мало чего знаю, но так по логике, сначала надо записать альбом, а это дело не быстрое, даже при наличии готовых текстов. И лишь потом думать о гастролях. Можно найти выход как по мне, хоть напрячься придётся, тут вопросов нет. Поэтому подумаете ещё раз, как следует пару дней. Я номер свой оставлю и если всё же Айдин решит попробовать — устрою встречу с продю… импресарио.
— Я подумаю… — кивнул Керимов и в этот момент в подсобку с шумом ворвались оба брата.
— Семён, это просто чистый кайф!!! — Эмин, казалось, радовался даже больше брата. — Это нечто просто! Ноги сами в пляс идут!
— Так и должно быть, — я хлопнул его по плечу и повернулся к Айдину. — Ну, что скажешь?
— Слушай, не ожидал. — старший Керимов казался более спокойным, но я видел как у него блестели глаза. — Вроде текст примитивный, но вот цепляет чем-то а?! Зажигалка просто получилась!
— Ты хорошо справился, — я пожал ему руку. — Мы тут с уважаемым Казибегом Артуровичем переговорили по поводу тебя. Он всё расскажет. Подумай, поговори с родителями, и если согласны — звони. Сделаем из тебя народного артиста!
— Да чего тут думать, конечно надо соглашаться!!! — рубанул с плеча Эмин. — Это же супер круто! Будешь звездой, люди будут узнавать. От девок прохода не будет!
— Спасибо, я подумаю, — как и ожидалось, старший брат оказался более рациональным и благоразумным, но я уже знал, что он не откажется, слишком уж блестели глаза Айдина, когда он стоял на сцене маленького кафе. — А что все песни такие будут?
— Ну не прям один в один, но что станут популярными гарантирую, — опыт прошлой жизни позволял мне это утверждать наверняка. — Но ещё раз повторяю, работать придётся много и тяжело. Особенно если ты хочешь и диплом получить и в шоу-бизнесе… ну на эстраде выступать. Ладно, спасибо ещё раз что позволили песню опробовать. Пора к своим, а то некрасиво получается, как бы мой праздник а я гостей бросил.
— Конечно иди, — Казибег от избытка чувств обнял меня крепко стиснув и сунул в карман полтинник. — Сегодня всё за мой счёт! Не отказывайся, не обижай меня! Такая песня!
— Я тогда вам минусовку скину, чтобы ваши певцы смогли сами исполнять, — для хорошего человека мне было ничего не жалко. — Будет как бы ваш фирменный знак. Ещё можно табличку на стену привинтить, что мол эта песня впервые была исполнена в вашем кафе. Будет круто.
— Так и сделаю!!! — тут же проникся идеей Керимов. — Прямо на входе прикручу!
— Лучше возле сцены, со стороны бара. — я покачал головой. — На входе кто вывески читает. А тут подошёл коктейль взять или там кофе и сразу видишь, так и так, это не просто кафе, а можно сказать, культовое место.
— Отличная идея! — закивал головой Казибег. — Всё, не буду больше вас задерживать. Друзья это святое! Отдыхайте, ешьте, пейте, развлекайтесь! Для вас всё что угодно!
Я улыбнулся и вышел. Пришлось задержаться, но как по мне это того стоило. Вон гости до сих пор успокоиться не могут. Но как по мне тут больший эффект сыграла музыка и состав посетителей кафе, хоть и прилипчивость слов я со счетов не скидываю. В целом если мы закроем эту нишу, псевдо кавказской музыки, можем срубить неплохой куш, поэтому я за Айдина так и зацепился. Но пора заканчиваться с работой, а то действительно перед ребятами неудобно.
— Прошу пардону, виноват, — повинился я, плюхаясь на своё место. — Больше так не буду.
— Да брось, нормально всё, — отмахнулся Шило. — Прикольная песня. Энергичная такая.
— Слова примитивные, — не удержалась от шпильки Сикорская. — Рифмы никакой. Ты бы ещё из одного слова песню написал.
— Могу и без слов но эта ниша уже занята. — я пожал плечами, ничуть не обидевшись, положил себе на тарелку порцию шашлыка, и только после этого увидел, что все смотрят на меня. — Вы чего? Эдуард Хиль, “Я очень рад, ведь я наконец, возвращаюсь домой”. Тро-ло-ло-ло-ло ло ло-ло ло ло-ло. Ну, вспомнили?
— А! — первой сообразила Даша. — Ну ты сравнил! Там же вокализ, всё построено на передаче эмоций через тембр и оттенок голоса. А у тебя, уж извини, всё таки действительно очень простая песенка, где и голоса то особого не надо.
— Ну с этим ты не права, — я покачал головой. — Пусть выдающихся вокальных данных тут действительно не требуется, всё равно надо передать чувства, а с этим не каждый справится. А вот с остальным согласен, но у них и задачи разные. Хиль это величина, это смысл даже в песне без слов. А у меня это именно эмоции. Расслабиться в кафе или ресторане, в хорошей компании. Зажечь на танцполе или дома с подругой. Всегда серьёзным не может быть даже самый преданный строитель коммунизма. Отдыхать тоже нужно, иначе можно получить кучу психологических проблем. Вот и мои песни они предназначены именно для этого. Расслабиться, отрешиться от проблем. Понимаете?
— Да ясно всё, — махнул рукой Данила. — Это как с книгами. Есть учебники, а есть Крокодил. Или фильмы, есть серьёзные, типа “Они сражались за родину”, а есть “Любовь и голуби”. Разве и тот и другой плохие? Чего насели то?
— Согласна. Извини, Семён, я была не права, — тут же кивнула Капустина, а Софья сделала вид что не слышит и её это не волнует.
— Тем более норму по патриотическим песням я уже выполнил. — я подмигнул Сикорской, чисто чтобы подразнить. — Так что могу делать что захочу.
— Да кто тебе запрещает! — вспыхнула та. — Можно подумать мне не плевать!
— Завязывайте ссориться, — Вадим встал и налил всем морса, так как вино никто пить не стал. — Давайте за то, чтобы мы тоже вскоре стали Разрядниками. И за Семёна. Как говориться, если человек талантлив, он талантлив во всём.
— За вас ребята, — я поддержал тост. — Мне просто повезло с сатори, и каждый из вас достоин стать первым. Но сложилось как сложилось. Так что не стоит расстраиваться, вы скоро меня догоните. За вас. И за нас.
Мы сдвинули стаканы. Я не чувствовал себя в долгу
