Хорошо продуманные и целенаправленные приказы и распоряжения Глобке в адрес чиновников, прорабатывающих отдельные детали нашего перехода, значительно облегчали ход переговоров. Я уже упоминал, что в качестве первого шага вхождения службы под юрисдикцию ФРГ можно было считать введение с 1 января 1950 года отчетности по принципам и методам, применявшимся в абвере. До того мы пользовались американскими методами, опиравшимися на, так сказать, двойную бухгалтерию: что-то раскрывалось в отчетах федеральным властям, а что-то скрывалось от них и докладывалось только высшему руководству. Теперь же мы стали показывать все открытые расходы, вплоть до мельчайших, придерживаясь порядков, установленных ранее имперским, а затем федеральным законом о бюджете. Оперативные же расходы, требовавшие соблюдения секретности, давались общей суммой, ответственность за правильность которой нес начальник соответствующего подразделения, подвергавшийся контролю вышестоящего по служебной линии лица. Подтверждение отдельных данных, представленных на утверждение руководителями операций, проверялось уполномоченными на то представителями руководства организации.
1 февраля 1951 года я создал группу с правительственными органами, которая располагалась в местечке Оберплайс под Бонном. В нее вошли подходящие для выполнения таких поручений сотрудники, которые обеспечивали контакты с отдельными министерствами и ведомствами, что сократило до минимума поездки из Пуллаха в Бонн и позволило упрочить взаимоотношения нашей организации с боннскими правительственными службами.
Особенно по душе мне было то обстоятельство, что тогдашняя оппозиционная партия – СДПГ, несмотря на острые разногласия с правительством по другим вопросам, даже после смерти доктора Шумахера не изменила положительного отношения к нашей организации, ее интересам и требованиям. Депутаты бундестага от этой партии Олленхауэр, Хайне и Эрлер показали себя не только благожелательными наблюдателями, но и оказывали нам необходимую поддержку, когда это требовалось. В связи с этим мне вспоминается небольшой эпизод, показывающий отношение к нам Эрлера. На состоявшемся 10 декабря 1953 года заседании комитета бундестага по европейской безопасности был заслушан мой доклад. Эрлер подчеркнуто критически задавал мне вопросы по самой организации и делу Гайера. Отвечая на них, я обстоятельно и доходчиво доложил комитету о задачах, структуре и характере работы нашей службы и подробно изложил суть упомянутого дела. Под конец заседания Эрлер подбодрил меня и пожелал продолжать работу в том же духе. Несмотря на взаимное уважение, Фриц Эрлер не был, как говорится, удобным собеседником. Он очень серьезно относился к своей задаче, которую понимал как выполнение контрольной функции по отношению к нам, но вместе с тем и выполнение поручения своей партии, а также бундестага. В связи с этим следует привести еще один эпизод, правда случившийся уже в 1959 году. Во время посещения Пуллаха Эрлер высказал сомнения по поводу «еженедельного доклада». Этот аналитический документ содержал в себе обзор политического положения за неделю, основную часть которого составлял раздел «советская политика», и всегда находил положительный отклик в ведомствах Бонна, так как столь подробных и в то же время сжатых сообщений тогда еще не было. Так вот, депутат бундестага Эрлер заметил, что в таком докладе неминуемо отражаются субъективные взгляды составителя. И высказал мнение, что он составляется лишь на основе наших собственных информационных данных.
– Если это так, – заявил Эрлер, – то я вынужден констатировать, что тем самым предпринимается попытка оказать субъективное влияние на Бонн.
И хотя я был убежден в объективности ответственного за составление анализа сотрудника, необходимо было представить соответствующие доказательства. Мы пригласили автора и попросили Эрлера указать на любой из докладов и дать ему тридцать минут, из которых двадцать уйдут на ходьбу туда и обратно, чтобы он мог принести полную документацию, подтверждающую прогноз. Тот так и сделал. Взвешенная и осторожная оценка положения дел, сделанная на основании представленных документов, произвела на Эрлера благоприятное впечатление. С этого времени, насколько мне известно, он всегда пользовался «еженедельными докладами» для изучения обстановки и защищал их от недоброжелательной критики и нападок. Следует отметить, что после перехода организации под юрисдикцию ФРГ доклад по соображениям безопасности стал представляться в различные ведомства по выбору. Многие федеральные учреждения были исключены из списка получателей.
С председателями фракций правительственных партий у нас также вскоре установились доверительные отношения.
С 1952 года наиболее частыми нашими посетителями были представители ведомства федерального канцлера министериаль-диригенты[50] Гумбель и Грау, с которыми мы подробно обсуждали все возникавшие вопросы и которые проявляли полное понимание наших проблем. Деловые визиты и беседы, которые вел не только я, но и некоторые мои сотрудники в Бонне, позволили мне представить 16 мая и в последующем в конце августа 1952 года меморандумы на имя федерального канцлера о задачах и структуре службы, ее методах и процедуре превращения организации в федеральную структуру. Копии этих объемных документов у меня, к сожалению, не сохранились. Примерное же их содержание сводилось к следующему:
1. Организовать обсуждение вопроса о характере будущей службы внешней разведки федерации с представителями всех крупных партий.
2. Когда вступит в силу договор о полном суверенитете Германии, передать под юрисдикцию немецкого правительства генерала Гелена с небольшим штабом; реорганизовать эту структуру в «ведомство внешней разведки федерации» – последнее должно быть сформировано на базе геленовской организации с привлечением с согласия ведомства федерального канцлера представителей других учреждений и отдельных лиц, подходящих для такой работы.
3. Одновременно с созданием ведомства внешней разведки федерации образовать специальные отделы и сектора во всех заинтересованных министерствах для участия в передаче организации.
4. Передачу геленовской организации проводить постепенно – шаг за шагом в соответствии с подлежащими еще разработке положениями и действующими управленческими постановлениями и распоряжениями, а в отдельных случаях – специальными указаниями, с тем чтобы не прерывать процесса получения разведывательной информации и сохранить установившийся порядок систематического выпуска аналитических докладов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
