меня, он всплеснул руками.
– Ну, знаете ли, вы не торопитесь! – были первые слова звезды моды вместо приветствия. – Меня другие клиентки ждут, расписание плотное, так что давайте быстренько начнем.
А не зарвался ли тут кое-кто? Или меня считают совсем уж затюканной деревенщиной? Не желая сразу начинать со скандала, я мило улыбнулась.
– Доброе утро, мсье…
– Шабли! Мсье Эдмунд Шабли! Неужели есть в Рионе глухие места, где не слышали мою фамилию? Невероятно! – воскликнул кутюрье.
Он дважды хлопнул в ладоши, и скромно стоявшие в стороне в рядочек помощницы кинулись ко мне. Мсье отошел в сторонку, чтобы не попасть в эпицентр суеты, и присел в кресло, закинув ногу на ногу и оттопырив в сторону коленку.
– Так, я думаю, три платья на бал, два вечерних, пять-шесть дневных, домашних, три-четыре для визитов и пар десять белья для начала.
На последнем пункте он скосил на меня глаз, проверить, зарделась ли скромная провинциалка. Я сделала лицо кирпичом и выпрямила спину, глядя в стену. Типа не услышала. Не буду поддаваться на откровенную провокацию.
Девушки споро принялись обмерять меня со всех сторон и прикладывать отрезы разных цветов. Мсье Шабли скучал в кресле, качая ногой в блестящей обуви. Иногда кивал, и ткань откладывалась в сторону. Не со всеми оттенками я бы согласилась. Например, тот фиолетовый меня, как блондинку, просто обесцветит.
Минут через десять они закончили, свернули сантиметры и ткани и дружно двинулись на выход.
– Погодите, а фасоны обсудить? – оторопела я от такой скорости обслуживания.
Мсье поморщился, обернувшись уже на пороге.
– Леди… – Его тон говорил о том, что именно леди-то он меня как раз и не считает. – Здесь, в столице, совершенно другая мода, чем в провинции. Лорд Суон оплатил полный комплект услуг, так что не переживайте, одену вас по высшему разряду.
Я прищурилась.
– Оденете, не спросив моего мнения? С другими клиентками вы тоже так обращаетесь?
– При всем уважении, леди, другие клиентки выросли в Дорсетте и впитали истинный стиль и вкус с детства.
Он выразительно окинул взглядом мое видавшее виды платье. Уважения в его тоне не было и близко.
– Отсталая деревня, – пробормотал он себе под нос на странноватом французском, в котором я с запозданием опознала провенский.
Не зря мы его в пансионе зубрили!
– Прошу вернуть деньги, которые вам заплатил мой отец, барон Суон, – отчеканила я на чистейшем провенском. – Немедленно.
Кутюрье побледнел и от двери отступил, будто его там уже поджидал Денни с лопатой.
– Как это вернуть деньги?
Спесь с него как-то мигом слетела. Не ожидал отпора от деревенской внебрачной дочери? А нечего судить по обложке.
– А вот так. Верните. Я не собираюсь у вас заказывать ни одной нижней рубашки.
– Но у меня одевается весь правый берег! – патетически воскликнул он.
– Не переживайте. После того, как я расскажу о вашем поведении, он у вас одеваться перестанет. Всего вам доброго.
Я прошествовала к выходу, оттеснив его плечом, и демонстративно распахнула дверь. Глаза мсье Шабли перебегали с раскрасневшихся помощниц, с трудом сдерживавших смех – заждались, похоже, когда уже их начальника на место поставят, – на меня, нетерпеливо притоптывающую ногой у дверей. Жадность боролась с гордостью, и наконец первая победила. С разгромным счетом!
Кто бы сомневался. Гордые и совестливые в этом мире перевелись давно.
– Приношу свои самые искренние извинения, моя леди. – Провенский прохиндей прижал руку к груди. – Я не распознал в вас сразу истинную дочь своего отца. Моя ошибка.
Помощницы разом поскучнели. Скандала не вышло.
После того, как мсье признал во мне полноценную клиентку, дело пошло на лад. Он оказался слабым воздушником. Как раз хватило дара, чтобы выучиться на бытовом, освоить левитацию и простенькие иллюзии, а дальше в дело вступили навыки, полученные от отца-портного. Но если Шабли-старший отшивал готовые костюмы для простолюдинов в Провенсе, то одаренный сын решил податься туда, где, по его словам, магов оценивают по достоинству. То есть в Рион.
Откуда-то появилась целая стопка альбомов, полных отрисованных вручную подробных моделей платьев, белья и подходящих аксессуаров. Одна из помощниц сняла мерки с моей ноги, обмазав поверх специального носка чем-то пластичным, вроде глины или гипса. Затвердевший носок аккуратно разрезали пополам, так что получилось две формочки. Сапожнику, с которым сотрудничал Шабли, передадут вместе со списком выбранных мной моделей.
Фасоны местной аристократической моды восторга мне не внушили. От кринолинов, слава Всеединому, уже отошли, зато додумались до турнюров – то еще пыточное приспособление, в особенности в сочетании с изогнутыми буквой «зю» корсетами. Дабы талия казалась тоньше, бюст больше, а задница – круглее. Но при этом все закрыть, завернуть, затянуть, дабы ни в коем случае кожу, кроме как на лице, видно не было.
Моду и здесь придумывали мужчины – как бы покрасивее обернуть женщину, – а об удобстве конфеты внутри фантика никто как-то не задумывался.
Мы с мсье спорили до хрипоты. Помощницы сбились в кучку и попеременно то краснели, то бледнели. От того, чтобы послать его прочь, в этот раз с концами, меня удерживала только одна мысль: перемены надо начинать исподволь и ни в коем случае не засветиться при этом.
Начинать свою жизнь как дочь приличного лорда с неприличного скандала не хотелось. Так что пришлось, скрипя зубами и скрепя сердце, соглашаться и на подушечку над попой, и на корсет. Только в последний не вставляли проволоку и прочие жесткие конструкции – так, вроде наших боди для удержания живота.
Еще бы он у меня был, тот живот.
Понравившиеся платья из каталога мсье Шабли визуализировал прямо на мне при помощи иллюзий воздуха. Удобно и примерки ждать не нужно. Сразу можно посмотреть, что пойдет, а что нет.
Первые два домашних платья и одно на выход подвезли уже к вечеру. Хорошо быть магом – можно кроить сразу несколько полотен, вместо манекена подгонять изделие на весу, ну, а собственно пошив, понятное дело, доверить помощницам.
Следующим утром мне снова не дали выспаться. Переход в нормальный режим жизни давался нелегко. Все-таки целый год совой провела.
Стучала Лана не так уж и рано – около девяти. Но я-то заснула ближе к рассвету. У Барона была потрясающая библиотека, даже полнее нашей монастырской. Религиозных трактатов по минимуму, зато столь нужное мне право и пособия по учебе в Академии для всех курсов – в огромных количествах. Вот и засиделась.
– Что? – не особо внятно пробурчала я в подушку.
Наученная горьким опытом Лана поставила на прикроватный столик небольшой поднос с тазиком кофе, несколькими кусочками сахара на блюдце и крохотным кувшинчиком молока.
– Учителя пришли, леди. Утверждают, что его
