тревоге за безопасность своего сына и остальной команды, я подумал о том, что не попал бы в эту переделку, если бы Валерий не выиграл столь красноречиво тот спор.
Это безрассудство! Вы с ума сошли? Это какой-то розыгрыш? Такой была типичная реакция доброжелательных членов семьи и друзей.
Они знали, что я даже ни разу не зашнуровывал походные ботинки, не разводил костер и что мне не доводилось залезать в спальный мешок. Другими словами, все они знали, что я никогда в жизни не ходил в поход, и были ошеломлены тем, что я на это подписался. Да еще и из всех мест выбрал Чукотку.
Поначалу я посмеивался над их опасениями, поскольку не собирался отправляться в поле и работать на раскопках. Я думал, что смогу остаться в Принстоне и следить за экспедицией через интернет. Мой план состоял в том, чтобы убедить экспертов-геологов поехать на Чукотку без меня.
Линкольн Холлистер, помогавший мне организовать экспедицию, категорически отверг эту идею. Он напомнил мне, что я лидер команды. И должен отправиться вместе с ней.
В попытках смягчить позицию Линкольна я придумал альтернативный план, который был почти так же хорош, как изначальная идея остаться дома, и по-прежнему спасал меня от полевых работ. Мы могли бы создать станцию связи в Анадыре, столице Чукотского округа и единственном городе на Чукотке с международным аэропортом. Мы с Лукой и нашим переводчиком Сашей останемся в городе, а остальных доставят к Лиственитовому на вертолете. Из-за ограниченной грузоподъемности места будут зарезервированы только для членов команды с необходимыми техническими навыками. В вертолете не хватит места для физика-теоретика, даже если бы я желал поехать (чего я как раз отчаянно не хотел).
Этот план в итоге похоронил Валерий.
Недостижимо. Вскоре после прибытия в Анадырь для рекогносцировки и заготовки продовольствия и снаряжения Валерий отправил мне через Марину сообщение: “С вертолетами не выйдет”. Нам пришлось искать другой способ транспортировки.
Вертолеты могли летать только при идеальной погоде, предсказать которую в этом регионе было невозможно. Погода там настолько переменчивая, что ни на какие графики полетов нельзя было полагаться. Вообще, использование вертолетов в этой части мира считалось настолько непредсказуемым, что никакой страховой полис не покрыл бы стоимость издержек при отмене рейса или аварии.
К тому же, по словам Валерия, лишь очень немногие из тамошних вертолетов можно было арендовать. Российские нефтяные и горнодобывающие компании, занимающиеся бурением на Чукотке, платили колоссальные деньги, чтобы держать все вертолеты в резерве, в любую минуту доступными для срочных нужд.
Однако не все потеряно, заверил меня Валерий. Он зарезервировал два больших “грузовика”. И хорошей новостью, объявил он, было то, что они достаточно большие, чтобы перевезти всех, включая Луку, Сашу и меня. Так что никому не придется оставаться в городе. Новый план нравился Валерию, который постоянно побуждал меня присоединиться к полевой команде.
Стоп, стоп… минутку! – подумал я, читая письмо. – Разве Валерий не уловил, что я пытаюсь найти способ избежать участия в этой экспедиции? Разве он не понимает, что я в жизни не провел ни одной ночи в дикой природе?
Я поспешно сверился с картами и спутниковыми снимками местности, пытаясь понять, по какому маршруту могут пойти грузовики Валерия. Прежде мы с Линкольном никогда не видели на картах никаких дорог, и теперь они ниоткуда волшебным образом не появились. Но когда я спросил Валерия о бездорожье, он посоветовал мне не волноваться. Дороги есть, заверил он меня, или так, по крайней мере, мне перевели его загадочное сообщение.
Короче, к ужасу моей семьи и друзей, а тем более меня самого, Валерий все-таки нашел способ затащить меня в экспедицию. Из этой ситуации просто не было изящного выхода.
Поначалу тем не менее все шло как по маслу. Мы благополучно прибыли через Москву в Анадырь. Валерий (на фото ниже) уже ждал там. Он встретил нас большим русским застольем с олениной и напоминающей лосося местной деликатесной рыбой под названием “таранецкий голец”, обитающей в холодных арктических реках.
На следующее утро Валерий повел нас на встречу с местными проводниками, которым предстояло сопровождать нас во время экспедиции. Это были наш водитель Виктор Комельков и его жена Оля Комелькова, которая подрядилась работать поваром в лагере, а также второй водитель Богдан Маковский. Эти двое мужчин словно представляли противоположные крайности генофонда. Виктор был невысоким, жилистым и с проседью, а Богдан – на голову выше, чисто выбрит и сложен как борец. Никто из них не говорил по-английски, но благодаря переводу я убедился, что все трое дружелюбны, очень опытны и полны решимости обеспечить успех экспедиции.
Водители отвели нас к большому гаражу, где нас ждали две мощные машины. Я застыл в оцепенении, когда они распахнули ворота. Так называемые “грузовики” Валерия на самом деле были исполинскими чудовищами. Одно сине-белое, другое – принстонского оранжевого цвета[15]. Пассажирский отсек сине-белой машины выглядел как верх большого фургона, а нижняя часть – как массивный армейский танк с гигантскими гусеницами. Оранжевая машина казалась новее и изящнее. Обе они смотрелись причудливо, устрашающе и несокрушимо.
Марина перевела, что, по словам Виктора, в каждой машине помимо водителя может разместиться шесть или семь человек. Максимальная скорость, пояснил он, составляет около пятнадцати километров в час. Такими темпами мы будем тащиться до места целую вечность, – подумал я.
На следующее утро, когда наша интернациональная команда из семи россиян, одного итальянца и пяти американцев собралась, чтобы дать старт экспедиции, обнаружилось, что в последнюю минуту у нас объявилось пополнение. Виктор и Оля познакомили нас со своим замечательным котом породы русская голубая по кличке Бакс. Его работа, шутили они, будет заключаться в охране лагеря. Мы сразу же признали Бакса своим талисманом, и он присоединился к нам для группового фото перед странно выглядящими машинами, которым предстояло везти нас в тундру.
Слева направо: Богдан Маковский, Гленн Макферсон, Уилл Стейнхардт, Крис Андроникос, Марина Юдовская, Лука Бинди, Виктор Комельков, Оля Комелькова, Пол Стейнхардт, Саша Костин, Валерий Крячко, Майкл Эдди, Вадим Дистлер
Сразу после фотографирования мы отправились в путешествие, к коему я шел почти тридцать лет. Половина команды, включая меня, ехала с Виктором на синем левиафане, а другая половина, включая моего сына Уилла, – с Богданом на оранжевом. Перед выездом Виктор проверил свою рацию и убедился, что связь с Богданом стабильная. Как только двустороннее сообщение было установлено, все расселись по машинам и мы двинулись в путь, подобно паре неторопливых слонов.
На момент старта Оля и ее кот Бакс сидели в салоне позади меня и Виктора. Но вскоре тот остановился, чтобы выпустить их. Оля надела внешнее снаряжение, поместила Бакса в его
