Читаем без скачивания ЖЕЛЕЗНЫЙ КУЛАК. Сага великих битв - Роберт Говард

— Присоединяюсь! — поддержал Драчун, натянув перчатки и хлопнув ими о трусы.

Лопес сверкнул зубами и зарычал, словно волк. В мгновение ока люгер оказался в его руке.

— Вот как, — промурлыкал он, — эти туши, эти боксеры бросают вызов самому Лопесу!

Он перепрыгнул через канат ринга, держа в руке револьвер. Когда Лопес стал приближаться к нам, словно кот, охотящийся за мышкой, Джоан отступила на другую сторону ринга.

— Девчонку я забираю, — тихо и неумолимо произнес он, — а вы, если вам дорога жизнь, стойте там, где стоите!

— Вот что, Драчун, — сказал я, — давай зажмем его с обеих сторон! Кто-то из нас, может, и пострадает, но зато второй с ним расправится!

— Не надо! — закричала Джоан. — Он убьет вас! Лучше я…

— Вперед! — скомандовал Драчун, и мы одновременно набросились на Лопеса.

Однако Лопес был проворнее дикого кота. Он поочередно кидался на каждого из нас, и его пистолет выстрелил дважды. Я услышал, как чертыхнулся Драчун, и увидел, как он споткнулся. Меня ударило в левое плечо чем-то горячим. Прежде чем Лопес успел выстрелить снова, я уже выбил из его руки револьвер и трахнул его по голове. Драчун, не теряя времени, врезал ему в челюсть. Страшный Лопес рухнул как подкошенный, и остался лежать без движения.

— Боже мой, да вы оба ранены, — запричитала Джоан, подбегая к нам. — Я чувствую себя убийцей! Не надо было позволять вам ввязываться в драку! Дайте-ка я посмотрю ваши раны!

Левая рука Драчуна повисла плетью, из маленькой дырочки над локтем сочилась кровь. Моя левая рука тоже была неподвижна, и по груди у меня текла кровь.

— Право, мисс Джоан, — успокаивал я, — не стоит беспокоиться! Нам повезло, что у Лопеса были не разрывные пули — раны не рваные и чистые. Однако жаль, что не удалось закончить поединок!

— Эй, Стив, — произнес вдруг Драчун, — похоже, парни отвалили. Выстрелы смолкли! Но они вернутся. Давай быстренько закончим наше дело, пока они не появились. Они не позволят нам драться, а другого шанса, может быть, никогда не представится! Ты завтра смоешься на своем судне, и мы, может быть, никогда не увидимся! Давай! У меня прострелена левая рука, у тебя — левое плечо, но ведь правыми-то мы можем орудовать! Давай сбросим этого остолопа с ринга и немного поколотим друг друга!

— Справедливо, Лири, — одобрил я. — Начнем, пока мы оба не истекли кровью!

Джоан заплакала и замахала руками.

— Прошу вас, парни, не деритесь больше! Вы же истечете кровью! Лучше я перевяжу ваши раны!

— Полно, мисс Джоан, — похлопал я ее по плечу. — Мы с Драчуном ранены, но нам надо разрешить наш спор. Не берите в голову!

Мы бесцеремонно спихнули бесчувственного, неподвижного бандита с ринга, встали в позицию, выбросив вперед правые руки, опустив левые вдоль бедер, — и тут подъехали ковбои. До нас донеслись удивленные крики Менли, Слима и остальных.

Мы слышали, как мисс Джоан умоляла их остановить нас, но было поздно: мы уже расставили ноги пошире, глубоко вздохнули и начали. Разом мы замолотили правыми — и по делу. Оба свалились. Я почти мгновенно поднялся: в голове шумело, я только отчасти понимал, что происходит. Драчун неподвижно лежал на брезенте.

И тут разом Менли, Слим, Текс и все остальные, вопя, полезли через канаты, не понимая, что же творится, а мисс Джоан пыталась что-то им объяснить. Видно, беспокоилась о ране Драчуна.

— Эй, парни, — крикнул Юма, — .все это наделал Лопес! Я видел, как он только что отъехал от ринга! У него пробита голова и сломана челюсть!

— Вот об этом тебе мисс Джоан и говорит! — огрызнулся я. — Лучше помоги ей перевязать Драчуна, пока он не истек кровью! Займитесь им, я в порядке!

Драчун уже почти пришел в себя, но, не уразумев, где находится, едва не нокаутировал Менли…

Когда его перевязывали, он заговорил, обращаясь ко мне:

— Скажу тебе, Стив: все равно я не считаю, что ты меня победил! Я тебя обязательно отыщу, как только заживет рука.

— За мной, парень, не заржавеет! — улыбнулся я. — Драться с тобой — одно удовольствие! Считай, что между нами родовая вражда техасцев!

— Однако, Стив, — протянул Слим, — мы обещали, что ты не останешься в накладе! Сколько хочешь?

— За поединок со старым другом грех брать деньги! Доставьте меня вовремя в порт, чтобы я успел к отплытию «Морячки». Надеюсь, мисс Джоан, вы больше не боитесь меня?

От ее ответа мы с Драчуном покраснели, как школьники. Она нас расцеловала!

Лучшая бойцовская пара

Когда мы с моим белым бульдогом Майком мирно попивали пиво в портовом кабачке, к нам, пыхтя от возбуждения, причалил Порки Страус.

— Эй, Стив! — завизжал он. — Как тебе это нравится? В порту объявился Джо Ритчи со своим Злодеем!

— Ну и что? — удивился я.

— То есть как это — ну и что? Ты, видать, не слыхал о Злодее, тигровом боевом бульдоге Ритчи? Он же чемпион! Задрал больше бойцовых собак, чем…

— Ну да, — нетерпеливо перебил я. — Слышал. В каждом азиатском порту только о них и говорят!

— Жаль, что не поглядеть его в деле! — опечаленно произнес Порки.

— Почему? — вмешался тут хитроглазый бармен Джонни Бленн.

— Да потому, что в Сингапуре нет ни одной собаки, которая могла бы противостоять ему! Фриц Штайнман, тот, что заправляет собачьими боями, прочесал весь порт и не нашел ни одной псины, чей хозяин выставил бы на поединок своего питомца против Злодея. А вот мне, кажется, повезло! Самое большое удовольствие в жизни — увидеть на ринге самую боевую собаку! Слушай, Стив, почему бы тебе не выставить против него Майка?

— Не выйдет — сказал я. — Майк и так зарабатывает на улицах немало царапин! Кроме того, скажу честно: считаю собачьи бои грязной игрой! Пару прекрасных, здоровых собак, полных боевого задора, бросают в бетонную яму перегрызать друг другу глотки на потеху кучке безмозглых, жестоких идиотов, жаждущих поиметь несколько вшивых долларов!

— Но собакам нравится драться! — возразил Порки. — Это у них в крови!

— Подраться любит всякий храбрец, и человек, и собака! Но собаки дерутся на улицах из-за косточки, или для забавы, или просто чтобы выяснить, кто сильнее! Но драка в яме — слишком подлое дело, чтобы я в него ввязался. И Майка я на эту живодерню не отдам!

— Да отвяжись ты от него, Порки, — ухмыльнулся Джонни Бленн. — У него нервишки слабоваты, чтобы глазеть на такие грубые игры! Правда, морячок?

— Ну хватит, — заревел я, — повежливее, ты, портовая крыса! Никогда не связываюсь с такими, как ты, но для тебя могу сделать исключение! Затрещина тебе не помешает!

И я замахнулся своим огромным кулаком. Джонни побледнел и принялся скрести стойку с таким остервенением, словно собирался поставить рекорд чистоты!