— К сожалению, ваше высочество, сегодня не я назначаю время тренировки, — приветливо улыбаюсь я горбунье и нечаянно краем глаза замечаю боль и растерянность, мелькнувшую в глазах консорта, следящего за нашим разговором.
Да он что, с ума, что ли, сошел? — почти сразу догадался я о причине такого странного поведения, мне-то казалось, отец должен радоваться, видя, как светло улыбается обычно хмурая принцесса.
— Я сама спрошу у папы…
Договорить принцессе не дал герцог, совершивший почти танцевальный разворот, чтобы очутиться у нее за спиной.
— О чем ты хотела спросить, милая? Надеюсь, не о занятиях с новым учителем? Очень сожалею, но сегодня и так слишком насыщенный день, а вашему учителю доктор Макквин велел некоторое время не перенапрягать ногу. А освободить его от праздничной церемонии нельзя, я очень рассчитываю на Зетая как на дополнительного охранника. Разреши предложить тебе руку, пора идти.
— Ну раз, кроме него, у нас больше нет охранников, — кротко опустив ресницы, согласилась Элессит и изящно опустила затянутую в кружевную перчатку ручку на руку отца.
Мелькнувшие в глазах младших принцесс лукавые смешинки, мгновенно притушенные послушно опущенными ресницами, донесли мне вернее проверенного сыскаря, что между сестрами нет даже малейших тайн. И что основная профессия их гувернанток теперь известна не только Лесе. Вот еще понять бы с такой же достоверностью, зачем понадобилось консорту доносить это знание до своих дочерей таким изощренным способом.
Несколько шагов вниз по широким мраморным ступеням, крутой поворот, и мы вышли на просторную площадку, с которой вела вниз, к террасе, огороженная чугунными перилами лестница.
Феерический, неохватный с первого взгляда, вид на бухту, городские набережные и дикие скалы противоположного берега распахивается с этой площадки, и я на некоторое время завороженно замер, не в силах оторвать взгляда от величественного зрелища. А придя в себя через несколько секунд, с огорчением осознал, что красотами набегающих на берег студеных изумрудных волн и суровых скал любовался я один. Все остальные в это время были заняты разглядыванием толпящихся на нижней террасе гостей, терпеливо ожидающих выхода принцесс.
Некоторое время стоящие внизу почтительно кланялись, махая парадными шляпами со всевозможными ювелирными украшениями — от цепей и брошей до подаренных возлюбленными браслетов и подвесок. Кроме колец, которыми были густо унизаны пальцы всех милордов и их родственников. Робкий солнечный луч, на миг пробившийся сквозь густые облака, сверкнул в этом почти южном многоцветий камней и, словно испугавшись, погас. Между гостями началось какое-то шевеление, кто-то протискивался вперед, другие отступали к трем рядам кресел, расставленных, как в театре, ярусами.
Затем пятеро лордов, выбранных явно не случайно, шагнули на ступени и, изо всех сил стараясь обогнать друг друга, рьяно понеслись наверх. Все ясно, это те, кому Гийом доверит провести своих дочерей по лестнице до террасы.
А неплохая, кстати, зарядка, вздыхаю, с тоской наблюдая за их забегом, нужно будет и мне являться сюда по утрам, когда нога немного подживет. Мысль о том, что, возможно, приходить придется еще очень много дней, настолько испортила настроение, что я чуть не прозевал главное.
— Тай! — выдернул меня из уныния сердитый шепоток, и я столкнулся глазами с отчаянным взглядом Лесы.
Остальные принцессы, прикрывая ее собственными спинами, в это время что-то оживленно доказывали отцу. Умницы девочки, правильно сообразили. От волчьей стаи спешащих наверх лордов можно отбиться только сообща.
Бегущие выскочили на последний поворот, и я наконец рассмотрел среди них принаряженного Рамма, прыгающего по ступенькам с неменьшим рвением, чем остальные. А переведя взгляд вниз, заметил среди толпы побледневшее лицо Зигеля, напряженно следившего за успехами недавнего соперника. Надеюсь, эти двое сумели договориться, бывшие враги иногда становятся добрыми друзьями. Тогда как самые яростные враги получаются именно из рассорившихся друзей.
— Ну! — нетерпеливо дернула меня за рукав Леса, и я, не разжимая губ, еле слышно шепнул:
— Брусничный камзол.
Она бросила мне сияющий надеждой взгляд и торопливо шагнула в самую середину шуршащих шелков и кружев. Где к ней тут же склонились две одинаково причесанные головки. Эни и Нила, отличный замысел, эти введут в замешательство любого лорда, ведь выбрать одну из двух абсолютно одинаковых женщин — тяжелое испытание для любого мужчины. Ведь мы мгновенно начинаем сомневаться, нет ли в той, которая останется, каких-либо скрытых достоинств.
Всего пара секунд потребовалась сестрам, чтобы оказаться в курсе моих инструкций, и они, словно невзначай, перестроились так, чтобы нежеланный претендент на ручку Лесы не смог к ней пробиться, даже если бы очень захотел.
— И что это ты задумал? — прикрывая лицо неизменным фолиантом, прошипела слева Клата.
Скосив взгляд вправо, обнаружил с другой стороны сердито прищуренные глаза Дили. Ну а эти-то дамы на меня за что злятся? Или считают, что я могу позволить своему ученику увлечь девушку и оставить на произвол судьбы и попечительского совета?
Да какое они вообще имеют право так обо мне думать?
И о Зигеле, кстати, тоже!
Я не стал ничего отвечать воинственной дуэнье, надеюсь, она все поймет по моей оскорбленно застывшей физиономии. Тем более лорды наконец добежали до верхней площадки и, отирая украдкой платками разгоряченные лица, выстроились перед Гийомом.
Преувеличенно вежливые и высокопарные приветствия, многозначительные взгляды и приторные комплименты принцессам почти моментально довели меня до зубовного скрежета. Да и консорт как-то помрачнел. Одно меня порадовало: во время этого обмена любезностями Рамм был на порядок сдержаннее остальных. И за это заработал мимолетный заинтересованный взгляд Гийома и снисходительные ухмылки соперников.
Далее все происходило именно так, как задумали девушки. Едва первый из милордов шагнул к принцессам, перед ним застыли Эни и Нила, загораживая остальных и вводя в шок неизбежностью выбора. Второму было полегче: первый, отводя в сторону одну из близняшек, взял на себя самое трудное. Теперь девушки стояли перед следующим милордом такой тесной троицей, загородив собой Лесу, что будь он даже заинтересован именно в ней, все равно не имел ни малейшей возможности осуществить свое желание. Проявить вопиющую бестактность, отодвинув в сторону одну из улыбающихся ему принцесс, не мог себе позволить ни один из лордов.
Третьим, на счастье, подошел Рамм, иначе пришлось бы вмешиваться кому-то из нас, как-то незаметно оказалось, что сердито зыркающие на меня гувернантки на самом деле на стороне своих воспитанниц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
