«Мориа» окутало янтарное сияние; потом пелена расступилась, являя мысленному взору Соломона очередное ужасное видение.
Соломон вновь оказался на мостике «Клинка», вновь пережил те последние отчаянные мгновения, когда он пытался вырвать корабль из арпеджианской ловушки. Одну за другой переборки и палубы судна пронзали слепящие струи плазмы, унося жизни мужчин и женщин. Он вспомнил, как гасли приборные панели — корабль судорожно переключал свои нервные цепи, готовясь к безумному прыжку на Фронтир. Оберегая людей, «Клинок» совершил нечто вроде добровольной лоботомии.
Тяжелее всего Соломон переживал гибель «Гейдж». Он так и не успел понять, что, в сущности, произошло. Смерть настигла их в красно-голубом мерцании двойного солнца Тайджи. Словно из ниоткуда вынырнул черный корабль и расстрелял экспедицию, которая занималась разведкой металлических руд на спутниках планеты. Чтобы спасти корабль, Соломон поднял его по тревоге. В его мозгу навсегда запечатлелись испуганные лица членов экипажа; Соломон понимал, что они оказались на волосок от смерти.
Он взял себя в руки и сам сделал то, чего не мог приказать другим. Он вошел в помещение вышедшего из строя реактора, соединил концы разорванного плазмой кабеля и удерживал его, пока Хэппи ставил шунты и устранял повреждения. Он чувствовал, как его тело пронизывают губительные лучи радиации, мучился от боли в обугленных мышцах, сползавших с костей. К счастью, слизистая оболочка его носа успела сгореть раньше, чем он уловил запах поджаренной плоти пальцев. Он пожертвовал собой ради остальных — и Гейдж пришлось погибнуть тоже, потому что его жертвы оказалось недостаточно.
— Почему вы так думаете, корабль? — хрипло произнес он, заставляя себя вернуться в настоящее.
— Вы всегда возвращали людей и корабли домой, — ответила Боз мягким голосом, в котором тем не менее чувствовалась убежденность. — Ни одну из трех трагедий нельзя объяснить вашими ошибками или безответственностью. Всякий раз…
— Я оставил мостик «Гейдж» и спустился вниз осмотреть образцы металлического водорода, которые Миша доставил с луны. Мбази и…
— Следственная комиссия, назначенная Великой Ложей, не нашла причин передавать ваше дело в суд Братства. Даже Гейдж обнаружила пирата, когда было слишком поздно. Это было ничем не спровоцированное нападение, и произошло оно за пределами освоенного космоса. Невзирая на крайне неблагоприятные обстоятельства, вам удалось невероятное. Очутившись в безнадежном положении, вы тем не менее доставили людей и корабль на Фронтир. Это оказалось возможным только благодаря вам, вашему мужеству и решительности. Но если вы не измените своего нынешнего отношения к экипажу, то утратите те качества и способности, которые делают из обычного человека капитана. Уже сейчас эффективность действий команды упала до восьмидесяти процентов.
— Зачем вы мне это рассказываете? — Соломон неподвижными глазами смотрел перед собой, чувствуя, как замирает его сердце. Не надо было соглашаться. Он должен был прямо и решительно заявить Краалю, что никогда не вернется в космос.
Он испуганно встрепенулся, услышав голос корабля:
— Вы слишком хороший капитан, чтобы отправлять вас в отставку. Более того, те скудные сведения, которыми я располагаю, свидетельствуют о том, что нынешняя экспедиция имеет огромное значение для судеб человечества. Мы оказались на пороге небывалого в истории кризиса.
Соломон выпрямился:
— Откуда вы это знаете?
— Объем подпространственных сообщений, зашифрованных сложнейшими кодами, возрос на пятьсот процентов. Цена торона на открытом рынке взлетела до небес. Ведущие участники Конфедерации отзывают из космоса свои военные флотилии и меняют полетные расписания гражданских судов. Значительно повысился спрос на определенные категории товаров — оружие, экспедиционное снаряжение, продовольствие, компьютеры и так далее. Все это свидетельствует о наступлении глобального политического кризиса — вплоть до мобилизации частных судов.
— Значит, Конфедерация может быть втянута в военные действия?
— Это подтверждается статистическим анализом сведений, которыми я располагаю. Учитывая нынешние обстоятельства, я обязана принять решение о том, оставить ли вас во главе экспедиции или освободить от обязанностей капитана.
12
Боз прямо и недвусмысленно предложила ему выход. Стоит лишь согласиться, и все будет кончено. Он уже не будет отвечать за… Отвечать. Внезапно Соломон вспомнил слова Нгоро.
Нет. Всю оставшуюся жизнь его будет преследовать мысль о том, что он отступил, проявил слабость, отказался от ответственности, которую накладывали на него моральные обязательства.
И еще эта забавная игра, которую предложила ему Конни. Что, если она говорила всерьез и на карту действительно поставлен источник неограниченного могущества? Можно ли допустить, чтобы он оказался в руках Лиетова? Или этого вздорного юнца, Артуриана?
На другую чашу весов брошена его свобода. Он может освободиться от непосильной ответственности, от призраков, от скрежета ногтей Фила Церратоноса, цеплявшегося за обшивку корабля. Одно слово — и он будет свободен.
Но тогда ему придется навсегда забыть о звездах.
«И до конца своих дней жить с сознанием собственного ничтожества. В конце концов придется признать себя трусом. И ко мне вновь вернутся призраки, глядя на меня мертвыми глазами. „Гейдж“, „Клинок“, „Мориа“ — их жертвы окажутся напрасными».
Страх, словно живое существо, ворочался в его внутренностях.
— К-как вы считаете, ситуацию еще можно обратить вспять?
— Надеюсь. Содержание вашей беседы со Спикером Архоном, а также статистические выкладки на основе широковещательных заявлений правительств многих планет приводят к выводу о том, что миры Конфедерации готовятся к наихудшему развитию событий. Пока ни одно правительство не подстрекает своих граждан к враждебным действиям. Открытый призыв к оружию, как правило, предваряется серьезными общественными потрясениями.
— Что же им мешает?
— Самое логичное предположение состоит в том, что правительства опасаются побочных явлений. Я практически убеждена, что все сколько-нибудь влиятельные политические силы заняли выжидательную позицию, осуществляя тем временем тайные мероприятия с целью оказать влияние на исход нынешней экспедиции.
— Вплоть до покушения на капитана, — пробормотал себе под нос Соломон. Итак, еще несколько кусочков мозаики легли на свое место. Он стиснул зубы и вздохнул. — Стало быть, я вновь очутился в самом пекле. — На экране монитора зловещим светом мерцали огоньки, отмечавшие положение преследователей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
