёшь зря.
— Да я и не собираюсь, — я покачал головой. — Главное чтобы ко мне не лезли, а это очень даже может быть. Мы не слишком хорошо расстались последний раз, так что возможно эти пацанчики попытаются наехать на меня. Но это уже мои проблемы. Спасибо за информацию, от этого уже можно плясать.
— Да всегда пожалуйста, — облегчённо выдохнул Казибег, видя что я не собираюсь дальше выпытывать у него информацию. — Слушай, так что по Айдину? Хорошо же поёт.
— Очень, — я кивнул, хоть сам подобную музыку не особо уважал. — У меня такое предложение. Он сейчас учится или работает?
— Учится, четвёртый курс заканчивает в Сибстрине. — гордо подбоченился Керимов. — Инженер-строитель будет!
— Солидно, — я сам высшее образование получил уже в зрелом возрасте и заочно, а про строительный институт слышал много историй, как там тяжело учиться. — Значит у него ещё год и всё? Так вот, у меня с Шиловым, Львом Ивановичем, есть небольшое дело. Знаете его?
— Кто же Шилова не знает, — всплестнул руками Казибег. — Большой человек. И что?
— Может вы слышали от Эмина, что я пишу стихи, точнее песни. — я кивнул на сцену, где Айдин как раз заканчивал петь. — И мы хотим запустить несколько музыкальных проектов. Групп, исполнителей, ну всё такое. Продвигать их берётся Иосиф Эмильевич Цемель, знакомый Шилова.
— Не слышал, — покачал головой ресторатор, — но если такой человек рекомендует значит профессионал.
— Так и есть, — подтвердил я. — Так вот нам нужен исполнитель песен с кавказским колоритом. Вот типа как Чёрные глаза, в таком стиле. У Айдина хорошо получается, но принять решение один я не могу. Давайте я договорюсь, он подъедет, Цемель на него посмотрит и даст заключение. Если ваш сын подходит — тогда будем работать. Если нет — ну извините. Спорить с профессионалом я не буду. Хоть уверен, что Айдин нам подойдёт. Есть в нём кавказская брутальность Женщинам такое нравится.
— А как же диплом? — засомневался Казибег, проявляя недюжинное благоразумие. — Ему же в следующем году его писать. Сможет он совмещать?
— Я так думаю, что для начала надо просто попробовать. — я пожал плечами. — Скажу сразу про эстраду я
