не пропустить ни одного гола в первом периоде, притом что Рук забросил одну шайбу. Во втором периоде нашим соперникам повезло – шайба срикошетила от стойки и влетела в ворота, но Бишоп забил новый гол и вывел Сиэтл вперед. Третий период Слейтер, можно сказать, провел на скамейке, столько штрафов он заработал, и поставил нас в самое невыгодное положение. Нападающим пришлось стараться вдвое усерднее, чтобы удержать шайбу на половине соперника, а защитники умело пасли наши ворота. В итоге матч закончился со счетом три-два в пользу Сиэтла. Вина за минимальный разрыв лежала в основном на Кори Слейтере с его агрессивной манерой игры.
Но все-таки мы одержали победу, ко мне приехали родственники, развод Куини официально совершен – словом, обстоятельства складывались самые благоприятные, что я воспринял как добрый знак.
Через полчаса, приняв душ и переодевшись в костюм, я был готов к встрече. Мы с Бишопом вошли в бар. Мобильный разрывался от сообщений, были и несколько от Ханны – видимо, писала, что наконец-то приехала. Свою семейку я услышал раньше, чем увидел.
– Ого, сочувствую! Похоже, Джеральд уже в стельку и пополам, – на лице Бишопа появилась не то гримаса, не то насмешка.
– Беспокоиться начнем, если он будет трезв, – я потряс опущенными руками, почти как перед дракой. В общественных местах моя родня способна вогнать в краску. Хорошо хоть кузен Билли не увязался с ними на этот раз. – Куини нигде не видно?
– Стиви написала, что они в туалете, в очереди стоят. Хорошо, что нам с тобой сидя отливать не приходится…
В этот момент Джеральд заметил меня и на весь ресторан заорал мое имя. Семейка одновременно повернулась в указанную строну, будто они долго репетировали хореографическое па. Мать протолкалась ко мне через толпу, отнюдь не деликатно орудуя локтями. Я люблю своих родных, но, Господи, они просто шайка буянов!
– Кинг! Какая суперская игра! Я на месте усидеть не могла с первого периода! А твой отец пару раз чуть штаны не обмочил – счастье, что он клеит урологические прокладки, когда мы идем на хоккей! – Мама потрепала меня по щеке и крепко обняла. Насчет прокладок я не понял, шутит она или говорит всерьез. – Как дела, сыночек? Последняя неделя у тебя выдалась не сахар…
– У меня все в порядке, я как раз хотел…
– Отлично, отлично, я очень рада. А я тебе кое-кого привела, чтобы ты стал еще счастливее от встречи с близкими! Дай-ка я тебе покажу, – и она схватила меня за руку, похлопав на ходу Бишопа по груди: – Привет, Бишоп! Я уведу нашего мальчугана на пару минуточек!
– Да хоть на пару часиков, – дозволил Бишоп, и я пошел за матерью по переполненному бару к моим родственникам, отчего-то сидевшим с натянутыми улыбками. Ханна, пристроившись с краю рядом с Джеральдом, державшим по стакану пива в каждой руке, смотрела на меня широко раскрытыми глазами и что-то напряженно говорила одними губами. Увы, я не умею читать по губам и не понял, что она пыталась сказать.
Но это неважно, потому что как только я подошел ближе, папа и Джеральд расступились, открыв обещанный «сюрприз».
Джессика.
Моя бывшая.
Глава 28
Что за хе… фигня?
Кингстон
– Сюрприз! – и Джессика бросилась на меня, что стало для меня вторым, после ее появления, потрясением. В ее обычае скорее поцелуй в щечку и дружеское пожатие плеча, особенно в общественных местах.
К счастью, я повернул голову, ища глазами мать, и губы Джессики расплющились о мою щеку. Мать стояла сияющая, а у Ханны, стоявшей рядом с ней, был виноватый и беспомощный вид.
Я оглядел бар, высматривая Куини. Положение получалось очень далеким от идеала – я не могу представлять мою девушку моей семье, когда по непонятной причине с ними приехала моя бывшая! Я коротко похлопал Джессику по спине, взял ее за плечи и отодвинул от себя.
– Что ты здесь делаешь?
Ее улыбка дрогнула от моего резкого тона.
– Твоя мама пригласила меня в качестве сюрприза. – Она поглядела на мою мать, снова на меня, и радость на ее лице сменилось неуверенностью. – Она сказала, ты будешь счастлив меня увидеть, но ты выглядишь не очень-то счастливым.
Я с силой выдохнул, стараясь не сорвать досаду на Джессике: не ее вина, что моя мать родилась с талантом лезть всюду и везде. Она делает это из самых лучших побуждений, но, как правило, не понимает сути вопроса. Вот и сейчас, хотя я несколько раз сказал – мы с Джессикой уже не сойдемся, мама со своим «сюрпризом»!
– Дело не в этом, я… – и тут я заметил Куини на другом конце бара. Наши взгляды встретились. Куини тут же посмотрела на Джессику, которую я держал за плечи. А Джессика еще и положила ладони мне на грудь.
С большой долей вероятности предположу, что Куини знала, как выглядит Джессика. Восемь лет мы вместе появлялись на различных мероприятиях, и если мы расстались, я не могу начисто стереть ее из биографии.
Куини оглядела обступивших меня родственников – тут ошибиться было невозможно, они все явились в свитерах домашней вязки с моим портретом (кроме Ханны, потому что у нее мозги на месте, плюс она прилетела отдельно). Даже Джессика напялила такой свитерок.
При виде Джессики на лице Куини появилось выражение, которое я описал бы как безнадежность. Она не сделала движения подойти ко мне, а только улыбнулась печальной улыбкой, повернулась и пошла к выходу.
– У меня важное дело, – пробормотал я, пытаясь обойти Джессику. Она вцепилась в мой локоть.
– Я прилетела из самого Теннесси, чтобы тебя увидеть!
– Знаю и не понимаю зачем. Потрудись это объяснить, но сперва я поговорю с моей девушкой, – я высвободил руку от Джессики и пригвоздил мать к месту выразительным взглядом. – Это зашло слишком далеко, – бросил я на ходу, пробиваясь сквозь толпу. Сотовый зажужжал в кармане, когда я толкнул дверь и вышел на улицу, оказавшись в переулке, где смердело разлагающимися отбросами и мочой. Куини стояла там с телефоном, и лицо ее было будто в полумаске, потому что она уткнулась носом и ртом в согнутую руку.
– Господи, это невыносимо! – я обернулся и увидел Джессику, зажимавшую ладонью рот и нос. Она давилась, но ее деликатное обоняние в данный момент меня не заботило.
– Джессика, не могла бы ты вернуться в бар? Твое присутствие здесь неуместно.
Она невольно опустила руку и изумленно приоткрыла рот.
– Как ты нелюбезен!
Но тут же вновь поспешно зажала нос.
– Какой есть, – я прошел мимо Джессики, мягко взял Куини под руку и повел прочь от зловония.
Когда мы уже не дышали ароматами помойки, Куини опустила руку.
– Родные привезли твою бывшую подругу?
– Я ни о чем не подозревал до этой минуты. Извини.
Я потянулся – не знаю, коснуться ее, обнять, ободрить, хоть что-нибудь, но Куини выставила вперед руку и отступила на шаг, медленно покачав головой.
– Куини, пожалуйста, я и в мыслях не имел…
– Я верю, – она отвернулась в сторону и поглядела вверх. Единственная слезинка покатилась по щеке. – Но это весьма прозрачный намек с их стороны, ты не находишь?
– Я не… – я затряс головой, потому что нормального объяснения происходящему не было, однако молчать было нельзя. – Моя мать всю жизнь вмешивается в чужие дела, и опыт ее не учит. Мы с Джессикой были вместе довольно долго – должно быть, матери нелегко расстаться с мечтой.
– Я понимаю, Кинг. Ну, то есть на самом
